Кровавые сны владык - Эльдар Сафин

В армии, ночью начавшей движение к Жако, оказалось только шестеро шаманов — остальные или ослабли настолько, что могли не пережить даже поездку на носилках, либо умерли во время ритуала.

Те полтора суток, за которые пятнадцать тысяч отборных воинов прошли недельный переход, Айра запомнила как сплошной, непрекращающийся ужас.

Да, кони шли вперед, как стальные, и люди были такими же неутомимыми, дорога словно сама стелилась под копыта животных, и деревья мелькали по сторонам, как корявые уродливые тени. Ночь для них стала днем, и по болотам или речушкам войско проходило, как посуху, никто не спорил и не пытался сбежать, и все равно за этот короткий срок армия потеряла больше тысячи воинов.

Кто-то просто сходил с ума и кидался на других.

Целая сотня за несколько ударов сердца состарилась, умерла и превратилась в мумии, а кони их ржали и бесились. Горстка бесов, напавших на передовой отряд, прежде чем упали мертвыми, успели уничтожить по несколько десятков всадников каждый.

У одного из коней выросли рога и крылья, и он смог покалечить нескольких воинов и их скакунов прежде, чем его хозяин догадался вонзить кинжал в алый глаз ставшего чудовищем животного.

Айра не знала, было ли это частью обычных неприятностей последнего времени или стало следствием плохо проведенного ритуала, и думала, что, скорее всего, одно просто наложилось на другое.

И когда она утром выехала из леса, а вдали показался величественный и красивый Жако, его громадные серые стены и выпирающие бастионы, Айра не поверила собственным глазам.

Для нее это выглядело чудом — что их страшный и выматывающий путь, проложенный магией, наконец закончен.

Люди падали с коней, и многие животные тут же умирали; Ритан и Имур с помощью тысячников пытались заставить воинов поставить шатер хотя бы для нее, но воины засыпали, едва спустившись с коней.

Тех, кто мог хоть как-то двигаться или хотя бы стоять с открытыми глазами, осталось едва ли сотни три — остальные спали там, где упали, и Айра отнюдь не была уверена в том, что все они проснутся на следующее утро.

Если бы в этот момент из Жако вышла хотя бы тысяча вооруженных ножами юнцов, участь ее нукеров оказалась бы незавидной.

Однако из города выехал только один всадник, в белоснежном плаще поверх доспеха, которого Айра вместе с изможденным Имуром встретила на половине пути до своего лагеря.

Издалека всадник показался Хан-ши паладином — одним из тех несгибаемых, могучих воинов, что несли веру в Светлого Владыку на остриях своих клинков. Когда он подъехал ближе, стало очевидно, что это обычный молодой воин, испуганный и уставший, только пытавшийся казаться сильным и независимым.

Светлая прядка выбивалась из-под его шлема, из-за чего он казался совсем мальчишкой.

— Мартус Рамен, по праву сильного взявший город Жако, передает тебе, Айриэлла Дорасская, — мир движется к краху, и сейчас не время людям воевать между собой, — сказал всадник. — Мартус предлагает объединиться всем, кто способен держать в руках оружие, для того, чтобы встретить силы Хаоса лицом к лицу и попробовать спасти то, что еще можно!

«Если ты проявишь мягкость, они почувствуют слабину, — тут же заявил Голос. — Откажись. Завтра ты предложишь им свои условия».

Айра слишком устала, ей хотелось пить, есть, спать, и больше всего хотелось стянуть кольчугу и одежду и вымыться. Она не желала обсуждать условия, затевать интриги и тем более — воевать.

Поэтому слова Голоса показались ей убедительными.

— Вы восстали против моей власти, — сказала она. — Я — Хан-ши, та, что приходит перед концом мира, и та, что спасает. Подчинитесь мне, и я сама решу ваши судьбы и судьбу мира наилучшим образом.

Всадник кивнул, развернулся и поехал обратно.

— Хорошо, что он не попросил письменного ответа, — пробормотала Айра. — Я слишком устала для этого.

Имур промолчал.

Приглядевшись, Хан-ши поняла, что ее верный помощник спит с открытыми глазами прямо в седле.

Один из зевавших охранников взял его поводья и направил коней в сторону лагеря. Но и тут Имур остался сидеть крепко и не подумал вываливаться, и вдобавок он начал негромко и очень заразительно похрапывать.

Айра проснулась в походном шатре ближе к вечеру.

Натянув на себя опостылевшее железо — она давно уже научилась делать это без посторонней помощи, — Хан-ши вышла из шатра и пораженно вздохнула.

Лагерь больше не напоминал кладбище с восставшими мертвецами — никто не умер во сне, многим воинам хватило недолгого отдыха для того, чтобы восстановить силы, и сейчас жизнь кипела. Кто-то рыл выгребные ямы за лагерем, кто-то сооружал коновязи, во множестве котлов варили еду.

А высоко над землей, за облаками висела серовато-черная глыба, словно выпущенная из исполинской катапульты и падающая с невозможной, чудовищной медлительностью.

«Каких же она размеров?» — подумала Айра.

— Люди устали бояться, — задумчиво сказал подошедший сзади Ритан. — Но им нужна победа, хотя бы маленькая.

— А мне маленькой будет недостаточно, — грустно сказала Айра.

— Что это значит? — удивился кочевник.

— Я же Хан-ши, — ответила девушка. — Мне нужна только одна победа, та, которая спасет весь мир.

Ей было дурно и страшно — все сходилось в единое целое: и страхи, и надежды, и предсказания, и легенды. Она стояла под стенами самого большого города в мире, нечто совершенно невообразимое падало сверху, и ей подчинялась армия, равной которой в этих землях не видели давно.

Она пока еще отвечала за королевство Дорас, она отвечала за Орду.

И как будто этого было мало: все вокруг считали, что она же отвечает еще и за спасение всего мира.

— Иногда мне хочется просто лечь на землю, свернуться калачиком и тихо умереть, — доверительно сказала Айра. — И мне даже кажется, что я и вправду смогла бы это сделать…

— Тебе нельзя, — ответил ей кочевник.

— То-то и оно. — Девушка улыбнулась, но улыбка вышла грустной. — Знаешь, когда я управляла Дорасом и меня посещали подобные мысли, я говорила о них своим советникам, и они находили примеры из прошлого, говорили о великих людях, на которых оказывалось так много ответственности, и они справлялись. И мне сразу становилось проще. Ты можешь рассказать мне о какой-нибудь девочке, которой было сложнее, чем мне, и от которой ждали большего — и чтобы она справилась?

— Ты — Хан-ши, — ответил Ритан. — Другой такой нет. Сегодня мы окружили этот город. Завтра возьмем Жако штурмом, сломим и жестоко убьем всех тех, кто восстал против твоей власти, и многие из тех, кто пока не решил — на чьей они стороне, вынуждены будут подчиниться тебе. Ты объединишь мир под своей властью и спасешь от демонов.