Горец _ Чужие _ Чернокнижник (сборник) - Рассел Малкахи

Пока Рамирес не спеша завтракал, уточнялся баланс, регулировалась спинка, борта, полочки, шлицы, намечались петли. Впрочем, посетителя это мало интересовало. Если что и вызвало удивление с его стороны, то это устройство гульфика, который застегивался металлической молнией. Администратор лично объяснил, как пользоваться этой штукой. Рамирес в очередной раз убедился: далеко шагнул прогресс.

В 14.00 клиент стоял у зеркала и довольно улыбался, оценивая работу. Костюм ему определенно нравился. Великолепный покрой подчеркивал замечательную фигуру: могучие плечи, узкий таз, стройные ноги. Заказчику особенно пришлись по душе жилетка и широкий, в точечку, галстук. За ночь ему успели пошить и белую шелковую рубашку.

Еще раз похлопав себя по бедрам, Рамирес весело сказал:

— Ничего нет лучшего, чем прекрасный костюм.

— С наилучшими пожеланиями, сэр.

— Благодарю, Рой, — Санчес еще со вчерашнего дня называл администратора просто по имени.

— Может быть, вызвать лимузин?

— Лимузин? — удивленно повторил Рамирес.

— Да. Чтобы отвезти вас в аэропорт.

— Аэропорт? — Рамирес услышал еще одно незнакомое слово.

— Да. Вы же сказали, что вам предстоит длинный путь. Но для того чтобы пройти его быстрей, вам нужно лететь.

— Лететь? — вот этого Рамирес никак не ожидал.

— Конечно.

— Лететь! — голос Санчеса снова как всегда был решительным.

— До свидания, сэр!

Санчес вышел из ателье бодрый и очень довольный своим видом. В замечательном настроении дошагал до первого перекрестка и вдруг понял, что не знает, куда ему надо идти. Рой советовал, что до Арканзаса лучше всего «лететь» из «аэропорта». Как именно это сделать, Санчес не уточнил. Конечно, он мог, используя свою внутреннюю энергию, переместиться на другой материк без посторонней помощи. Но на это ушло бы значительное количество витано. Быть столь расточительным Рамирес просто не имел права. Кто знает, сколько энергии понадобится для дела, ради которого его вызвал Мак-Левуд?

Неподалеку Рамирес увидел старенького человека с палочкой, который, посасывая трубку, не спеша прогуливался по тротуару.

— Скажите, мудрый человек, как бы я мог добраться до аэропорта, чтобы полететь в штат Арканзас?

Дедку явно понравилось такое обращение и, обрадованный возможностью поговорить, он с достоинством ответил:

— Жаль, прошли те времена, когда это не составляло никаких проблем. Мне было двадцать три года, и я с женой за неделю побывал в пяти странах на разных континентах! При этом садился за обеденный стол просто в одно время. Вот так, молодой человек.

— А неужели сейчас это так сложно? — поинтересовался Санчес.

Старик ничуть не удивился. Он жил в своем особом мире, где подобные вопросы выглядели вполне естественно.

— Чтобы только добраться до аэропорта, мне нужно положить половину своей пенсии. А чтобы долететь до Америки… Я даже не знаю… За полгода мы с женой, наверное, столько не зарабатываем. Да… Кроме того, эти дурацкие допотопные самолеты — тряска, шум, в конце концов, опасность…

— Спасибо! — не стал дослушивать разговорившегося собеседника Рамирес. Он уже решил вернуться в ателье и воспользоваться предложением Роя. Тот, наверняка, всё уладит. Рамирес подумал, что прокатиться на «лимузине» то же будет весьма интересно.

В зале ожидания аэропорта Глазго постепенно становилось всё многолюднее. Разбросав в разные уголки планеты утренний поток пассажиров, в полдень воздушные ворота Шотландии молчали пустотой холодных кресел ожидания. Мокрую взлетную полосу дубасили струи дождя, смывая жженую резину приземлившихся утром лайнеров. Гроза обычно стихала к четырем дня, и двухчасовую паузу до вечерней грозы заполняла дикая свистопляска взлетов и посадок. Гулкую тишину сменял писк тормозов подкатывающих к самому входу юрких такси и миниатюрных лимузинов. Раскаты гулкого голоса диктора беспрерывно объявляли о прибытии рейсов и начале регистрации. Десятки самолетов едва успевали увернуться друг от друга при взлете и посадке, спеша воспользоваться недолгим «окном» в череде шапок кучево-грозовых облаков.

Ожесточенно жестикулируя, в зале беспорядочно сновали спешащие в отпуск или возвращающиеся с отдыха люди. Энергия, накопившаяся за долгие месяцы нудного существования, прозябания в серой мути опостылевших городов, требовала скорейшего выхода. Стойки регистрации брались с боем. Налетая друг на друга, в хаотичном движении кружили по огромному холлу вспотевшие люди.

Со второго этажа олимпийское спокойствие косо поглядывало на суету растревоженного муравейника внизу. Тихо урчащие кондиционеры нагнетали приятную прохладу, неяркий свет казался равномерно разлитым в воздухе. Зал ожидания для сотрудников Корпорации, как всегда, был наполовину пуст. Руководство не поощряло тяги сотрудников к перемене мест, для отдыха всё условия создавались на местах. Только крайняя необходимость могла заставить работника Корпорации отправиться в путь. Немногочисленные самолеты спецрейсов обычно улетали пустыми. Администрация аэропорта Глазго проявила завидную предприимчивость, заключив договор с Корпорацией. На свободные места стали продавать билеты всем желающим. Никаких документов при этом в кассах не спрашивали, но стоили билеты раз в десять дороже, чем на обычные рейсы.

«Дополнительных» билетов на сегодня продали немного. Купивших их пассажиров легко можно было отыскать в зале ожидания. Среди подчеркнуто спокойно сидевших сотрудников Корпорации сразу бросались в глаза и надутые от важности владельцы пивных баров, и почтительно восторженные дамочки салонов, и подчеркнуто небрежные щеголи полусвета. В самом углу, глядя через стеклянную стенку на копошившийся внизу водоворот общего зала аэропорта, сидела высокая стройная брюнетка. Даже опытный наблюдатель не сразу определил бы, работает она на Корпорацию или нет. Проявившиеся после бессонной ночи морщинки бежали к уголкам губ, усталые глаза блуждали по толпе, никого не выделяя. Вдруг взгляд женщины оживился — она заметила мужчину в сером костюме в шотландском стиле. Лицо человека показалось молодой красавице знакомым, но тут, же затерялось в толпе пассажиров. Женщина потянулась, вздохнула и закопошилась в сумочке. Найдя зеркальце, привела в порядок прическу и принялась прятать надоедливые морщинки.

Электронные часы пропищали неестественным голосом: «17 часов». До рейса на Блайтвил оставалось пятьдесят минут. Скоро объявят посадку — и мокрую Шотландию сменит промозглая Америка.