Группировка. Он, Она и Небо - Сергей Лесков

— Короче, — продолжил Тимофей, — я сейчас занимаюсь получением санкции на задержание юриста и на обыск в его коттедже. Не знаю, сколько у меня на это уйдет времени, но думаю, что целый день. Надо как следует все бумаги подготовить, чтобы в суде не краснеть. От тебя, Сорокин, подробнейший рапорт о результатах оперативной работы по юристу и Калинину. Перечисли подробнейшим образом всю полученную информацию и работай по ней, чтобы она стала полноценной доказательной базой. Частным сыщикам, мне думается, надо еще денек посмотреть за адресами Куприна, вдруг где-нибудь нарисуется, хотя я в этом и сомневаюсь. Наконец, пора нашему Михайлову Витеньке легализоваться и идти с повинной головой к следователю Семенову. Хотя, давайте еще день подождём, пока вы посмотрите за адресами. Вдвоем с Куприным они смотрелись бы намного эффективнее. Наконец, надо снимать наружку с Лехи Деркачева и переключать её на розыск Куприна, пусть перекрывают возможные места посещения и работают в поиске. Это тоже получится в лучшем случае только завтра, да и то, если ваш «Кулек» хорошо постарается. Это ты, Сорокин, бери на себя. Всё остальное — по мере получения новой информации в процессе реализации имеющейся. Да, Сережа, от тебя тоже не помешает иметь бумажку, лишней не будет. Будешь составлять отчет, сделай пару копий для меня и следователя. Будем нашего химика обкладывать со всех сторон. Вот и всё пока. В путь?

— В путь, — подтвердил Сорокин решения Тимофея, тем самым выразив с ним согласие. Сергей так же понимал, что это единственное правильное решение при таком раскладе. Ждать милостей от природы больше уже нельзя.

Они вышли из старшей конторы. Сорокин пошёл на доклад и поклон к Кульчакову, а Сергей с Михайловым присоединились к Михаилу с Александром. Времени было уже около двенадцати часов дня, все умирали с голоду и решили по очереди пообедать. Вопрос по Михайлову тоже должен был решить Сорокин Володя. Возможно, Семенов Юрий Михайлович сможет сегодня после обеда принять его явку с повинной.

Поэтому Михайлов пошёл обедать домой, вернее, в свою съемную комнату в общежитии, Осокин подвёз его туда. Перед тем, как Виктор вышел из автомашины, Сергей спросил у Виктора:

— Ты мне ничего не хочешь рассказать? Поделиться со мной своими мыслями и планами?

— Серый, да ты и так все мои мысли, и планы знаешь. Мне главное срок небольшой получить, и чтобы Татьяна по моей вине больше не парилась в этом Всеволожске. Вот и все мои планы, — ответил Михайлов, глядя прямо в глаза сыщику честным, незамутненным взглядом, хотя внутри у него все похолодело от вопроса Осокина.

— Ну, смотри, тебе виднее, — как-то странно сказал сыщик. — Ты после обеда будь дома, никуда не выходи, возможно, Сорокин договорится со следаком, я тебя отвезу, да и сам поприсутствую при твоей явке, если Юрий Михайлович разрешит. Я поехал к себе домой, обедать. Если что — звони, я на связи.

Они расстались. Осокин быстренько пообедал дома и поехал к ребятам, чтобы отпустить на обед и их. Он прекрасно понимал, что Куприна уже нет в городе, и всё это их перекрытие адресов — лишь отмазка для начальства Сорокина и дело совести лично каждого сыщика. Далеко уже Куприн. Михайлов что-то скрывает, это точно. Какими бы честными глазами ни смотрел он на сыщика, тот видел смятение в его зрачках. Не умеет Виктор красиво врать.

Скоро и ребята подтянулись после сытного обеда. Они так же, как и Осокин понимали, что делают сейчас напрасную работу, но если так решили, значит — надо честно отработать…

Около четырех часов дня Осокину вдруг позвонил Михайлов и попросил срочно приехать, по телефону говорить не захотел.

«Вот оно! — подумал сыщик. — Вот сейчас всё и разрешится. Откроется сейчас Михайлов или будет продолжать врать. Ничего, сейчас разберёмся».

Через семь минут он уже входил в комнату Виктора. Тот был в смятенном состоянии и сразу же, с дрожью в голосе выпалил:

— У меня полчаса назад был Куприн.

— Кто у тебя был? — не поверил ушам своим сыщик.

— Да Куприн же, Лёха, — с дрожью в голосе повторил Михайлов. — Сначала пугать меня пистолетом начал, потом заулыбался и взял с меня честное слово, что, если я не буду полчаса звонить кому-нибудь из вас, то запишет мне на диктофон явку с повинной, даст чистосердечные показания.

— С чего это он таким добреньким стал? — не верил Михайлову детектив и не скрывал этого.

— Он не получил своей доли от юриста, только маленькую часть обещанной суммы. Это его основной мотив. А также совесть его мучает, Калинин перед глазами стоит, и очень в тюрьму не хочет. Он всё подробно рассказал, такие факты привел, что не отвертеться теперь юристу никогда. И объяснил мне, где тот прячет деньги. Взамен лишь просит не искать его очень активно, хотя бы сегодня. С его слов, сейчас он взял частника и поехал в Псков. Потом мотанет в Прибалтику, но это, повторяю, с его слов.

— Хорошо, сделаю вид, что поверил тебе, — сказал Сергей. — Включай диктофон.

То, что он услышал на диктофоне, обрадовало Осокина до невозможности. Юрист обеспеченно и стопроцентно будет сидеть. С такими показаниями, хоть и записанными на диктофоне, привязать химика ко всем убийствам и разбойному нападению — как два пальца об асфальт. А если Тимофей с подсказки Куприна ещё и деньги найдет, то это будет полная и несокрушимая победа справедливости над преступностью!

Отлично! Он еще раз более внимательно стал прослушивать запись. Да ей просто цены нет!

— Так, Витя, оставайся дома, жди звонка от меня или Сорокина, — проинструктировал Михайлова детектив. — Я же быстренько сделаю копию для себя, перепишу всё на флешку и отдам запись Сорокину и Тимофею.

Сергей поехал домой, где скопировал запись себе на компьютер и на две флешки. Особо интересные места послушал еще раз. Отлично! Но что-то резало слух старому сыщику. Он раз за разом слушал и слушал запись.

И вдруг его как громом ударило! Наконец-то он уловил эту нелогичность, непонятность всего того, что его беспокоило. И когда он вдруг понял, что именно это было, то вся картинка происходящего в последние дни открылась для него в полном объеме. Как же всё интересно! Ну и жук этот Михайлов! Ловко же они вместе с Куприным развели и опера Сорокина, и сыщика Осокина с его бригадой, и даже старшего брата Тимофея! Оказывается, запись чистосердечных показаний Куприна сделана друзьями в ту единственную встречу в кафе «Северная ночь», где тикали настенные часы. Они издавали этот звук на диктофоне не только при встрече Куприна с Михайловым, но и при даче Куприным чистосердечных показаний. В общежитии у Михайлова, естественно, никаких настенных часов не было. Теперь, наконец, всё встало на свои места. Не было сегодня у Виктора Куприна, это часть их общего плана, их спектакля, который они поставили и так талантливо разыграли. Куприн уже где-то далеко, недаром Михайлов делал выдержку практически целый день. Получается, что город Алексей покинул ещё ночью, где-то под утро. Искать его неизвестно где не имеет абсолютно никакого смысла. Да и нужен ли он следствию? Если только для привлечения к уголовной ответственности за убийство Калинина. Но как это доказать? Только на его признании. В принципе, достаточно и этого. Только стоит ли это делать? Калинин получил своё вполне по заслугам, по своим делам. Ну да, Сергей не судья, он частный сыщик, и никто ему не поручал расследование убийства начальника кредитного отдела Новгородского филиала банка «Столица». Пусть всё идёт, как идёт. Он решил сделать вид, что ничего не понял из записей Михайлова, что доволен только результатом.

Осокин созвонился с Тимофеем и Сорокиным и рассказал им о посещении Куприным Виктора, а также о сделанной им записи чистосердечного признания. Флешки с признаниями Куприна он передал своим товарищам, находящимся на государевой службе. Когда они услышали подробный рассказ Осокина, а главное — само чистосердечное признание Куприна об участии в преступлениях его тестя, где Алексей во всех подробностях рассказывает об организующей роли химика, и даже еще об одном убийстве, о котором они даже не знали, то поняли, что выиграли эту такую сложную схватку с химиком-юристом, и сидеть ему до глубокой старости в местах не столь отдаленных. А когда Михайлов рассказал Тимофею, где нужно искать похищенные деньги, тот готов был расцеловать Виктора.

Глава 16. И снова Всеволожск

Как и планировал Тимофей, Михайлова Сорокин привёз к следователю Семёнову, который с великим удовольствием принял от Виктора явку с повинной, а также копию отчета Осокина о проделанной работе для своих клиентов, и об участии в ней Михайлова, ну и, конечно, допросил по всем этим фактам и самого Сорокина. Положительного материала по Михайлову было довольно много, но следователь не решился отпускать его под подписку о невыезде и задержал пока в ИВС. Дальше видно будет.