Мифы и легенды Древнего Востока - Александр Немировский

Не стал вступать Моисей в спор с мятежниками, предоставив Яхве рассудить его с ними.

А наутро собрал Корах против Моисея и Аарона весь народ у входа в скинию. Двести пятьдесят мятежников явились с зажженными кадильницами.

И тогда спустился Яхве во всем блеске славы своей, и сказал Моисею с Аароном:

— Отделитесь! Я их всех истреблю в одно мгновение.

— Зачем всех! — возопили Моисей и Аарон. — Накажи одних мятежников! Не обрушивай гнева на весь народ.

— Да будет так! — согласился Яхве.

И приказал Моисей людям отойти от шатров Кораха, Дофана и Авирама и не прикасаться ни к чему из принадлежащего им, чтобы не погибнуть за грехи нечестивцев.

И последовал народ совету Моисея. А Дафан и Авирам вышли и встали у шатров своих с женами и детьми.

— Вот! — обратился Моисей к народу. — Сейчас вы поймете, от своего ли имени я действую или Яхве посылает меня.

И едва он произнес эти слова, как разверзла земля уста свои и поглотила Кораха, Дафана и Авирама вместе с их женами и детьми, со всем их имуществом. И покрыла их земля, сомкнув свои уста.

Побежали сыны Израилевы в страхе, чтобы и их не поглотила земля. И напрасно! Гнев Яхве настиг лишь тех, в чьих руках были кадильницы — огонь вышел из них и уничтожил мятежников, всех до единого.

Взглянул Яхве на поле с останками мятежников, испепеленных его огнем, и узрел обуглившиеся кадильницы. Подумав, что они безвинно пострадали из-за чужого греха, он сказал Моисею:

— Пусть соберут обгоревшие кадильницы и да изготовят из них медные листы для покрытия жертвенника. Пусть они будут вечным устрашением для дерзких и непослушных.

Увидели люди, как собирают кадильницы среди мертвых тел, и возроптали против Моисея и Аарона:

— Вот дело рук ваших! Вы погубили многих из народа нашего.

К смутьянам присоединились тысячи и тысячи, так что пришлось братьям спасаться в скинии. Яхве покрыл ее своим облаком и сказал Моисею и Аарону:

— Отделитесь от этих людей. Я их погублю в одно мгновение!

Видя, что возгорелся гнев Яхве, закричал Моисей Аарону:

— Брат мой! Возьми скорее кадильницу, всыпь в нее курения, зажги и беги к народу, чтобы очистить его от греха. Иначе Бог истребит всех в гневе своем.

Пока Аарон заполнял кадильницу и разжигал ее, Яхве начал уже истреблять народ. С зажженной кадильницей Аарон бросился между мертвыми и живыми, защитив большую часть народа. И погибло в тот день четырнадцать тысяч семьсот человек, не считая тех, кто шел за Корахом, Дафаном и Авирамом.

После того как отступило пламя Яхве от народа, направился Аарон к Моисею, внимавшему обращенным к нему словам Бога:

— Возьми от каждого начальника двенадцати колен Израилевых по жезлу и имя каждого напиши на жезле его. Имя же Аарона напиши на жезле колена Леви, ибо они должны дать от колена один жезл. Положи жезлы их в скинии перед ковчегом и объяви народу, чей жезл зацветет, тому и быть священнослужителем, избранником моим.

Сделал Моисей так, как было ему сказано, и народу объявил, что из того колена из рода в род будут священнослужители, чей жезл зацветет.

На следующее утро вошел Моисей в скинию и увидел, что жезл Аарона из колена Леви пустил почки, расцвел и принес зрелый миндаль. Вынес Моисей все жезлы, и показал народу Израилеву, и приказал каждому военачальнику взять свой жезл. Жезл же, на котором было написано имя Аарона, он положил в скинии перед ковчегом — как знамение для непокорных, чтобы прекратился ропот их и не гибли они от гнева Яхве.

Аарону же Бог объявил волю свою:

— Ты и сыны твои в ответе за святилище. А братьев твоих, колена Леви, возьми себе в помощники. Пусть состоят при тебе и служат тебе и сыновьям твоим из рода в род. Пусть службу они несут в скинии, но ни к вещам, относящимся к святилищу, ни к жертвеннику не прикасаются и через завесу священную не переходят, иначе умрут.

Смерть Мариам и Аарона

После долгих скитаний сынов Израилевых пришли они в пустыню Син и остановились в Кадесе. Здесь скончалась Мариам и была погребена. И снова не было воды, и вновь народ выступил против Моисея и Аарона, упрекая их, что они завели в безводную пустыню, где нет ни смоковниц, ни винограда, ни деревца гранатового, где нет воды для питья.

И пошли братья в скинию, и упали ниц перед лицом Бога. Ни о чем они не просили его, ибо усомнились они в могуществе Яхве.

И сказал Яхве Моисею:

— Возьми жезл твой, созови ропщущих и иди с Аароном к скале, иссеки воду из скалы, чтобы напоить народ и скотину его.

Сделал Моисей, как было ему велено. Он отвел народ к скале, поднял руку и ударил дважды жезлом по скале. И дала скала воду на глазах изумленных людей. Напились они и напоили скотину. Но не укрылось от глаз Яхве колебание, проникшее в душу пророков его, и обратился он к Моисею и Аарону с такими словами:

— За то, что вы пренебрегли мною, не поверили мне, не введете вы народа этого в землю Ханаанскую.

Место у Кадеса, где сыны Израилевы вступили в распрю с Богом, было поэтому названо Мерива (Распря).

Отправились сыны Израиля к горе Хор, что у пределов Эдома. И сказал там Яхве Моисею:

— Пусть простится здесь Аарон с народом своим. Не войти ему в землю обетованную за то, что у вод Меривы заколебались вы. Подведи же Аарона и сына его Елеазара к жертвеннику на горе Хор. Сними с Аарона одежды священные и облеки в них Елеазара, сына его.

И взошли все трое на гору Хор. Там одел Моисей Елеазара в одеяние Аарона. Умер Аарон и был погребен на вершине горы. Моисей же и Елеазар опустились к народу. И понял народ, что Аарон умер, и оплакивал его тридцать дней.

Медный змий

Услышал царь города Арада{174}, что сыны Израиля идут дорогой от Эфраима. Двинулся он навстречу им и в сражении одержал верх. И тогда обратились сыны Израиля к Яхве с мольбой, чтобы передал он народ Арада в руки их. Услышал Яхве голос Израиля и передал хананеян Арада в руки его. Но неблагодарным оказался народ Израиля. Смалодушничал он, когда обходил землю Эдома со стороны Тростникового моря. Вновь возроптал он против Яхве и против Моисея, обвиняя их в том, что, выведя народ из Египта, обрекли его на страдание.

— Нет здесь ни хлеба, ни воды, — говорили сыны Израилевы, — опротивела душе нашей пища негодная.

И послал Яхве ядовитых змей, так что многие погибли от укусов их. Оставшиеся в живых бросились к Моисею с покаянием и мольбою спасти народ от змей.

Вознес Моисей молитву Яхве. И сказал Яхве Моисею:

— Сделай змия себе. Из меди сделай его. Закрепи его на шесте. И ужаленный, взглянув на него, останется жив{175}.

И сделал Моисей так, как повелел Яхве, и вновь спас народ свой от гибели.

Валаамова ослица

Вскоре после того оказались израильтяне в степях Моава{176} на реке Иордан, против Иерихона. Царь моавитян Балак, сын Циппора, сказал старейшинам мидианитян: «Теперь объедят пришельцы все вокруг нас, как поедает бык полевую траву». И отправил он послов в Месопотамию за известным повсюду колдуном Валаамом (Биламом). Гонцы передали Валааму слова Балака:

— Вот пришел народ из Египта, и уже покрыл он лик земли, и живет близ меня. Явись проклясть этот народ, потому что он сильнее меня, ибо знаю, что, кого ты благословишь, тот будет благословен, а кого проклянешь, тот будет проклят.

Долго не соглашался помочь Валаам моавитянам. Но все слал и слал своих гонцов Балак, и, наконец, прельщенный щедрыми дарами, сел Валаам на свою верную ослицу и отправился в путь.

Однако Бог вознегодовал на Валаама за то, что он согласился помочь врагам Израиля, и послал вестника с приказанием остановить колдуна. Ослица увидела вестника, преградившего дорогу, и свернула в поле. Напрасно Валаам бил животное, чтобы оно вернулось на дорогу. Ослица пошла узкой тропой, образованной виноградником и забором, но вестник и здесь не пустил ее. Ослица прижалась к стене, придавив ногу Валаама, и снова он начал бить ее. Пройдя немного, легла ослица на землю под Валаамом. Воспылал гнев Валаама, и стал он колотить ее палкой.

И тогда отверз Яхве уста ее, и заговорила она:

— Что я сделала тебе? Почему безжалостно бьешь ты меня?

В ярости даже не удивился Валаам, что бессловесная тварь заговорила, и вступил со своей ослицей в перебранку:

— Негодная ты скотина! Будь у меня меч, зарубил бы я тебя!

— Не я ли твоя ослица? — возразило животное. — Не на мне ли ты ездил много лет? Разве я противилась когда-либо воле твоей?

— Нет! — признался Валаам.

И открыл Бог ему глаза, и увидел он вестника Господня с обнаженным мечом, и низко ему поклонился.

— Глупый ты человек! — сказал вестник Валааму. — За что трижды избил ты ослицу твою, жизнь тебе сохранившую? Ведь пойди ослица вперед, увидев меня, я убил бы тебя, а ее оставил в живых.