Аркан - Александр Асмолов

Эдуард с интересом открыл ее и осмотрел слиток. Похоже на настоящее золото. Он позвонил технологу, с которым предстояла встреча, и спросил, можно ли провести экспресс-анализ металла. Ответ его порадовал. Этот парень, со странной фамилией Школьник, был просто находкой для проекта Вольф. Готовый специалист, не задающий никаких вопросов. Школьник за месяц наладил станки для ковки разогретых заготовок из вольфрама весом в 400 унций и покрытию их золотом. Заброшенная мастерская колхозных комбайнов, расположенная недалеко от маленького поселка, как нельзя лучше подходила для этих целей.

Чтобы не маячить на «Мерседесе» среди полей, Жанночка организовала встречу директора и Школьника в соседнем пансионате. Бойкая реклама обещала посетителям уединение и отличную рыбалку. Милославский любил поработать на природе и ценил секретаря, устраивающего ему такую возможность. Встреча со Школьником, который познакомит директора с ходом работ и ее результатами на берегу пруда неподалеку от места, где в реку Десна впадала, вернее, плавно втекала речушка с забавным названием Незнайка, послужила предметом для бесчисленных шуток в дороге. У Милославского было отличное настроение и предчувствие, что все сложится. Он даже планировал часам к трем вернуться в свой офис.

У ворот пансионата «Пенино» их встретил услужливый мужичонка и объяснил, как проехать к домику рыбака. На пятачке перед добротным домом стояла старенькая «девятка», около которой на травке их поджидал тот самый Школьник. Местные привыкли к названию реки, но Милославский так и сыпал остротами на эту тему. Пройдя в дом для разговора со специалистом, директор отослал одного охранника проверить, все ли готово к рыбалке, а второго – погулять неподалеку. Вокруг было тихо и спокойно. Разве что, в кроне деревьев чирикали птички, да изредка плескалась рыба в пруду.

Эдуард был очень удивлен, когда в комнату, где на столе были разложены образцы вольфрамовых заготовок под «Лондонские» слитки, вошли двое вооруженных мужчин, дав знак молчать. Незнакомцы по-хозяйски обшарили директора и спеца на предмет оружия и проверили помещение. Потом один, что выглядел постарше, вызвал еще кого-то по миниатюрной рации. Через пару минут в рыбацком домике появился высокий сутулый мужчина с властными манерами. Он мало говорил, но стальной тембр его голоса вызывал чувство неуверенности и даже страха. К нему уважительно обратился вызывавший по рации боевик:

– Боб, двоих стрельщиков упаковали в бане, водила с Хилым в «Мерине». Эти были без стволов… Все чисто.

Вошедший едва кивнул и сел в кресло во главе стола. Очевидно, в пансионате часто проводили корпоративные вечеринки, и тут многое было подчинено офисному этикету. Боб, очевидно, был главарем. Он бесцеремонно пододвинул к себе вольфрамовые заготовки и стал молча разглядывать.

– Что за маскарад? – наконец-то обрел дар речи Милославский.

Никто не реагировал на гневный вопрос, который в стенах «Эмико» привел бы в трепет весь персонал.

– На каком основании вы…

Директор не успел закончить тираду. Боб молниеносно выхватил откуда-то из потайного кармана нож с откидным лезвием. Металлический щелчок фиксатора, словно выстрел, застал всех врасплох и привел в оцепенение. Обладатель стального голоса даже не взглянул в сторону опешившего директора. Сосредоточенно рассматривая кованные бруски, Боб попытался поцарапать один из них лезвием своего ножа. Помолчал и, угрожающе подняв одну заготовку, тихо обратился к перепуганному спецу:

– Школьник… – тот вздрогнул и нервно кивнул, – что это за хрень?

– В-в-вольфрам, – вдруг начал заикаться бывший работник военного завода.

– Сам лабал? – не встретив возражений, обладатель стального голоса продолжил. – В своей тачке прокатись с Винтом на хазу и покажи, где что… а мы пока побазарим с дядей.

Когда звук старенькой машины стих за поворотом, Эдуард сделал еще одну попытку восстановить порядок:

– Мне нужно позвонить кое-кому…

– Когда они доедут, тебе будет все равно, – безразлично откликнулся Боб, – а мы еще можем договориться.

– Конечно, – обрадовался директор. – Я деловой человек.

– Тогда скажи мне, где ржавье?

– Золото? Какое золото? – готов был негодовать Милославский.

Сутулый бандит только кивнул второму своему сообщнику на портфель, лежащий на кресле рядом с директором. Тот бесцеремонно открыл его и, покопавшись, вытащил коробочку красного дерева. При ее появлении у Боба появилась злорадная улыбка.

– Оно! – здоровенный сообщник положил открытую коробочку перед старшим на стол.

– И откуда ржавье? – Боб кивнул на слиток.

Далее последовал длинный и сбивчивый монолог Милославского, который абсолютно не произвел никакого впечатления на незваных гостей. Какое-то время молчаливый мужчина перекатывал в ловких пальцах нож с длинным острым лезвием, потом тихо сказал:

– Это ж запятнанные сливки – он перевел свой взгляд на директора. – Мои!

Милославский попробовал еще раз объяснить, как попал в его руки слиток в коробочке красного дерева. Но чем дольше продолжался его сбивчивый рассказ, тем явственнее он понимал сам, насколько нелепа его версия.

– Дядя, – лезвие ножа резко остановило свой бег и зловеще сверкнуло, – а, может, ты скинешь Малому пару, – он кивнул на слитки. – Пусть пощупает, вдруг фуфло.

Подельник наигранно засмеялся, подставляя огромные ладони, в которые поместилось бы вся взъерошенная голова Эдуарда. При этом мелькавшие стальные коронки вызвали омерзение и животный страх перед этим странным существом, рядившимся в человеческий облик.

– Ты его не расстраивай, – посоветовал Боб. – Нервный он. Мы его подкармливаем, но ни за что не отвечаем. У него справка.

У директора перехватило дыхание, и не известно, что произошло бы дальше, но к дому подкатила старенькая «девятка». Минутой позже напуганный спец влетел в комнату от мощного толчка сзади, следом появился сопровождавший его Винт и ругнулся:

– Прикинь, хотел меня трубой отоварить… дай его мне, Боб.

– Остынь! – тихо сказал главарь. – Он еще потрындит… Так, что там?

– Кузница какая-то… Корыта… Трансформаторы… Что-то мастрячат…

– Да, это просто мастерская! – сорвался на фальцет Милославский. – Вы ошибаетесь в своих нелепых подозрениях.

Все обернулись к сидевшему во главе стола сутулому человек. Он хмыкнул и тихо сказал:

– Ну-ка, Малый, тащи одного жлоба из бани.

Далее произошла зверская сцена, которую и описывать-то страшно. Подельник по кличке Малый притащил пошатывающегося, очевидно, оглушенного охранника. Рывком поставил того на колени и, оставаясь за спиной, положил свои огромные ладони ему на плечи.

– Где сливки? – хмуро спросил Боб и, не получив ответа, кивнул Малому.

Тот расплылся в садисткой улыбке и резким движением свернул шею охраннику. От хруста ломающихся позвонков у всех похолодело внутри. Бывшее еще мгновение назад живым человеком тело, как-то неуклюже, словно мешок, свалилось набок.

– Ты что делаешь? – завопил Милославский. – Это ж мокруха!

– Где мои сливки? – меланхолично повторил Боб и еще раз кивнул Малому.

Тот с какой-то поспешностью выскочил из комнаты и вернулся со вторым охранником. Не получив ответа на свой вопрос, Боб дал команду психу, и тот свернул еще одну шею.

– Да, вы… да, что… – не мог выговорить Эдуард, тупо глядя на трупы.

– Я скажу, – не выдержал спец. – Все скажу…

– Вот Школьник лучше старших соображает, – зло пошутил Боб. – Ну…

Сбивчивая речь перепуганного специалиста, объяснявшего суть проекта Вольф не очень заинтересовала главаря. Он недослушал и, поморщившись, словно он надоевшей боли, тихо произнес:

– От него мазы нет… Винт, кончай его. Только не следи.

Смерть Школьника была быстрой и какой-то простой, словно и не жил человек вовсе. Словно не прошли годы пока его растили родители, обучали в институте, и он сам воспитывал детей. Все прервалось в один миг. Как и не было.

– Дядя, – устало проговорил, почти прошептал Боб, – у тебя есть шанс поехать за моим ржавьем или остаться тут… С этими.

Бездушные пустые глаза смотрели сквозь Милославского. Директор мучительно соображал, как выкарабкаться из этой дикой ситуации, к которой он оказался абсолютно не готов. Он, планирующий миллиардные операции, не выходя из кабинета, имеющий влияние и знакомства, уверенный в своем превосходстве и силе, вдруг оказался заложником у каких-то бандитов. Кого он набрал к себе в охрану? Эти хваленные «афганцы», стреляющие из любого оружия, и «самураи» разбивающие лбом кирпичи, оказались щенками против обычных уголовников. Вернее, отморозков со справками, которых нужно держать на цепи, а не выпускать на свободу с индульгенцией на убийство.

– Мне нужно позвонить, – судорожно глотая слюну, простонал Эдуард. – Я все улажу.

– Фраер, ты не понял? – главарь жестом остановил Малого, уже протягивающего свои лапы к шее директора, – или едем за моими сливками, или ты ложишься рядом.