Победа ускользает - Мошков Кирилл

Капитан внушительным шагом, низко нагибая голову, приблизился к охраннику и оказался на две головы его выше. Еще издалека, от середины коридора, он начал протягивать охраннику большой, какой-то неформатный (широкий, но недлинный) лист настоящей органической бумаги (хреновы периферийные богачи!), исписанный вдоль и поперек от руки и украшенный свежими синими и фиолетовыми печатями таможни и иммиграционной службы, голографическими наклейками, крест-накрест налепленными полосами марок уплаты портовых и иммиграционных сборов и — по правому краю — длинным столбиком только что наклеенных временных трехсуточных виз. Когда же охранник, невольно повинуясь внушительным жестам капитана, взял эту бумагу и начал, высоко подняв брови, читать ее, капитан сказал ему неожиданно тихим и тонким голосом:

— Господиин сержаант, этто доккумент на выход всей нааша команда в гоород.

Сержант читал, и в голове у него мутилось. Вот что было написано в бумаге:

«Корабля мусоровоза борта 947-10 планета Уусимаа компания Уусимаа Мусору Инкоминг и Ауткоминг Трейд OY.

Экипажа лист.

Капитан шкипер Пекка Йоулупукки, родилася в Куусанкоски, один лиц.

Суперкарга (зачеркнуто) Суперкарго советник Пекка Йоулупукки, родилася в Хямеэнлинна, один лиц.

Пилот мичман Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Уусикаупунки, один лиц.

Ещо пилот мичман Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Кристийнанкаупунки, один лиц.

Ещо одина пилот мичман Пекка Йоулупукки, родилася в Хямеэнлинна, земляк суперкарги, не путай, год рождества 3929, один лиц.

Штурман Пекка Йоулупукки, родилася в Суоненйоки, один лиц.

Вторых штурман Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Маарианхамина, один лиц.

Карго специалист Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Кауниайнен, один лиц.

Ещо карго специалист Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Аньяланкоски, один лиц.

Ещо одина карго специалист Пекка Йоулупукки-женщина, родилася в Ориматтила, один лиц.

Младшый карго специалист (грущик) Пекка Йоулупукки, родилася в Лаппеэнранта, один лиц.

Ещо младшый карго специалист (грущик) Пекка Йоулупукки, родилася в Пиэтарсаари, один лиц.

Кок Пекка Йоулупукки, родилася иммигрант, поэтому на финна непоходит, жывет в Уусикаарлепю, один лиц.

Бортинженер Пекка Йоулупукки, родилася иммигрант, поэтому на финна непоходит, жывет как наше суперкарга в Хямеэнлинна, один лиц.

Бортинженер Пекка Йоулупукки, родилася иммигрант, поэтому на финна непоходит, жывет как нашу капитан в Куусанкоски, один лиц.

Составит капитан шкипер Пекка Йоулупукки, для портовые властей Космопорта Галактику, 26 апреля с.г.

Следует копия по-финску».

Дальше шли три десятка строчек латинскими буквами, составленными в длиннющие непроизносимые слова, среди которых сержант смог разобрать только шестнадцать раз повторенное «Pekka Joulupukki».

Все это было аккуратно, совершенно законным способом, с соблюдением всех положенных в случае столь необычного составления документа формальностей, заверено пограничной полицией и иммиграционной службой. Далее следовало заключение таможни о всесторонней проверке и таможенной очистке выходящих в город членов экипажа — пятнадцати лиц по имени Пекка Йоулупукки, из которых шесть — Пекка Йоулупукки-женщина.

Сержант на всякий случай перечитал написанное еще разок. Все это время капитан шкипер Пекка Йоулупукки из Куусанкоски, выжидательно вздев кустистые брови, терпеливо ждал, пока охранник усвоит прочитанное.

Наконец охранник поднял голову, встретился взглядом с капитаном и осипшим голосом заявил:

— Ну хорошо. Мне все равно, почему вас всех зовут Пекка Йоулупукки, хотя шестеро из вас женщины, а Пекка, судя по всему, мужское имя. Раз власти довольны — мне все равно. Но какого лешего у вас нет паспортов, а есть вот эта бумага? Или у вас есть паспорта?

Капитан широко и добродушно улыбнулся.

— Пааспортаа наам нетуу, — пояснил он. — Уусимаа не признавает пааспортный системма.

— Гм. — Охранник подобрался. — И как вы собираетесь соблюдать паспортный режим Космопорта?

Капитан улыбнулся еще шире и добродушней.

— Наам пойдет вся вместе, — пояснил он. — Я буудет показаал экипажа лист с визами и моя капитанска лицензияа.

С этими словами он расстегнул на боку второй накладной карман-планшет, симметричный тому, из которого торчал кабель модема, и извлек оттуда залитый в дорогую «невидимую» полимерную пленку лист чего-то чрезвычайно плотного, внушительного и ослепительно красивого, исписанного фиолетовыми чернилами мало того что от руки — кажется, даже кисточкой или фигурным пером, и украшенного полудюжиной разноцветных рельефных печатей с изображением толстых, упитанных орлов, львов и лошадей. Все это было, разумеется, на финском языке, так что охранник разобрал (не без труда, поскольку писавший обладал каким-то очень заковыристым почерком) опять-таки только имя Pekka Joulupukki, но зато в самом низу документа под пленку была закатана самая обыкновенная конфедератская синяя пластиковая карточка капитанской лицензии, с характерными конфедератскими полумесяцем и сорока девятью звездами. С чувством огромного облегчения охранник протянул руку через окно рубки к своему терминалу, вытянул на длинном витом шнуре допотопный (потому что какой же еще мог быть на этом самом зачуханном посту Космопорта, подумал он с внезапной обидой) ручной сканер и навел его на карточку. Сканер мигнул, охранник перевел взгляд на монитор и увидел там сотни раз виденные им строчки расшифровки стандартной федеральной лицензии, а над монитором в воздухе нарисовалось и стало гаснуть зеленое голографическое OK.

Придраться было не к чему, но охранник все медлил: масленые ухмылки уехавших портовых властей не давали ему покоя. Видимо, капитан понял это и улыбнулся совсем уж широко и до предела добродушно. Его левая ручища нырнула в карман пузырястых красных шерстяных штанов и вернулась с полусжатыми пальцами, которые немедленно устремились к левой руке охранника. При этом шкипер (видимо, опытный в такого рода делах) повернулся так, что совершенно закрыл происходящее от видеокамеры у шлюза, а голова охранника закрыла происходящее от камеры над рубкой. Через секунду золотая монета в десять империалов нырнула в карман скафандра сержанта, и тот удовлетворенно отступил в рубку, вернув капитану его «экипажа лист».

Тогда шкипер Йоулупукки повернулся к шлюзу и сказал в один из своих мультикомов:

— Kyllд.

Из шлюза послышался шум шагов, затем повисла секундная пауза, и в шлюзе дружно и ритмично затопали.

Охранник вытаращил глаза.

В шлюзе показался первый член экипажа — тот, которого охранник уже видел, суперкарго (лысый, но нестарый мужчина со странно давящим взглядом слегка сонных, навыкате, глаз). Не глядя на охранника, он старательно вскидывал колени в каком-то причудливом церемониальном шаге и вполголоса командовал:

— Yksi! Kaksi! Yksi, kaksi, kolme, neljд! Yksi! Kaksi!

Вслед за ним длинной колонной вышагивали в затылок друг другу остальные тринадцать членов экипажа мусоровоза 947-10 — впереди семь мужчин, из них трое явных «иммигрантов, на финнов не похожих» (два монголоида, один негроид), за ними — шесть «Пекка Йоулупукки-женщин». Все они глядели строго перед собой, игнорируя охранника; у всех на левом плече висело по вещмешку, лямку которого все они придерживали левой рукой. Они были очень разного возраста, от подростков до стариков, но выглядели единой сплоченной командой, хотя одеты были кто во что горазд, едва ли не с большей яркостью и пестротой, чем сам шкипер Пекка Йоулупукки.

Охранник смотрел на старательно топающую колонну, вытаращив глаза и раскрыв рот. Забытый в руке сканер вывалился, стукнулся о бортик рубки и повис, подпрыгивая на витом шнуре. Четырнадцать Йоулупукки, высоко вскидывая колени и громко топая, прошагали мимо поста, вышли в транспортный коридор под мерный счет суперкарго и, повинуясь его неразборчивой команде, замаршировали на месте, ожидая капитана.