Кодекс Охотника. Книга XIV - Юрий Винокуров

покачал я головой, производя визуальный обзор. На что Накамура удовлетворенно кивнул.

Интересно, но тут были не только японские мечи. Также здесь были европейские, и даже пара арабских сабель. Ну, кроме того, что были топоры, копья, булавы.

— То есть, вы можете сделать любое оружие? — уточнил я у артефактора.

— Любое, что есть в этом мире, — он внимательно на меня посмотрел. — Ну, или неизвестное, если я получу внятное техническое задание.

А вот это стало совсем интересно! Ведь главным призом турнира был комплект снаряжения или оружие, по выбору победителя, сделанного Родом Накамура на заказ. Я думал заказать хороший типовой клинок для одного своего близкого человека, но теперь у меня появилась мысль получше. Осталась самая малость — выиграть турнир!

Осмотр и «сканирование» заняло немного времени. Через пятнадцать минут я, с извинениями, переставил в сторону одну коробку, на вторую я просто посмотрел и решил не трогать… В одной лежал полуторный европейский меч, во втором — огромный молот. Я услышал, как Накамура издал странный звук.

— Это меч не годится, — просто и без затей сказал я.

— Принимается, — кивнул артефактор и щелкнул пальцами.

Возникший из ниоткуда слуга забрал коробку, а второй положил другую с лежащим внутри братом-близнецом. Я окинул его взглядом и удовлетворенно кивнул.

— Пойдет!

Японец коротко поклонился, и по его кивку ящик перекочевал в общую кладку.

— Теперь насчет молота, — я кивнул на оружие, даже не собираясь к нему прикасаться. — Я не спрашиваю, кто и как это сделал. Но это оружие явно не предназначено для руки нормального человека.

— Соглашусь с тобой, — Йошито смешно наклонил голову набок, с интересом рассматривая меня. — Но, это чрезвычайно необычное и дорогое оружие!

— Это я уже понял, — внутри огромного… нет, не так — ОГРОМНОГО молота находилась душа ни много ни мало, а целого Титана. — У меня один вопрос. Где вы взяли эту душу?

Накамура убрал с лица улыбку и сокрушенно покачал головой.

— Нашли в Разломе, как и ты душу для оружия Одина. Думали выковать невероятное оружие, долго боролись. На изготовление этого молота ушло почти пять лет, мы уже в процессе поняли, что получится нечто чудовищное, но остановиться уже не могли.

Я усмехнулся.

— А зачем это нам? В смысле — Империи?

— Я не знаю, — Накамура посмотрел на меня честными глазами. — Канцлер Румянцев лично выбрал его, а ведь он стоит в разы больше любого другого выбранного Империей оружия!

— Сука… — только и смог выдавить из себя. Увидев, как вскинулся японец, криво усмехнулся. — Нет, это я не про канцлера, это такая фигура речи. Но, это неточно…

Я вздохнул и достал из кармана сложенный вчетверо листочек бумаги, что в последний момент мне зачем-то дал Громницкий. Мне он был ни к чему, пусть сверяют по списку оценщики, моя задача — выявить «косяки». И я их выявил.

Но, сейчас развернул листок и пробежался по нему глазами. Глаза зацепились за абсолютно негуманную цифру, я убедился, что это «Молот Утреннего Рассвета», хмыкнул над названием и посмотрел графу «Кому».

Без удивления увидел там фамилию «Галактионов»… Похоже, Елизавета Петровна всё-таки решила меня наградить, но вот только подарок доверила выбирать Румянцеву. Испанский стыд!

Значит, Румянцев никак не угомонится? Он точно знает, что я хороший мечник, и решил подосрать, вот только… Взгляд мой зацепился за чудовищное оружие. Далекий рокот Души Исполинской Сущности, заключенной внутрь, навел меня на кое—какие мысля.

Мое лицо расплылось в очень недоброй улыбке. Спасибо, за шикарный подгон, Михаил Федорович!

* * *

«Ежегодный турнир Истребителей Монстров»

Именно такая вывеска была растянута на широком пляже, на окраине Киото. Всё в стиле японцев. Это тебе не величественный Римский Колизей! Местные не станут вбухивать кучу денег в бесполезную громадину, которую нельзя применить для борьбы с тварями.

Да, трибуны были, но они были собраны из деревянных досок и брусьев. Даже место Императора было на обычной лавочке, без всяких изысков. И места было не очень много, всего-то пара-тройка тысяч людей сейчас сидели на трибунах.

Огромное количество народу расположилось вокруг, приготовившись смотреть на представление издалека. Я не сразу понял, как они оттуда что-то увидят, ведь я не видел экранов, пока мой «коллега» не создал проверочную трансляцию.

Да, это был иллюзионист, который транслировал огромное голоизображение прямо над сегодняшней ареной, и выглядело это потрясающе! Иллюзионист был большим мастером, как я видел. Он работал не один, а с многочисленными помощниками и с помощью артефактов. Получилось довольно круто.

Многометровая фигура чернокожего Истребителя с Черного Континента, что сейчас разминался, была настолько детальна, что даже были видны капли пота, которые срывались с могучих рук воина во время резких выпадов копья.

— Галактионов, тебе выпала огромная честь представлять Империю… — рядом бубнил Румянцев, соблюдая протокол.

Я рассеянно кивал, осматриваясь. Честно говоря, канцлер вызывал у меня только раздражение. Румянцев был умен, этого у него не отнять, опытен в политических интригах, умел держать удар, но почему-то именно я раздражал его больше других.

Я задавал Владу вопросы о канцлере, и он мне даже ответил на несколько. Основной мой вопрос был — почему его не уволили, ведь было очевидно, что в отсутствии императорской четы он явно собирался захватить всю власть в Империи!

Оказалось все просто. Румянцев был «понятен» Императрице, а вернувшийся Болконский был гарантией того, что канцлер не начнет свою грязную игру. Мне это объяснение откровенно не понравилось. Я бы вышвырнул его из кресла за шкирку, еще бы и придал ускорение под пятую точку, но политика — есть политика. Поэтому я ее и не люблю.

Императрица наводила порядок, это было видно, но, как по мне, ее милой ручке не хватало железной перчатки. Я понимал, что все зависит от многих факторов, и некоторые связи и союзы аристократов внутри Империи просто нельзя мгновенно разрушить. Хотя, я бы рубанул с плеча! Но это ведь я!

Мне кажется, Империю спасало только то, что вокруг нее творилась примерно такая же суматоха. Каждое из государств пыталось подосрать всем разом, вместо того, чтобы заключать сильные союзы. Ну, возможно, кроме Северного Королевства. Что-то похожее на союз было у монголов и китайцев, но в последнее время появлялось все больше и больше разногласий, в том числе, и благодаря мне. Да и момент был упущен. Нужно было начинать полномасштабное вторжение тогда, когда русские правители отсутствовали.

Я много раз видел похожие взаимоотношения между различными государствами в различных мирах. Рано или поздно появлялся диктатор или тиран, что запудривал мозги своим соотечественникам, убеждая их, что: «Королевство ХХХ может снова стать великим!». Ну, или что: «Форма ушей у соседей недостаточно прекрасна, и такие уроды не имеют право на существование». А еще: «У них больше денег, чем у нас, поэтому пойдем и заберем!»

К сожалению, это была сама суть человека. И единственной причиной, заставляющей человечества сплотиться, была угроза смерти для всего Мира. Вот только часто бывало так, что сплотиться человечество тупо не успевало.

Все чаще и чаще меня начали посещать подобные мысли. То, что «отдых» накрылся медным тазом — я уже понял, но человеческую тупость мне никогда не понять. Я рефлекторно погладил пальцами медальон Охотника, что лежал у меня в кармане. Носить его на шее я не стал, ведь он был не «мой». Выкинуть его тоже не мог, а что делать с ним, не представляю.

Обычно с таким медальоном хоронили Охотников, вот только та тварь, в которую превратился мой собрат, уже Охотником не являлся. Именно поэтому я не мог оставить медальон там.

Этот простой кусок металла меня успокаивал. Да, медальон Охотника был полностью лишен какой-либо магии. Необычным был только сам металл. По преданиям, их делали из меча Первого Охотника. Врут наши Старейшины, скорее всего, хотя Охотников было не так много, но уж точно одного меча не хватило бы на всех. Вот только голубоватый металл медальона отличался ото всех сплавов, что я видел, так что несмотря на то, что практической ценности он не имел, подделать его было невозможно.

— Ты меня, вообще, слушаешь? — добрался до меня сквозь мои мысли, раздраженный голос Румянцева.

— Нет! — честно ответил ему, и направился в сторону заинтересовавших меня