Украинский легион - Сергей Чуев

Помимо дивизии «Галичина», на фронте действовала Сумская дивизия. По свидетельству И. А. Дугаса и Ф. Я. Черона, она насчитывала в своих рядах 10 тысяч бывших военнопленных, воевала на немецкой стороне под Харьковом и была полностью разбита под Сталинградом в 1942 году. Командирами дивизии были немецкие офицеры, а солдаты, по-видимому, были не только украинцами[24].

Помимо сухопутных украинских подразделений Немецкой армии, некоторое количество украинцев служило в Хорватском морском легионе (Hrvatska Pomorska Legia). Сам легион был создан по приказу «поглавника» Анте Павелича в июле 1941 года и использовался на Черном море. Установив добрососедские отношения с местным населением, командир легиона лейтенант Стефан Руменович решил провести набор местных добровольцев среди украинцев. Приток желающих был таков, что легион (первоначальная численность которого была всего около 250 чел.) стал насчитывать в своих рядах до тысячи военнослужащих. Моряки легиона принимали участие в тралении прибрежных вод и изредка вступали в мелкие стычки с советским флотом. Благодаря решительным действиям легионеров был спасен с подбитого судна командующий 11-й армией фон Манштейн, а адмирал Эдгар Ангели отмечал, что украинцы много сделали также для обороны Азовского моря. В конце 1942 года легион был отозван в Хорватию на переформирование, а в октябре 1943 года — в Триест, где его чины были перераспределены по кораблям немецкого флота.

Несколько украинцев служили в составе итальянских частей, воевавших на Восточном фронте. Ими стали четыре украинских студента, учившихся в Риме в семинарии. Все они записались переводчиками в Итальянскую армию. Одновременно все они получили итальянское гражданство и новые, итальянские имена и фамилии, а также офицерские звания. Вместе со своими частями они прошли обучение в лагерях в Ломбардии и 20 июня 1942 года прибыли на фронт. Один из них — Владимир Грабец (Луиджи Габини) служил в специальном подразделении, действовавшем в районе р. Донец. Мелентий Войнар (Михаело ди Боско) служил на Южной Украине в составе Туринской дивизии. Места службы других бывших семинаристов — Петра Дячишина и Василя Ваврика неизвестны. Фотоматериалы тех лет свидетельствуют, что все украинцы несли службу в униформе Итальянской армии.

Помимо формирований на Украине, было создано украинское антипартизанское охранное подразделение в Югославии из числа украинских эмигрантов. После провозглашения независимой Хорватской державы украинское эмигрантское представительство под руководством Василя Войтановского приветствовало по радио Загреба независимую Хорватию.

Развал Югославии породил хаос в Боснии, результатом чего стали грабежи и убийства эмигрантов, и именно тогда в селах, где жили эмигранты-украинцы, стали создаваться украинское самоуправление и группы самообороны. Студенты-украинцы местных учебных заведений организовали студенческий батальон (курень). Объединение этих двух полувоенных формаций повлекло за собой появление на свет 1-го украинского полка. Местные власти Хорватии и Боснии закрывали глаза на существование этой военной единицы, а итальянцы даже пожелали видеть это формирование в числе своих войск на Восточном фронте и развернуть на его базе украинскую дивизию. Хорватское правительство прилагало усилия для отправки куреня на Восточный фронт, учитывая нежелание украинцев воевать в немецком тылу против партизан тех стран, что дали им приют. Слухи о возможной отправке куреня на Украину всполошили всю эмиграцию. После наплыва добровольцев украинское представительство могло рассчитывать на 25 тысяч рекрутов.

Личный состав полка был одет в хорватскую униформу с национальными знаками различия и знаменем. В декабре 1941 года полк принял присягу на верность Украине, после чего каждому были вручены знаки отличия с изображением трезубца с мечом. Большинство его военнослужащих составили члены мельниковской ОУН. Командиром полка провозгласил себя самозванец атаман Паньков, и по приказу немецкого командования полк выступил против местных партизан. Ответные меры со стороны четников и красных партизан не заставили себя ждать. Постепенно полк и украинское представительство начали разлагаться. После советского наступления они покинули Загреб, где остался один Войтановский. Вместе со своим соратником Андреем Я. он сжег библиотеку и архив украинского представительства, после вступления частей Красной армии ушел в подполье, но вскоре был арестован Смершем и помещен в тюрьму. Вместе с ним в то же время советская разведка захватила Панькова, которого в отличие от Войтановского содержали в комфортабельном гостиничном номере и носили ему еду й сигареты из ресторана, после чего освободили из-под домашнего ареста и выслали в другой район.

Василя Войтановского, местного руководителя ОУН в Хорватии, его супругу и сына, молодого поручика Владимира, доктора медицины М. Степанчишина и трех других украинских эмигрантов расстреляли в Загребе. Дальнейшая судьба украинского полка неизвестна.

В 1941–1942 гг. в составе немецких войск в Крыму действовал т. н. украинский добровольческий корпус сотника Тименко, численностью не превышавший пехотного батальона. По информации газеты «Винницкие известия» от января 1942 года, корпус участвовал в боях с советским десантом, высадившимся под Феодосией, и якобы «разбил наголову батальон десантников».

Неудачи в военной кампании на Востоке заставляли немецкое военное командование искать внутренние резервы на оккупированных территориях. Под «гребенку» немецких вербовщиков попадали не только лица, достигшие призывного возраста, но и подростки. На этот призывной контингент наложило свою руку ведомство Геринга, а затем Гиммлера.

Украинские помощники Люфтваффе и ПВО

С осени 1942 года в рейхе начался призыв на службу немецких подростков обоего пола для службы в войсках ПВО. Рекрутскую кампанию возглавил «Союз гитлеровской молодежи» («гитлерюгенд», нем. сокр. HJ). В руководстве рейха отношение к таким «новобранцам» было неоднозначным. Противники призыва говорили, что эта акция ослабит уверенность немцев в победе, другие руководствовались стремлением решить возникшие проблемы с личным составом путем высвобождения совершеннолетних кадров батарей ПВО и направления их на фронт.

Организация, идеологическая подготовка и военное обучение были возложены на специальное подразделение гитлерюгенда, возглавляемое гауптбаннфюрером HJ Зигфридом Никелем, находившееся под контролем Министерства по делам оккупированных восточных территорий. Деятельность Никеля опекал и рейхсфюрер СС Г. Гиммлер, заинтересованный в пополнении войск СС. В свою очередь инициативный Никель создал пять передовых команд для вербовки молодежи — «Север», «Центр», «Юг», «Рейх» и «Генерал-губернаторство». Каждая из команд имела в своей структуре городские филиалы, а в областях — областные.

Курс подготовки юного добровольца ПВО включал в себя 3 месяца (а фактически не более 4–6 недель) идеологической и начальной военной подготовки в лагерях службы Никеля. Здесь же подростки знакомились с материальной частью оружия и оборудования ПВО и становились вспомогательным персоналом, именовавшимся «помощниками ВВС и ПВО» (Luftwaffenhelfer и Flakhelfer[25] соответственно). После того как СС включило эти формирования в свою орбиту, флакхельферы стали именоваться «воспитанниками СС» («SS-Zoegling»).

Деятельность службы Никеля охватила практически все территории оккупированных стран. Не избежали «добровольного набора» и Украина, Россия и Белоруссия.

В апреле 1944 года в Львов из Берлина прибыли 22 офицера во главе с обербаннфюрером HJ Гауптом для проведения набора молодых добровольцев в Восточной Галиции. Представители УЦК должны были помочь вербовочной кампании, но выдвинули встречные условия: чтобы возраст призывников был увеличен до 16 лет и предоставлялась возможность духовной опеки со стороны украинских священников. Главным украинским условием была добровольность набора. Между немецким и украинским руководством была достигнута договоренность о том, что подростки должны были прослужить в ПВО 2 года, после чего подлежали переводу в дивизию «Галичина».

С украинской стороны руководство украинскими юнаками осуществлял член БУ профессор Зенон Зеленый, Т. Билостоцкий. Религиозной опекой хельферов ведал полковник люфтваффе, профессор отец Северин Сапрун, которому подчинялись еще 13 священников.

По информации украинских историков и современников, немцы согласились лишь на духовную опеку. Никакой добровольности при наборе не соблюдалось. «Методы набора были просты — детей просто гнали в армию», — сообщил на заседании Управы ее член Зенон Зеленый. Члены БУ отказались подписать воззвание к украинской молодежи, приглашавшее ее на службу в ПВО. Несмотря на отказ, воззвание было выпущено и расклеено, при этом в нем красовались автографы сотрудников БУ. В ряде случаев деятельность вербовочных комиссий ПВО происходила под видом набора юношества на подготовку к службе в дивизии «Галичина».