Мажор в школе магии - Сергей Сергеевич Орлов

очередь потому, что эльфы не хотели усиливать людей в стихийной магии, где у ушастых было существенное преимущество. А вот оркам, как оказалось, лианы поставляли за милую душу. Только непонятно зачем, ведь стихийников у них практически не было.

— А это не слишком жестко? — с сомнением протянул я. — Это же всего лишь школьные соревнования.

— Мы на войне, Сережа! — воинственно ответила орчиха, продолжив движение в сторону замка. — А на ней, как известно, все средства хороши! И эти уроды скоро узнают, что значит играть с орками в «устрой подлянку»!!! И горько об этом пожалеют!

Следующим уроком шли «Заклинания. Теория и практика» — один из важнейших предметов в первые три года обучения. Его вел мужчина средних лет, такого же среднего телосложения, с короткой светлой прической и страшным ожогом на шее.

Учитывая, что рану эту не залечили, подозреваю, что получена она от воздействия особо мощного проклятия. Очень мерзкая штука, способная навредить даже самым сильным магам. Если пропустить такое сквозь защиту и вовремя не обернуть его действие вспять, то можно остаться с ужасной отметиной на всю жизнь. Как в случае с нашим преподавателем.

Когда все студенты расселись по партам, препод движением палочки запер замок на двери, а затем представился:

— Меня зовут Никифоров Лаврентий Петрович, но вы можете звать меня просто — профессор или профессор Никифоров. Предупреждаю сразу, на моих занятиях не будет опоздавших. Если студент пришел не вовремя, значит он не ценит знания, которыми я могу поделиться. А их у меня… — он размял голову, показывая нам свой шрам, — более чем достаточно.

Именно в этот момент кто-то попытался открыть дверь. Само собой, безуспешно.

— Кого Жестоков назначил командиром группы?

Я поднял руку.

— Понятно. После занятия фамилию опоздавшего мне на стол. А также короткую характеристику на этого человека. Хочу понять, стоит ли вообще тратить на него свое время.

Бездна! Легче сказать, чем сделать. И ладно, если бы опоздал кто-то из моих знакомых, но сейчас в классе отсутствовал человек, о котором я не знал буквально ничего. Тихий такой, неприглядный парень, ни с кем толком не общался, никому и ничего не говорил. Ладно, обсудим с Яриком, он у нас более коммуникабельный.

— Сделаю, — кивнул я.

— Ну и минус балл синему факультету, пока не забыл. Теперь перейдем непосредственно к нашему занятию. Кто знает, что именно могло оставить такой след на моей шее? Быстро-быстро, не робейте, это ваш шанс заработать утерянный балл обратно.

Препод облокотился на столешницу и повернулся к нам в пол оборота, чтобы мы могли подробнее рассмотреть место ожога. Выглядело действительно жутковато: если присмотреться, то возникало ощущение, что цвет ожога постоянно меняется — от ярко-красного, как на свежей ране, до бледно-фиолетового, словно синяк.

Раньше мы этого не замечали, потому как профессор старательно закрывал основное место ранения воротником. Выглядывал только краешек, который практически не менял свой окрас.

Руку подняла Семенова.

— Говори.

— Судя по изменению цвета, вы попали под удар сильного проклятия из ветки магии смерти. Причем, не просто попали, но и не сразу заметили атаку противника. Такая ошибка свойственна только неопытным магам.

Народ в аудитории зашептался. Мало кто решился бы называть преподавателя неопытным. Впрочем, Никифорова, судя по его лицу, это совершенно не беспокоило.

— Все верно — от проклятия из магии смерти до неопытности. Я тогда только закончил учебу в нашей школе и поехал на практику в Великие степи. Хотел набраться опыта, а заодно подтянуть свои боевые навыки в области владения зачарованным клинком.

Никифоров снова прикрыл место ожога, чем вызвал вздох облегчения у некоторых особо впечатлительных студентов. Все-таки рана действительно выглядела немного жутковато.

— Прослужив два года на границе с гоблинским королевством, я так ни разу и не столкнулся ни с кем более-менее опасным. Парочка вылазок на горных троллей не в счет — они хоть и дикие, но по сути своей безобидны. Притащи им парочку овец, и они уберутся в свои пещеры на несколько месяцев. Но однажды до нас дошла информация о гоблинской ведьме, что работает с темными духами. А это, я вам скажу, очень серьезно! Астральные сущности очень голодны до человеческих душ.

— Это она наслала на вас проклятие?

— Нет, — усмехнулся Никифоров. — Оказалось, что старая карга всего лишь устраивала красочные представления, чтобы впечатлить народ с ближайших деревень и таким нехитрым образом набрать себе клиентскую базу. На самом деле, она и с духами общалась очень редко, предпочитая не открывать окно в астральный мир.

— Клиентов? — удивилась Семенова.

— Проклятия, сглазы, предсказания будущего, тот же приворот, чтобы мужика из семьи увести. Ну и прочая дребедень, не имеющая ничего общего с настоящей магией.

— Так что же пошло не так? — с интересом спросил Ярик.

— Мы решили проучить старую ведьму, чтобы впредь не обманывала доверчивых гоблинов. Создали проекцию черного Высшего духа и запустили в ее дом. Кто ж знал, что у старухи есть древний семейный артефакт, способный вызывать настоящего Высшего духа. Она так испугалась, что… пожертвовала своей душой и использовала эту шкатулку.

Взгляд профессора резко омрачился. Видимо, именно с этого момента все пошло не так.

— Мы никогда раньше не сталкивались ни с чем подобным. Тебя атакуют, а ты ничего не можешь сделать. На тебе применяют астральное пламя, — мужчина коснулся места ожога, — а ты понятия не имеешь, как его остановить. Со стороны казалось, что мы деремся с воздухом, но на деле нас убивали…

В классе повисла мертвая тишина.

— Из десятерых бойцов выжил только я и наш командир, орк по имени Гравхт. Его зачарованная броня была заточена на сражение с духами, а потому отразила большую часть атак. Он, кстати, и расправился с Высшим духом, за что получил медаль и повышение. Я же… вернулся домой и предпочел уйти в преподавательскую деятельность. Желания сражаться и совершать подвиги больше не было. Те крики боли моих сослуживцев, тот вид старой гоблинши, отдающей душу темному духу, никогда не уйдут у меня из головы.

Одногруппники только переглядывались, но так и не решались что-либо говорить.

— В тот день я потерял своего брата и лучшего друга. У нас троих были большие планы на будущее, но все они разрушились из-за одной безобидной шутки и отсутствия нужных знаний. Теперь моя задача состоит в том, чтобы подготовить своих студентов к опасностям, что