Танец строптивых - Ксенольетта Мечтательная

Я за это время успела рассмотреть оставшихся двух мужчин. Рыжий верзила наблюдал за всем с неприкрытой забавой, а последний мужчина вызвал у меня неприятные чувства. Он был похож на Бриджа. Светлые волосы, светлые глаза, волевой подбородок с ямочкой. Но вместо не забытого мною доброго взгляда, в этом читалось угроза и жестокость.

Нам заботливо подставили стулья, но Риас самолично усадил меня, убедившись, что мне удобно, и внимательно вглядываясь мне в глаза. Что он пытался в них увидеть, не знаю, но я призвала все свои навыки из прошлой жизни, помня, какой образ сегодня должна играть. Невинность, немного испуга, волнение и скромность.

— Вот как, — негромко раздался голос Ларри, прежде чем он выпустил кольцо дыма. Наверняка, его высказывание являлось догадкой, почему мы сюда явились.

— Судя по всему, ты ко мне надолго, — с улыбкой, которая не скрывала недовольство, произнес Диаст, — Тебя что-то конкретное привело?

— Диаст, ты только ко мне так негостеприимен? — с обидой спросил Риас.

— Ты щенок Людвига! — раздался сиплый голос старика, после чего он щедро раскашлялся.

Все дождались, когда тяжелый кашель завершится. Риас смотрел на старика с обидой и досадой. Потом он взял мою руку в свои, даря мне нежную, извиняющуюся улыбку и целуя захваченную конечность. Мою ладонь он так и не выпустил, без смущения удерживая ее и массируя, не пытаясь скрыть действие от окружающих, заинтересованных взглядов. Взгляд девушки был особенно изучающим мою скромную личность. Ларри понятливо улыбнулся.

— Чего ты хочешь, Келри? — задал вопрос Диаст.

— Для начала более непринужденной атмосферы, — ответил Риас, отпуская мою руку, свои сцепив в замок и расположив на столе.

Я не удивилась, когда на этом же столе объявились карты, хотя они и запрещены законом. Разговор пошел о внешней политике и последних событиях. Но я давно не заглядывала в эту часть жизни Ирфрида, поэтому просто сидела, даже не прислушиваясь, и с диким желанием быстрее покинуть это место. Шли минуты, часы. Неприметная охрана, как неживая стояла за спинами своего начальства, помещение все больше наполнялось едким дымом и шумными, раскрепощенными возгласами мужчин. Девушка, по имени Гелла, в отличии от меня была в знакомой для себя обстановке, поэтому я часто слышала ее веселый смех с низкими соблазнительными нотками. Нам с ней принесли белого вина, в отличии от мужчин, которые пили что-то темное и крепкое из низких бокалов.

— Ты не представил свою спутницу, — с дружелюбной улыбкой произнес рыжий Фирам, окидывая меня хмельным взглядом, — Кто эта скромная красавица, Келри?

— Ооори, — с трепетными нотами протягивает мое имя Риас, — Моя будущая невеста, но она пока даже не догадывается об этом, — вызывает Риас дружный мужской смех с примесью удивления.

А я у меня воздух вышибло, кровь отлила. Это такая жестокая шутка? Или это игра на публику? А может он и впрямь собирается делать мне предложение? Я не смогла сдержать лицо. Растерялась, округлила глаза и в спешке осушила бокал с вином, вызывая еще больший смех и внимание к себе.

— Ори, смотри на меня, — придерживая овал моего лица, заглядывает Риас в мои глаза, — Все нормально, слышишь? Все будет хорошо.

Его убеждения возвращают к игре, но не дают ответов на мои вопросы, а я не могу их озвучить в этой компании. Риас тоже уже охмелел, но явно добавляет нетрезвости к образу своей игрой.

Я погруженная в свои хаотичные мысли и вопросы, пропустила момент, когда речь наконец-то зашла, о причинах нашего с Риасом тут появления.

— Ларри, а ты заверял меня, что мы с тобой друзья. Помнишь? — задавал вопрос Риас, вальяжно расположившись на спинке стула, — Разве друзья проводят аферы за спинами друг друга?

— Малыш Келри, — вступил Диаст, стараясь перекрыть кашель неприятного старика, — Если ты обвиняешь нас, но мы все еще не за решеткой в королевской темнице, тогда что нужно Людвигу?

Риас надолго замолчал, словив все заинтересованные взгляды в этом помещении. Старик тоже откашлялся, неприятно выплюнул мокроту в платок и глядел подозрительно щурясь на наглого юношу.

— Не ему, — заиграл желваками Риас, — Мне.

Он глянул на меня немного протрезвевшим взглядом, опять схватил мою руку в свои, и уже без улыбки окинул взглядом собравшихся.

— Я скрою вашу махинацию от короля и помогу вам незаметно свернуть ее, — высказал снисходительным тоном.

— А Тиретис в курсе? — выпускает новое облачко дыма Ларри.

— Он прикроет и поддержит.

— И что же вам с наследником надо? — с ленивыми нотками заговорил Пиер, тот который похож на Бриджа.

— Во что ты опять вляпался, Келри? — задает с небольшим беспокойством Ларри.

— Не я, но…, — облизывает Риас губу и тянется к бокалу, делает маленький глоток, — Нужно отомстить кое-кому.

— Просто попроси и мои люди свернут ему шею, — произносит Пиер, прокручивая бокал в руках.

— Не в этот раз, — обеспокоенно поглядывает на меня Риас, а у меня неприятный комок туго скручивается внутри, — Имя ублюдка — Лидан Зитери. Он учился со мной, но уже не маг. Скоро он покинет Нестаргон, и по дороге в Дарголию должен исчезнуть. Но не умереть, — прямой взгляд Риас направляет на Пиера.

— И как должна сложиться его жизнь? — спрашивает Диаст, не сдерживая насмешливой улыбки.

— Отправьте его в Алтиру. Продайте в рабство. Сделайте так, чтобы он не мог говорить и заявить о своей неприкосновенности. Я не знаю, — растерялся Риас, ощутив, как дрогнула моя рука, — Не мне вас учить. У вас же опыта в этом поболее будет.

Я незаметно дрожала, осознавая, что Кобеан был прав. Риас не тот хороший мальчик, который предстает перед Линди и Марией. Сколько еще мне предстоит узнать о нем, прежде чем я перестану удивляться ему и бояться его?

Нога любимого мною парня нервно тряслась под столом. Он ожидал ответа от глав темного мира. Но лицо было спокойным, требовательным и невозмутимым.

— Неприкосновенность, — растягивает монотонно Ларри, — Его имя незнакомо мне, Келри. Но он принадлежит высшему миру. Кто он?

— Его отец был личным секретарем Осмонда Дарголийского. Сейчас в отставке по собственному желанию и заслугам, но семья все еще при дворце.

— Значит он будет под усиленной охраной, — выхватывал нужную для себя информацию Пиер.

— Что он сделал, малыш? — с какой-то тоской уточняет Ларри.

— Позволил себе покуситься на мое, — ответил Риас.

Он не кидал на меня взгляд, но мое присутствие все сказало за себя. Меня снова изучали собравшиеся тут люди, но уже по-новому. С другим, более серьезным интересом.