ЛОЖКА ДЕГТЯ - В. Шлифовальщик

- Есть у кого-нибудь преобраза?

Толпа не отреагировала никак.

- Силы у меня навалом. С преобразой мы её махом в ловкость переделаем, - зачем-то пояснил полковник Филу.

Но тому не удалось обзавестись ловкостью. Ни у кого не нашлось преобразы.

- Ладно, - махнул рукой Гвед, - пойдёшь с одной силой. Хочешь, я тебе свой плоскач отдам?

Он потряс оружием, но Фил отказался:

- Спасибо, не надо, господин гвардии полковник. Тяжесть такую таскать…

Толпа начала рассасываться. Полковник отвёл в сторону Фила и начал вполголоса ставить ему задачу. Замешкавшийся, обалдевший от резкой перемены событий Вит оказался невдалеке и услышал весь разговор.

- Если что, - поучал Гвед рядового, - сразу применяй оружие на поражение.

К ним подошёл горожанин и вмешался в разговор:

- Только в Павла не стреляй.

- В кого? – спросил за Фила полковник. – В этого хвостатого?

- В него, - подтвердил горожанин. – Он на благо народа работает. Это его изобретение мы идём испытывать.

Гвед скривился:

- Послушай, Лар, - начал он. – Почему солдат Народной армии должен щадить какого-то неполноценного…

- Потому что этот неполноценный поценнее будет чем некоторые гвардейцы, - холодно ответил горожанин Лар. – По мне, пусть он хоть абстр, лишь бы работал на благо народа и нашего мира. К тому же он – мой подчинённый, мы в Институте оборонных технологий работаем над одной важной проблемой.

- Хорошо, не тронем, - нехотя согласился полковник. – А с остальными что?

Лар пожал плечами. Полковник кивнул и снова обратился к Филу:

- Как вернёшься, силу и выносливость можешь оставить себе, - разрешил он.

Рядовой молча кивнул. Гвед добавил:

- Я выдам тебе два понимальника. Один себе возьмёшь, другой нелоголазу отдашь. Будете речь забредышей понимать. И прислушивайся к их разговорам постоянно, от этих тварей всего можно ожидать. Понимальники потом тоже можешь у себя оставить.

Фил снова покивал без особого восторга. Тогда полковник добавил:

- После похода найдёшь меня. Полковник Гвед, Четвёртое управление Народной Гвардии, начальник отдела контроля науки и оборонных технологий. Я подумаю о твоей дальнейшей судьбе. Надоело, небось, армейскую лямку тащить?

Рядовой молча вздохнул.

- Постараюсь перевести тебя в Гвардию, - пообещал соблазнитель Гвед. – А в Гвардии, сам понимаешь, и пайки пожирнее, и служба попроще, и жильё служебное дают.

- А с забредышами что потом будет? – неожиданно спросил Фил. Полковник явно не ожидал этого вопроса, поэтому смутился:

- Ну как что… Павел отправится назад в Институт оборонных технологий, к Лару. Игната абстрагируем однозначно, а Гусарова, так и быть, обессвойствим.

- Почему это сейчас нельзя сделать, господин гвардии полковник? – удивился рядовой. – Зачем их к Изобре тащить?

Полковник недовольно пожал плечами:

- Это было условие Павла. Понимаешь, он выдумал одну хитрую штуковину и закапризничал. Мол, нужно испытать её у Изобры, и для этого взять в экспедицию этих двух забредышей. А Лар, либерал, идёт у него на поводу. Говорит, что если Павлу отказать, то он запорет весь проект, и народ не получит этой хитрой штуки.

- У вас же полно… специалистов по развязыванию языков, - покривился рядовой. – Взяли бы этого Павла да вышибли бы из него информацию.

- Вот и я про то же! – обрадовался единомышленнику Гвед. – Но Лар, чтоб его, не хочет. Носится с этим забредышем, сопли ему вытирает! Скоро сам, как забредыш, станет!

Поняв, что болтает лишнего, полковник посерьёзнел и отчеканил:

- И вообще, слишком много вопросов от тебя, рядовой! Задание получил? Получил. Вот и выполняй! Военнослужащий, получив задание, уясняет его и выполняет, применяя смекалку и разумную инициативу. А затем докладывает по форме.

Гвед разочарованно покачал головой и, ни к кому особо не обращаясь, грустно произнёс:

- Мы семьсот лет ни с кем не воевали. Забыли, что такое армейская служба, устав, единоначалие… Приходится всё заново учить и вспоминать историю наших славных воинственных предков.

3

На первую нелепу экспедиция нарвалась уже через час после выхода из села. Это был прикрут – нелепа не слишком опасная, но появляющаяся резко и неожиданно. За минуту до прикрута всё было тихо и мирно. Вит возглавлял колонну; он шёл, выставив вперёд алогометр, с помощью которого выискивал места с пониженным уровнем алогии и вёл туда группу. За ним шёл Гусаров, светловолосый и жилистый; казалось, что рюкзак у него легче чем у стальных, настолько упруго и легко передвигался он по нелоголазским тропам и пересечённой местности. Даже не будучи психологом, можно было угадать, что этого беспокойного забредыша терзает только одна мысль – как бы сбежать отсюда поскорее. За ним шагал скрытный Игнат с равнодушным лицом, на котором не отражалось вообще никаких мыслей. Зато идущий следом Павел по-детски радовался при встрече с очередным чудом Нелоги. То его внимание привлекал ручей, выгнувшийся дугой над тропинкой, образуя арку, то забредыш-изобретатель заглядывался на растущее вверх корнями дерево, то он подолгу ползал вокруг абсолютно твёрдого камня. Фил же, замыкающий колонну, был строг и бдителен. Время от времени он снимал с плеча состар и щёлкал предохранителем.

Приближение нелепы первыми почувствовала многочисленная лесная живность, встревожено загомонившая на все лады. Затем заверещал алогометр, показывая резкое повышение алогии до пяти баллов. Вит немедленно достал определ и убедился, что они скоро столкнутся с прикрутом. Нелоголаз дал команду остановиться. Гусаров с Игнатом выполнили её мгновенно, Павел от неожиданности запнулся и упал. Из его плохо завязанного рюкзака выпала банка тушёнки и покатилась навстречу нелепе. Хвостатый забредыш дёрнулся было за убегающей провизией, но идущий позади Фил успел удержать его за лямку вещмешка.

  Некоторое время все пятеро наблюдали как в десяти шагах торжествует алогичный прикрут. На кривых сосёнках выросли ананасы и морковь. Полевые цветы злобно заклацали зубами. Весёлая синичка, попав в нелепу, моментально обросла чешуёй и зарычала, щёлкая клешнями. У муравейника, расположившегося под сосной, появилось два тёмных глаза, которые, поморгав, недоумённо уставились на путешественников. Когда на цветущую поляну выбежал заяц, потряс щупальцами и затрубил в толстый хобот, забредыш Гусаров не выдержал и потянулся к состару Фила:

- Дай-ка пушку, дружище!

Но Фил крепко вцепился в ремень состара:

- В кого ты стрелять собрался?

- Да не в тебя, конвоир! Вон в того уродца, - Гусаров указал на нелепого зайца, который, похоже, сам недоумевал, откуда у него взялось столько лишних конечностей.

- Не положено, - тоном дубоватого служаки ответил Фил, по-прежнему удерживая ремень оружия.

- Ах, вон как заговорил! – презрительно сощурился воинственный забредыш. - «Не положено». Ну-ну… Сам-то хоть стрелять умеешь?

Гусаров сердито отвернулся от конвоира и поглядел на выроненную консервную банку, которая, докатившись до прикрута, немедленно обзавелась крыльями и крохотным пропеллером и, взревев, взмыла к небу, описав прощальный круг над путешественниками. От рёва пропеллера с невысокой ёлочки посыпались шишки. Последние вызвали смерч, который сгрёб с полянки глазастый муравейник, слонообразного зайца и пару деревьев и уволок добычу в неизвестном направлении.

- Ничего странного, - изрёк долго молчавший хвостатый Павел. – Прикрут добавляет, прикручивает лишнее к разным категориям. К вещам – лишние свойства, к составным объектам – лишние части, причины вызывают дополнительные следствия… Скажем, падение снега вызвало лишнее следствие – смерч.

- Помолчал бы! – раздражённо отреагировал Игнат. – Всезнайка! Тут люди побольше тебя о Нелоге знают, и то помалкивают.

Он кивнул на Вита.

- Я много читал про Нелогу в Институте, - обиделся Павел.

Услышав про Институт, Гусаров дёрнулся и прошипел:

- Предатель!

Виту за этот час уже успела надоесть эта компания забредышей. Никогда ему в походах по Нелоге не попадались такие бестолковые и шумные напарники. Всё время болтают не умолкая, переругиваются, философствуют, спорят. Внимательный нелоголаз заметил, что Гусаров всё время обзывает Павла «предателем», Павел сердится на Игната, что тот «скурвил» этот чудесный онтологический мир, а Игнат не переваривает Гусарова, называя его «тупой ищейкой». Он бы с удовольствием выключил понимальник, но полковник Гвед велел слушать и запоминать беседы забредышей. А что тут запоминать, если они всё время ругаются!

Ещё через час Вит устроил короткий привал, заметив, что хвостатый забредыш здорово утомился. Двое других держались неплохо. Фил, накачанный силой и выносливостью, не устал совершенно. Привал было решено сделать в небольшом стабиле, где уровень алогии чуть выше нормы.