Поиск-83: Приключения. Фантастика - Леонид Юзефович

— Ну чего дрожишь, дурачок? — Иван наклонился над мальчиком. — Вставай и подержи мою палочку. Бери, не бойся!

Сан встал, потрогал пульсатор, но в руки не взял. На Ивана он смотрел с уважением. В присутствии такого могущественного и веселого колдуна мальчик окончательно успокоился.

Саванна казалась теперь совсем не страшной. Никогда до этого ему не приходилось быть в родной степи ночью, и он не мог оторвать сейчас от нее взгляда.

«Красивая ночь, — мысленно согласился с ним Иван. — Дикарь, а чувствует природу, пожалуй, глубже, чем я. Впрочем, что тут удивительного? Он по-особому ощущает мир, осязает его всем существом».

Время не торопило, и Яснов решил не мешать мальчику. Пусть полюбуется своей саванной в последний раз.

А Сан смотрел в ночное небо. Высокие перистые облака слабо подсвечивались снизу упавшим глубоко за горизонт солнцем и роняли на степные холмы розовый пепел. Но вскоре облака погасли совсем, потемнели и стали сизыми, как речная вода в грозу.

Сан перевел взгляд в темные дали, где лоснились под луной степные волны. Иван немало подивился бы, если бы узнал, что мальчик различает множество звуков там, где для него, Яснова, царила полная тишина. Шелестели метелки трав, слабо пискнула мышь, а вдали, басовито гудя, пролетели ночные жуки. Но все это было внятно лишь Сану.

И вдруг… От неожиданности Иван даже присел. Какой-то взбалмошный одинокий перепел, затерявшийся в низине под холмом, запоздало и громко отстучал: «Спать — пора! Спать — пора!»

Сан хихикнул, заметив, как вздрогнул могущественный колдун. Иван улыбнулся и притянул мальчика к себе.

— А теперь на Гору Духов. Со мной бояться нечего.

Сан уверенно зашагал рядом с добрым колдуном. Шли около часа. Временами тонули в черных оврагах и травах. Потом снова поднимались на холмы. И тогда спины их серебрились под ливнем лунных лучей.

Однако на Горе Духов Сан оробел. А когда увидел каменные изваяния, похожие на черные человеческие фигуры, во рту у него пересохло от волнения.

— Духи Фао, — прошептал мальчик.

— Не духи, — попытался просветить его Иван. — Это просто камни. Никаких духов нет.

Мальчик непонимающе смотрел на попутчика. Как нет духов? И это говорит колдун!

«Нелегко будет отучить его от суеверий, если это вообще возможно, — подумал Иван. — А впрочем, не моя это забота. Мое дело доставить мальчика».

Но как доставить? Не хотелось оглушать малыша из пульсатора, а потом обмякшего втискивать в кабину. А может, он сам согласится?

— Сан, хочешь в другое племя?

— В другое? К дагорам?

— Нет, совсем в другое. Там живут добрые и сильные люди.

Мальчик отшатнулся.

— Нет, нет! — воскликнул он, — Хочу в свое племя!

Попытка не удалась. Иван особенно и не рассчитывал на успех. Глядя, как озябший Сан кутается в шкуры, предложил:

— Погреемся у костра. Ночи сейчас холодные.

Сан натаскал сухих веток и сложил их там, где Ленивый Фао разводил свой священный костер. Потом завертел головой в поисках камней, чтобы высечь огонь.

Иван нацелил на кучу хвороста пульсатор. Мальчик, присев, внимательно следил за каждым его движением.

— Хочешь сам зажечь костер?

Сан протянул руку к колдовской палочке и тут же отдернул ее.

— Держи, не бойся. Держи вот так. А теперь нажми вот этот сучок, — Иван указал на красную кнопку.

Мальчик так и сделал. Из палочки скользнул язычок пламени. Сан выронил пульсатор и отскочил в сторону. Но когда костер загорелся, подсел к нему, улыбаясь: палочка колдуна подчинилась ему.

«Какой дикарь», — думал между тем Иван, глядя на мальчика, на его желтые острые зубы и потрескавшиеся губы, растянутые в довольной ухмылке. Засаленные волосы неопределенного цвета спутанными космами прикрывали худые, поцарапанные щеки. Вот нос был симпатичный — острый, забавно вытянутый вперед и словно выражающий неуемное любопытство. Носом своим Сан напоминал героя какой-то детской сказки. Но какой — Иван так и не вспомнил.

Глаза Сана весело щурились. Он вскочил и начал плясать вокруг огня, высоко вскидывая худые, крепкие ноги. Шкуры болтались, а из широко разинутого рта мальчика неслись гортанные, с хриплым выдыханием возгласы:

— У-о-ха! У-о-ха!

«Что будет делать у нас этот дикарь? — хмурился Иван. — Служить живым ископаемым?»

Утомившись, Сан снова присел к огню. Притихший и задумчивый, он пристально смотрел на затухающий костер. Забавно вздернутый нос выражал теперь не веселое любопытство, а какую-то странную меланхолию. «Что он видит в тлеющих углях? — гадал Иван. — Какие-то древние образы и смутные, тревожащие душу тени?»

Однако пребывание Сана в его родной эпохе недозволенно затягивалось. Когда костер совсем погас, Иван сказал:

— Нам пора, Сан. Идем.

— Куда? — вздрогнул мальчик.

— В другое племя.

— Хочу в свое стойбище.

— Хорошо. Но сначала, покажу тебе одну пещеру. И там духи… — Иван поморщился, но ничего не поделаешь — приходилось продолжать вранье. — Там духи быстро перенесут нас в другое место.

Иван взял Сана за руку и повел мимо темных каменных истуканов. Мальчик опасливо озирался.

Спустились в седловину, и среди редко расставленных берез Сан увидел скалы. Бока их ярко блестели в лунном сиянии. Иван подвел мальчика к крайней скале и сказал:

— Сейчас здесь откроется пещера.

Одной рукой он держал мальчика, а другой нащупывал в скале шероховатый выступ-кнопку.

Сан непонимающе взирал на гранитную стену: никакой пещеры не было. И вдруг стена раскололась, открылся темный провал. Мальчик отшатнулся. Но Иван втолкнул его в «пещеру» и усадил в кресло перед пультом. Вход в кабину бесшумно замкнулся. В тот же миг засветились многоцветные огоньки пульта и начался бег сквозь столетия.

Переход из ареала длился пятнадцать минут. Все это время Сан, сжавшись в кресле, оцепенело глядел, как на стене извиваются красные и зеленые змеи, а на доске перед ним мелькают огненные изогнутые палочки-цифры.

Когда цифры на темпоральной шкале замерли на нуле, стена разомкнулась и в «пещеру» хлынул яркий свет.

— С благополучным возвращением, — услышал Яснов голос Октавиана и увидел его полное улыбающееся лицо.

Иван взглянул на поникшего в кресле Сана и встревоженно спросил:

— Что с ним?

— Ничего особенного. Хроношок. То же было и с тобой. Там…

Сан зашевелился, встал и вышел из кабины с широко открытыми глазами.

Пошатываясь, он брел наугад.

— На первых порах то же было и с тобой, — повторил Октавиан. — Ну и напугал ты нас, когда лунатиком шатался по ночной саванне. Вот так же сейчас и мальчишка: все видит, но ничего пока не понимает.