Попаданка на десерт, или Любовь в Новогодие - Наталия Журавликова

16.1

– Пошевеливайтесь! — перекрикивая шум сотни ладошек, к нам подошла строгого вида женщина. Поверх строгого коричневого платья накинута серая мантия, больше похожая на пончо. — Сейчас все кто сядет, кто встанет за стол, а вы тут прохлаждаетесь, как не стыдно!

Похоже, на этом факультете очень высокомерные граждане собрались. Мне казалось, главный менталист принц Кантарисс более демократичный.

– Прошу прощения, декан Полли, — рассыпался в извинениях Эскалор, - мы сию секунду приступим к обслуживанию столиков.

Декан? Значит, это глава здешнего самого элитного факультета. Приятно, что в этом мире женщины могут добиться высокого положения, но дружелюбие по отношению к рабочим профессиям им все же прокачать стоит.

Следующие полтора часа прошли у меня в режиме черепашьих бегов. Приходилось двигаться неуклонно, по одной траектории, чтобы каждый встреченный студент либо преподаватель сначала тебя заметил (и не снес при этом половину тарелок с тележки), потом остановился полюбопытствовать, и наконец взял себе что-нибудь. И у этих людей еще куча столиков от еды ломилась, напоминаю! Но до них кое-кому идти было лень. Да им все было лень, даже рты открывать.

– Это работает! — прошептал Эскалор, который уже под конец фуршета снова ко мне пробился. Видно было, как он устал, ему достался самый сложный фронт деятельности - смотреть, на каких столиках закончились припасы и вовремя их пополнять.

Ментальщики - прожорливый народ, я хочу сказать. Наверное, на питание мозга много ресурсов уходит.

– Что работает? — не поняла я.

– Твое изобретение из фольги, — пояснил парень, — ко мне никто так и не забрался в голову. Ты должна это продвигать! Есть еще какие-нибудь интересные и полезные головные уборы в твоем арсенале?

– Есть, колпак поварской, — кивнула я, — вот его обязательно тут сошью и продвину.

– Не хочу прерывать вашу милую беседу, — послышалось впереди, — но колесо вашей тележки стоит на моей ноге.

Меня пробрало холодом, даже фольга зашуршала от того, что волосы дыбом встали. Я наехала на самого Кантарисса! Будь он не ладен, этот Эск.

Испуганно глянув вперед, я получила зрительное подтверждение тому, что услышала. Мы с тележкой были в гуще толпы, словно я пирожками в переходе метро торговала. И мой корабль налетел на льдину. Гордый и величавый айсберг. “А я про все на свете с тобой забываю!” - включился в голове старенький саундрек.

Точно, принц Кантарисс в миру холодный, как айсберг в океане.

– Простите, ваше… ство, — пролепетала я.

– Попрошу вас впредь быть аккуратнее, — церемонно сказал принц. Все правильно, королевское воспитание, благородная кровь. Умеет держать лицо, когда не происходит ничего слишком уж неожиданного. А девицы наверняка часто изображают неуклюжесть, чтобы с ним в контакт вступить.

Я освободила ногу Кантарисса. На дорогом, сияющем начищенной кожей ботинке проступил след протектора от колеса тележки.

– Позвольте мне все исправить! — схватив первое попавшееся полотенчико с тележки, я кинулась к принцу в земном поклоне, намереваясь вытереть пыль с модельной обуви.

– Прекратите это раболепство! — Кантарисс отдернул ногу, словно я могла испортить или поцарапать его драгоценный ботиночек. Клянусь, он того вонючего ореха куда меньше испугался. А тут отшатнулся, тележку толкнул, чуть тарелки не полетели.

Отвернулся, решительно двинулся в противоположную сторону, и толпа перед ним рассасывалась как по волшебству.

– Вы что-то уронили! — тщетно пыталась я привлечь его внимание. И не врала. Из принца, точнее, кармана его пиджака, выпал сложенный вчетверо лист бумаги. Речь что ли, которую он телепатически перед обожателями толкал?

С некоторой опаской я подняла документ. Мало ли, вдруг у василисков все ядовитое? Сунула себе в кармашек фартука.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍