Красавица и чудовище - Татьяна Тарасова

Так происходило не только в нашем, во всех самых известных гастрольных коллективах. Как ни странно, но это означало, что мы встали на ноги. Вернувшись, наши ребята начали устраиваться: купили жилье, отделились от родителей. Покупали пока еще однокомнатные, реже двухкомнатные квартиры, но даже своя однокомнатная квартира — это же советский рай. Они начали по-иному думать о жизни, не все сразу, но начали думать о том, как жить дальше. Теперь мы знали, что нас ожидает, знали, что мы можем тратить деньги, потому что впереди длинные гастроли в Америке и Канаде. Да, работа очень трудная, но зато хорошо оплачиваемая.

После приезда в Москву все ушли в отпуск, потом вновь собрались на работу. У нас сохранились еще и свои гастроли, без англичан. С совершенно иной программой, но память же у моих артистов в ногах. Продолжили и то, что я в Австралии начала делать, — новый спектакль. Я истосковалась по большой работе, для меня постановочный период — это прекрасное время, в постановках я отдыхала от соревновательного стресса. Со спортом покончено, но каждый спектакль — волнение, это другое, не спорт, не соревнования, но все равно дергает нервы.

Репетировали мы много даже в Австралии. Каждый день Надя проводила часовой балетный класс, каждый день мы начинали как настоящая профессиональная труппа (к нам на класс пришли Крис с Джейн). Несмотря на то что ежедневно проходила еще и раскатка перед спектаклем, я проводила днем двухчасовую репетицию. Все жили в сумасшедшем тренинге. Я попросила льда еще на час и потихоньку делала с Олегом Петровым номер «Тореадор». Музыка у меня уже была скомпонована. Так незаметно я входила в «Кармен». Постепенно сложился план постановки и потихоньку-потихонечку я сделала спектакль. Потом доделывала его в Москве, но основную канву провела в Австралии.

…Надюха работала с нами и в Австралии и в Америке. Сейчас она преподает в Южной Африке. Позже я расскажу, как я ее там оставила. В ЮАР первые гастроли советского ансамбля, то есть нашего коллектива, прошли в то время, когда эта страна еще была закрыта миру из-за апартеида. Правда, через две недели ее «открыли», наверное потому, что Могилевский устроил там гастроли «Всех звезд».

Постановка «Кармен» много времени не заняла. «Балет» я ставила на Ольгу Воложинскую, Александра Свиньина и Олега Петрова. Большая, интересная работа. К гастролям в Америке «Кармен» я с ребятами отрепетировала, хотя в программу этот балет не входил, костюмы я опять с собой на всякий случай взяла.

Еще за месяц до отъезда в Австралию Евгений Баранкин созвонился с Родионом Щедриным и попросил, чтобы тот меня принял, потом к Щедрину перезвонила я сама, и он мне сказал: «Пожалуйста, Танечка, заходите». Я и зашла к знаменитому композитору с сообщением, что собираюсь ставить на льду балет «Кармен» и вынуждена сделать некоторые купюры в музыке и — «прошу, чтобы вы посмотрели их сами»… В течение часа я рассказывала Родиону Константиновичу свою концепцию «Кармен».

Шла я к Щедрину по улице Горького не торопясь. Вышла из дома заранее, не дай бог опоздать, надо прийти точно к назначенному времени. Мы были с ним знакомы, но шапочно, в их доме я никогда прежде не гостевала. Щедрин меня принял с большой теплотой, что и помогло мне легко рассказывать ему о своих планах, хотя при этом я очень волновалась. Рассказывала о людях, которые закрываются и становятся масками. Я их задумала в спектакле. Я показала, где бы мне хотелось сделать купюры, и он сказал, что это возможно. Я объясняю: «Вы не беспокойтесь, я все сделаю с профессиональными людьми, никоим образом изуродована или испорчена ваша музыка не будет». А он: «Что вы, Танечка, мне кажется, получится интересно. Я не против сокращений, хочу потом посмотреть спектакль. Пригласите на премьеру?»

Много лет «Кармен» входила в репертуар «Всех звезд». Воложинская исполняла главную роль замечательно. «Кармен» — это большая работа, которой я горжусь. Я придумала в этом балете все до мелочей. С первого же номера с веревкой, когда Хосе связывает Кармен руки, но этой же веревкой она притягивает его к себе. Для Оли эта роль — начало ее второй жизни, она в «Кармен» показала себя выдающейся исполнительницей. И Олег Петров оказался совершенно блистательным тореадором, он работал с плащом так, как работают испанцы или профессиональные танцовщики в Большом театре. Олег крутил его двадцать четыре часа в сутки. Ему не просто сшили плащ, он был весь вымерен, весь из специальной ткани, чтобы на катке на большой скорости плащ летел и не заворачивался. А каким же Саша был прекрасным Хосе! Когда идет постановка в любом театре — это всегда событие. Репетиции «Кармен» собирали всю труппу, хотя каждая девочка понимала, что спектакль только на Олю. Правда, я сразу стала придумывать параллельно еще несколько номеров. Я всегда беспокоилась, чтобы мои артисты не ходили бы обиженные, все же этот спектакль делался всего лишь на трех исполнителей, а остальные — в кордебалете. Все без исключения. Но у всех получились небольшие партии, например, Инна Валянская стала «заводилой» во всех женских танцах и прежде всего у «работниц табачной фабрики». Она там очень выделялась, ее не могли заменить, даже когда она умирала от усталости. На этом месте я всегда ждала появления Инны. Тем не менее позже там оказалась Марина Пестова, жена Марата Акбарова, которую я, приехав в Москву немного передохнуть от гастролей, выдернула из дома.

Я встретилась с Мариночкой, которая только родила ребеночка, и говорю ей: «Ну что ты тут сидишь?» В спорте Вероника Першина была партнершей Акбарова, а Пестова каталась в паре со Станиславом Леоновичем. Першина с Акбаровым работали у меня, Леонович стал тренером, занимался с Гордеевой и Гриньковым — тогда еще совсем детьми, — а Марина одна сидела в Москве. Я говорю: «Муж работает, и ты к нам причаливай». Она: «Татьяна Анатольевна, родненькая, я же не каталась шесть лет, у меня ноги трясутся, я даже не представляю, как на лед выйти?» — «Такой талант и пропадает! Я для тебя все сделаю, я тебя научу в театре работать». Марина действительно светлый талант, позже она не раз это доказывала. А тогда я ей сказала: «Ты начинай кататься понемногу. Ребеночка пусть соседи часик покачают, но, главное, каждый день приходи на стадион Юных пионеров. Пока мы в Австралии, постарайся войти в форму. Марату пока ничего говорить не будем, но ему без тебя тяжело. Тебе нужно у нас работать». — «А как же ребенок?» — «Ребеночка будем возить с собой, как возят все цирковые, будем качать в автобусах, в поездах, в самолетах».

Так и выросла Анжелка Акбарова у нас на руках. А из Марины получилась потрясающая актриса и чудесная мама. Мне кажется, она никогда не спала. Уже не один спектакль мы выпустили с ней в театре, как я встречаю ее, она идет навстречу и плачет. Спрашиваю: «Мусечка, что случилось?» Она отвечает: «Ничего. Я просто устала». Ребенок на ней, муж на ней, а она ведущая актриса, ей надо выкладываться без остатка. Ведущие, они потому и ведущие, что ничего лишнего себе позволить не могут.