Под маской дьявола - Юлианна

когда ее на руках относят в кровать, она улыбается, шепча имя Мэтью.

— Останься, прошу…

— Спи девочка, — шепчет совсем другой голос, но она уже не слышит, проваливаясь в сон.

Когда она просыпается утром, Энрико сидит у ее постели и смотрит пристальным взглядом, держа в руках телефон. Полли отворачивается, понимая, что не хочет с ним разговаривать.

— Доброе утро. Я дам тебе час на сборы, хватит?

— Да.

— Тогда поторопись. Самолет уже на взлетной полосе. А я устал ждать.

Она села на постели, свесив ноги с кровати, и смотря в окно.

Новый день, новая жизнь, но увы, не новая Полли Крэйн. Все та же разбитая и потерянная девочка.

— Дай мне время, я соберусь и выйду.

Она придет в себя. Придет в себя и начнет жить заново.

Он вышел из комнаты, оставив телефон на постели, но она, взяв его, выкинула в урну, понимая, что возврата к прошлому больше нет. И раз Мэтью теперь в безопасности, надо позаботиться о том, чтобы и Франко с Миной были защищены.

А значит нужно оставить прошлое в прошлом.

Но только, что делать с чувствами, которые выжигают душу? Ненависть к Энрико стала еще больше и даже мысли о мести витали, как аромат нового парфюма, кружа голову до одурения.

Можно же придумать новый план, разве нет? Только теперь в одиночку, без посторонних. Всего-то, убить его в первую брачную ночь?!

Чем не горячая история для сицилийцев? Любовь и страсть. Ревность и месть. Вот он коктейль дущераздирающих историй.

Пряча улыбку, Полли выходит из комнаты, нацепив на лицо дьявольскую маску смирившейся девочки, пряча под ней бушующей огонь злости и ненависти.

40

В самолете Энрико работал, предоставив Полли, самой себе, и она была ему благодарна за эту маленькую передышку, собираясь с мыслями. После того, как они приземлились и разместились в салоне автомобиля, Энрико взял ее за руку и поцеловал в ладошку.

— Я сделаю тебя счастливой, просто дай мне время.

— Попробуй, — улыбнулась Полли, и он недоверчиво уставился на нее.

— Ты не пожалеешь.

А вот ты пожалеешь и довольно быстро, — подумала про себя Полли, улыбаясь ему самой милой улыбкой, на которую была способна.

— Мой отец умер, когда мне было пятнадцать. Моей маме сейчас шестьдесят три, у меня есть сестра Лусиа и два кузена. Мама и сестра живут в нашем доме на побережье, там же будет и свадьба, — говорит он, смотря ей в глаза, и она кивает. — Завтра у тебя примерка платья, я не хочу тянуть с этим, поэтому будь готова к напряженным дням. Зато после венчания, мы улетим в медовый месяц.

— Венчания? — оторопело спросила Полли, и он кивнул.

— Сначала бракосочетание, а после венчание. В нашей семье все венчаются и разводов не дают. Расстаются только посмертно.

Она прыснула со смеха, представляя себе его лицо, если бы сказала, что именно это и планирует, причем довольно скоро.

— Ты же шутишь? — спросила она.

— Нет. Ты привыкнешь ко мне.

— Думаю, что мне понадобитсямноговремени, — засмеялась она, думая про себя, что ей вечности не хватит на это.

— Твоя новая тактика заставляет меня думать о том, что ты прочитала сообщение и поверила в то, что он найдет выход из этой ситуации. Но судя по тому, что ты выбросила телефон, это не так, верно?

— Прошу, давай не будем вспоминать о бывших, в наших отношениях.

— Согласен. Верный подход, девочка.

— Прошу, просто Полли. Этого достаточно, — попросила она.

Он пожал плечами, и машина тронулась с места, заставляя ее отвернуться к окну и сжать в ярости кулаки.

Дура! Дура! Дура!

Ну почему она не проверила телефон прежде, чем выкинуть его.

Неужели он и в самом деле написал это?

Спустя время, она повернулась к нему и заметила, как он с ухмылкой следит за ней. Может он специально так сказал, чтобы проверить ее?

— Мама очень сентиментальная женщина, поэтому будь добра, не вываливай на нее новость о том, как мы с тобой познакомились, я скажу ей сам.

— То есть ты скажешь то, что посчитаешь нужным? — спросила Полли с самодовольной ухмылкой, и он усмехнулся.

— Верно.

— Тогда есть вероятность, что я могу проговориться, — улыбнулась она, пожимая плечами. — Не боишься?

— А ты? Не боишься за него?

— Мне кажется, мы договорились не вспоминать о бывших? Или ты настолько труслив, что теперь при каждом удобном случае будешь угрожать этим?

— Я не угрожаю, я перехожу к действиям. Не стоит ничего говорить, иначе последствия будут фатальными девочка!

— То, что предначертано, не изменить! Так пусть будет то, что будет, — улыбнулась Полли.

Он рассмеялся над ее словами и уткнулся в телефон, а она думала про себя, что информация о матери Энрико могла помочь ей.

Ехали они долго, проезжая красивые места, и она немного отвлеклась на пейзаж, мелькающий за стеклом. Полли уставилась на огромную подъездную дорогу, где у самого входа выстроилась целая процессия, и она занервничала, сглатывая слюну и, чувствуя, как ее прошивает холодный пот.

— Не волнуйся, они просто хотят поприветствовать будущую хозяйку. От тебя ничего не требуется, даже улыбок.

Она кивнула, решая, что они не будут страдать по ее вине, поэтому решила вести себя непринужденно.

— Добро пожаловать, я Мария Герра, мама Энрико, — улыбнулась тучная и красивая женщина, и Полли слегка смутившись, протянула ей руку, но та вдруг разразившись громким смехом, притянула ее к себе и крепко обняла. — Мы при встрече обнимаемся друг с другом. Привыкай.

Все улыбались, видя ее смущение, и Энрико тут же заставил ее покраснеть еще сильнее.

— Встречайте свою хозяйку, Полли Герра!

Все дружно заговорили, и она кивала, знакомясь с ними, но он тут же прекратил это все, сказав что-то на своем языке и, заставив их всех разбежаться.

— Успеешь познакомиться, — улыбнулся он, беря ее за руку и уводя в сторону входа.

— Оставь девочку, я сама покажу ей комнату. Она наверняка устала с дороги.

Он приподнял брови, и она кивнула, а он удалился, оставляя их наедине.

— Я тебя оставлю отдохнуть, а после спустишься, и мы поговорим. Сын говорил мне, что ты сирота. Не бойся, здесь тебя никто не обидит. Я не позволю, — улыбнулась она тепло, и Полли кивнула, чувствуя злость. — Захочешь что-то, просто спустись вниз, — говорила она, поднимаясь на второй этаж.

— Сирота значит? — рычала себе под нос Полли, сжимая кулаки. — По чьей вине, интересно?!

Оставшись одна в огромной комнате, она вдруг поняла, что двуспальная кровать, явно намекает на присутствие здесь самого Энрико. Неужели все думают, что они уже спят? Хотя почему нет,