Цветок у трона - Ольга Калитина

По эту сторону сна он не был моим смертельным врагом, моим будущим убийцей. По эту сторону зеркала я не чувствовала ненависти и страха к нему.

Он улыбнулся, но не той жестокой, холодной улыбкой, которой я боялась и ненавидела. Эта улыбка была нежной, но с привкусом какой-то горечи. В его тихом шепоте сквозила печаль:

— Смотри, цветочек, — последнее слово, ранее произносимое с издевкой, теперь звучало ласково.

Я послушно повернула голову в сторону зеркала. Старое отражение исчезло. Я все так же продолжала сидеть, но в зеркале я была отражена в полный рост. Я четко видела свой тонкий профиль. Голова была откинута назад, и черная волна волос с редкими фиолетовыми прядями развивалась у меня за спиной. Это была я и не я. Мое лицо было чужим, его исказила какая-то жестокая, животная гримаса. Я держала в объятиях мужчину. Но не того, кто был сейчас рядом, по эту сторону зеркала. Нет, тот, другой, закинул мою обнаженную ногу себе на бедро, заставив прогнуться еще сильнее. Его ярко-синие глаза с темной, вязкой страстью смотрела на меня. На другую меня, извивающуюся в его объятьях.

— Хватит! — закричала я, и толкнула зеркало рукой. Позолоченная рама закачалась и начала падать. Резкий звон бьющегося стекла почти оглушил меня. Осколки зависли в воздухе прямо передо мной. Протянув руку, я взяла один из них. В детстве мне говорили, что нельзя смотреть в разбитое зеркало, но я не смогла побороть себя и заглянула. Как когда — то колодец воспоминаний, этот осколок начал затягивать мое сознание. Как через портал, я прошла сквозь него. И стала другой.

Трон был жестким и неудобным, но я любила на нем сидеть больше чем на обитых бархатом мягких креслах. Я сидела в довольно небрежной позе — перекинув одну ноги через подлокотник, так что она свободно покачивалась в воздухе, и облокотивший спиной о второй подлокотник. Мною снова овладела скука. Зевнув, я сняла тяжелую корону с головы. Своей тяжестью она была обязана огромному драгоценному камню, венчавшему ее острый пик и другим камушкам поменьше, которыми были обильно усыпаны кованые изгибы. Сверкала она ярче солнца и почти так же ярко как Си'эрр. Сколько веков она не касалась ничьей головы? Я задумчиво крутила ее в руках, как забавную безделушку. Повиснув на моем указательном пальце, она вот-вот была готова упасть на мраморный пол тронной залы.

— Не боишься разбить игрушку? — его голос отразился от гладких стен и эхом полетел ко мне.

Я сладко улыбнулась и выгнулась дугой, разминая затекшие мышцы. От моей скуки не осталось и следа.

— Ну, здравствуй, мой князь. Как хорошо, что ты пришел. Пришлось повесить придворного шута — его шутки меня утомляли, и теперь меня даже некому развлечь, — я обиженно надула губки и прищурила глаза, — ведь ты же меня не разочаруешь?

— О нет, со мной тебе не придется скучать, — его голос был холодный и отталкивающий. Он оглядел тронную залу и покачал головой, — здесь слишком много зеркал, — действительно, все стены были увешаны ими.

— Я люблю зеркала. Си'эрр любуется своими миллионами отражений, почему я должна лишать себя такого удовольствия?

— Очнись, Аштиатан, тебя обманули, зачаровали. Он завладел твоим разумом и почти подчинил себе. Ты что не понимаешь, что тебя используют? Думаешь, он тебя пощадит? Нет, он перешагнет через твое холодное мертвое тело, когда получит то, что ему нужно!

— Ах, ну вот опять… — я зевнула, — смотри, что ты наделал, я опять начинаю скучать. Ну что же ты, мой князь, неужели тебя не учили как обращаться с дамой? Раньше ведь у тебя получалось…. Ах, Шайтан, Шайтан… — я уперлась подбородком в ладонь и разочарованно вздохнула.

Его глаза налились темным серебром.

— Я пытался… Я должен, — его лицо исказилось: ярость, ненависть, мука, страдания — все слилось в одну жуткую маску. Его движения были стремительны. Еще секунду он стоял неподвижно, и вдруг в его руках оказались два длинных меча. Все его тело превратилось в острый клинок, нацеленный мне в сердце. Одно мгновение — и он оказался у самого трона. Человеческий глаз никогда бы не уследил его движений. Но для меня это было слишком медленно — я могла отследить каждый поворот, малейшее сокращение его мускулов. Его клинок летел на меня, неся смерть. Еще секунда и он отсечет мне голову.

Из-за трона показалась темная фигура, и когда холодная сталь оказалась в пару сантиметрах от моей шеи, раздался яростный звук скрещивающихся клинков.

Откинув голову назад, я нежно улыбнулась.

— Здравствуй, мой король.

И прежде чем сталь закружилась в смертоносном танце, он наклонился ко мне и легко коснулся виска губами. Его сапфировые глаза были прищурены как у хищника во время охоты. Дразнящая улыбка появилась на его красивых полных губах.

— Здравствуй, моя королева.

Что-то мокрое и шершавое было у меня на лице. Я застонала и попыталась отвернуться. Рядом кто-то жалобно заскулил. С трудом разлепив глаза, я схватилась за голову и почувствовав на пальцах теплую кровь. Ну почему я не кошка, которая умеет приземляться на все четыре лапы? Нет, я приземляюсь исключительно на голову. Сдерживая болезненный стон, я кое-как поднялась. Голова немного кружилась и меня начало подташнивать. Эль снизу вверх с беспокойством смотрел на меня.

— Все в порядке, жить буду, — успокоила я его и оглянулась по сторонам. Над нами был туннель, вертикально уходящий вверх, по которому мы сюда и попали. Впереди был только один каменным коридор, так что выбора у нас не было. Камень, из которого были сделаны стены, был очень светлым. Кое-где, даже переходящий в молочный цвет, а где-то — цвета застиранной ткани. А еще от него исходило легкое свечение, что не могло не радовать, так как в кромешной тьме мы бы не смогли сделать и шага.

— Ну что, волчонок, пошли, может куда-нибудь и выйдем, — я запустила пальцы в его теплый мех, и мне сразу стало легче.

Туннель петлял, то резко уходя вниз, то делаю крутые повороты. Он казался бесконечным. Пока мы шли, у меня было достаточно времени подумать.

Случайный ли сон это был, и сняться ли сны когда человек в беспамятстве? Я ни в чем не была уверена. Шайтан снова пытался меня убить, может, это и было целью видения — предупредить меня? А моим защитником был… он. Отец. Я не знала, как его называть, я ничего о нем не знала: ни имени, ни кто он на самом деле. Один раз он обманул меня, предал. Но может все совсем не так? Враг или союзник? Нет смысла об этом рассуждать, не зная фактов. Рано или поздно я встречу его и все узнаю — в этом я была уверенна.

Подземный коридор сделал очередной резкий поворот и начал уходить вниз под довольно крутым углом. Все глубже и глубже, все дальше и дальше от поверхности.