Ролевик: Мистик - Влад Поляков

– Выпьем, за это стоит.

– Ага, – согласилась Глэйр. – Красота моя вечная, а победы – это может оказаться ускользающим. Лови их, Тень, за хвост и не отпускай никогда и ни за что!

– А теперь ближе к делам нашим сложным и многочисленным, – сменил я тон на деловой, только лишь оставив опустошенный бокал на стол. – Думаю, уважаемый Рэнду примерно представляет себе суть наших интересов к нему.

– Только что примерно…

– Ничего, я проясню. Ты первый, кто увидел меня в этом проклятом Фрахтале. Если бы не было ко мне интереса, не стал бы ты запихивать меня в камеру внутри твоей цитадели. Так что для начала я должен знать все это. Что, зачем, почему? И главное – что ты знаешь обо мне!

Рэнду аж скривился, словно ему напильником по зубам провели несколько раз. Понятно, говорить крайне не хочется, но понимает, что придется. Конечно, он может развернуться и уйти. вот только глупо это будет. К дуракам же его точно не отнесешь.

– Хорошо, я скажу. Но знание не всегда полезно для здоровья. Нет, – вскинул он руки в успокаивающем жесте, заметив не слишком хорошую реакцию Глэйр. – Я тут ни при чем, а вот другие могут быть очень недовольны.

– Кромешники и так за ним охотятся, он унизил их слуг – принародно. На приеме у Шенка не только победил Кшатра в Чистой Радуге, но и использовал Черный Цвет. Потом забрал у того цепь, которая Цвета трансформирует, да еще и удрал под самым носом у ворвавшихся Корректоров.

– Кхм… – чуть не подавился Механист. – Корректоров я знаю, Крио тебя наверно уж проинформировала, что и я раньше был одним из них.

– Поведала. Но она… виляла много, а в конце-концов по сути предала наметившиеся союзнические отношения. Так что у меня к ней теплых эмоций и не планируется.

– Это девочка любит, она всех предаст при выгоде для себя или если угроза образуется. Так и живет.

Горечь в голосе Рэнду доказывала, что знал он ее хорошо. Ну да не мое то дело, если честно. Пусть каждый сам хоронит своих мертвецов. Ведь прошлое, оно тянет к нам руки через слой рыхлой земли. настойчиво, упорно, желая утянуть обратно, задушить любую попытку сопротивления. Из минувшего можно почерпнуть опыт, силу, а реально и рухнуть туда, как в зыбучий песок. Тогда даже следа не остается, ни малейшего.

– Ты отвлекся… Крио меня сейчас не слишком интересует. А опасаться негативной реакции Кромешников нет резона – Глэйр верно заметила, что они и так на меня озлоблены должны быть.

– Тогда я расскажу. Но знаю я мало, меньше, чем ты хочешь услышать.

– Говори. Знаний никогда не бывает много, их всегда не хватает. Такова суть для любого, кто стремится узнать новое или лучше понять старое.

– Ты извне, но у тебя нет памяти… – Механист потянулся к бутылке и белое вино струей хлынуло в бокал. – Это необычно, но предсказуемо. Гости извне не редкость, но когда у кого-то из них способности к магии и заблокированная память – это интересно. Я пытался пробить защиту, но не смог. И Кромешники не смогут, потому и постараются убить тебя сразу же.

– Почему?

– Они охраняют привычный порядок вещей, стерегут Фрахталь на Грани между собственно Фрахталем и Стазисом.

– Эт-то что еще за зверь?

– Толком не знаю, и знать не очень хочу. Мороз по коже при одном воспоминании б этом месте. Я его не понимаю и опасаюсь. Оно чужое, чуждое нам. Чуждое всему привычному, понятному, естественному.

Стоп! Знакомая песня, если вспомнить слова Глэйр. Ее ведь тоже водили куда-то в странное место. Куда-то, но точно не в этот загадочный Стазис. Всего лишь на Грань. Грань, пограничье, граница. Граница между разными мирами – вот истинная суть, иного ответа тут быть не может. И не есть ли эта Грань путь в иные реальности, где есть и моя родная? Или не сама Грань, а собственно Стазис.

– Нас тоже водили туда? – вот и моя красавица почуяла знакомое, что вовсе неудивительно.

– Нет, в Стазис – только Корректоров. Вас только на Грань, конец седьмого Слоя, чтобы вы могли почувствовать магию Фрахталя в концентрированном виде. Там, на Грани, она наиболее сильна и вместе с тем сложноуправляема.

– Поня-ятно, – протянул я. – Такой своеобразный вариант посвящения. Для Глэйр – в магию Фрахталя. Для тебя же – еще и возможность прикоснуться к этому загадочному Стазису. Хотя для меня и Фрахталь ваш странный по самое не могу.

– Увы… В суть Стазиса посвящены только сами Кромешники и особо доверенные Корректоры. Я не вхожу в их число, у меня только воспоминания об ужасном, кошмарном месте, где все стремится уничтожить тебя.

– Только Кромешники знают об этом месте. Хорошо, учтем. Ну а что насчет меня?

– Стазис выжигает память. Тем, кто попадает туда без подготовки. Чаще всего такие умирают, но иногда могут и выжить. Выживший в Стазисе может понять его, а Кромешники никогда не позволят бывшему там проникнуть сюда. Это Запрет – это их тайна. Они установили Черный Бархат – непроницаемую с той стороны пелену, но все равно они сторожат ее вот уже тысячи и тысячи Шагов. Кромешники свято уверены в своей правоте, Тень, они стоят на страже Фрахталя и порой даже гибнут…

– Но ты ведь ушел от них…

Замечание Глэйр было хоть и кратким, но пришлось к месту. действительно, Рэнду давно и прочно порвал с этой системой, сделавшись изгоем, отступником. Почему, зачем? Можно сколько угодно строить гипотезы, но правду знает только он сам. И не факт, что расположен ей делиться со всякими разными.

– Да, ушел. Но из-за слишком сильной их озабоченности безопасностью Фрахталя. Они начинают МЕШАТЬ! Ты общался с Крио, Тень, ты знаешь, что она думает по этому поводу. Цвета все меньше, а эти озабоченные перекрыли Грань так плотно, что откуда же ему взяться! И другие причины есть…

– Понятно. А во мне, как я понял, подозревают человека из Стазиса и хотят уничтожить на всякий случай.

– Или убить, или вышвырнуть обратно в Стазис. Это я не могу сказать.

– Многое проясняется, но не все. Зато становится ясно, что делать.

– Бежать, – невесело усмехнулся Механист. – Вся наша жизнь – бег от смерти, вечная гонка с превосходящим и могучим врагом. Победить нельзя, можно только отсрочить поражение. Мне удается…

Пессимист, однако. Со своей точки зрения он, возможно, прав, но это всего лишь одна из множества граней существующей ситуации. Да, можно бежать, периодически огрызаясь и отправляя в миры иные особо зарвавшихся преследователей. Вот только вырабатывается психология загоняемого хищника. Да, приближаться к такому смертельно опасно, но и сам беглец не способен уже перейти в нападение. Только бег, бег, бег…

– Я предпочту не бежать. Пусть ОНИ бегают. Не сейчас, потом, – добавил я, сразу заметив попытку собеседника высказать какое-то не слишком приятное замечание. – Да и Глэйр, как я понимаю, меня в этом поддерживает.