Возрождение Тёмной - Фим Юлия

Поймав на мгновение взгляд человека-слуги, Чживэй уловила его брезгливое пренебрежение. Он словно хотел сказать: как ты осмелилась заговорить со мной первой, однако принц за ее спиной затыкал рты похлеще ножа у горла. Слуга почтительно поклонился и, пригласив их внутрь, поспешил доложить своему хозяину о гостях.

– Принц! Я так рад, что вы все-таки заглянули! – торговец E спешил им навстречу, кланяясь. – Моя дочь приготовила восхитительные пирожные и обрадовалась возможности вас угостить.

Чживэй поймала взгляд Шэня на последней фразе, поняла, что он ждет от нее какой-то реакции, однако не смогла ничего придумать, кроме как поклониться. Она успела лишь заметить, как он слегка закатил глаза.

– Устройте мои покои, пока я угощаюсь пирожными с господином Е, – бросил он им с Молчуном, и повернулся к хозяину дома. – Я так голоден. Съел бы целого жемчужного поросенка.

Шэнь хохотнул, однако, заметив замешательство торговца Е, он тут же с притворством сказал:

– Конечно, мне хватит и просто миски риса, я не хочу вас обременять…

– Нет-нет, – тут же залебезил торговец. – Для меня такая честь накормить принца.

Торговец E бросил острый взгляд на слугу, и тот сразу засуетился. Первая часть плана: займи всех слуг дома Е, заставив их запаниковать, приведена в действие.

– Отведи… слуг его высочества в покои, – торговец E с явным недоумением посмотрел на темных. Путешествовать только с темными слугами не было обыденностью, однако принц Чжао Шэнь известен своей эксцентричностью.

Когда Молчун и Чживэй остались в покоях, подготовленных для принца, Чживэй развернула карту, нарисованную Шэнем. Они находились в центральной части дома, где и полагалось располагать гостей. Вход в тайное хранилище господина E располагался под беседкой в саду, в западной части дома.

– Принимаем уверенный вид, – скомандовала она. – Ищем беседку, а затем вход в тайное хранилище.

Молчун исполнил указание незамедлительно. Едва она закончила говорить, как он покинул покои и с невозмутимым выражением на лице выбрал дорожку в сторону сада. Чживэй сверилась с картой и убедилась, что он идет правильно.

Иногда быть мертвым внутри помогает от нервов, – с долей иронии подумала Чживэй.

Пока она переживала, что их могут поймать и помешать выполнению плана, на который у них было не так уж много времени, Молчуна было не сбить с пути. Даже когда некий слуга с кувшином спешил им навстречу, именно ему пришлось уйти с их пути. Он даже не бросил взгляд на странную пару слуг, слишком погруженный в собственные тревоги.

– Беседку мы нашли, – сказала Чживэй, как только они оказались в саду. – Как только теперь…

Молчун незамедлительно оказался у беседки, провел пальцами вдоль узора и надавил на один из них. Полы беседки сдвинулись.

Чживэй окинула своего нового друга подозрительным взглядом.

– Все это время ты точно знал, куда идти, – пробормотала она. – Дружочек, мы с тобой еще разберемся.

Заглянув в темноту открывшегося люка, Чживэй села на край и опустила ноги вниз. Нащупав уступ под ногами, она начала спускаться. Молчун последовал за ней, попросту спрыгнув вниз.

Люк с неприятным звуком закрылся над ними, и Чживэй поежилась.

– Надеюсь, это не станет проблемой позднее.

В темноте чувства обострились и, не успев сделать даже пары шагов вперед, Чживэй замерла.

Дракон раздражен. Он уже близко, и его распирает от нетерпения.

Эмоции Дракона заполнили ее, как дым закрытую комнату, взяли над ней верх. Воля Дракона к разрушению становилась все сильнее.

Чживэй понадеялась, что небеса позволят ей разобраться с Юхэ раньше, чем наградят новой проблемой.

А затем, если этот Дракон и правда, согласно пророчеству Светлых, сравняет империю Чжао с землей, то Чживэй не планирует ему мешать.

– Поспешим, – сказала Чживэй, стараясь заглушать нетерпение Дракона, которое превратилось в ее собственную тревогу.

Едва она сделала шаг вперед, как Молчун вскинул руку и остановил ее. Он протянул ногу вперед, нажал на плитку впереди, и стрела пролетела мимо их лиц.

Молчун бросил на нее взгляд: «Иди за мной» и начал петлять по коридору, избегая всех ловушек.

Должно быть, его талант – чувствовать любые хитрости вокруг. А она еще не хотела его брать с собой!

Спустя некоторое время они вышли к центральной зале, где в середине комнаты на каменном возвышении висела искомая Подвеска Пространства. По периметру залы были развешаны портреты, на каждом из которых красовались великие воины.

Молчун опять преградил путь рукой и покачал головой, однако дальше не повел. Воины с портретов зашевелились, оголяя мечи с весьма настоящим лязгом.

– Они нападут на нас.

Оглядевшись, Чживэй заметила на некоторых плитках символы. Они были ей смутно знакомы, однако она не могла уловить общего смысла.

– Нужно разгадать загадку, – заметила она.

Несколько минут они стояли неподвижно.

– Я поняла! Книга перемен! Дальние плитки складываются в триаграмму Кань – опасность! А нижние в триаграмму Чжэнь – подвижность. Осталось понять, что это может значить.

Чживэй начала вспоминать философию И Цзин.

– Смотри! Это связано с идиомами! Я поняла. Сначала «первый шаг самый трудный». Идем!

Они пропустили первый ряд плитки, оказываясь на втором. Неудивительно, что Молчун не мог помочь им в этой зале: здесь не было никакой силы, одна простая человеческая хитрость.

Великие воины на портретах внимательно следили за ними, готовясь наказать за малейшую ошибку.

– Дальше идет «на дне все начинается»… Трудная ситуация, из которой путь только наверх.

Чживэй сделал шаг строго вперед. Один из воинов сложил меч в ножны.

– Сплошная линия Чжэнь – топтаться на месте. Давай подпрыгнем.

Как только они сделали, подсветилась плитка впереди, на которую они и встали следующей.

– Прерывистая линия о разбойнике, что намерен жениться, но девушка решительно отказывается. Через десять лет не будет отказа. Десять шагов вперед?

Еще один воин с картины убрал меч. До Подвески Пространства уже оставалось немного.

– Благоприятный момент оставаться дома, – протянула задумчиво Чживэй.

Пока она обдумывала следующий шаг, впереди опять засветилась плитка.

– Оставаться на месте и правда было хорошей идеей, – хмыкнула Чживэй. – И последний шаг: кровавые слезы, словно поток. Теперь оно хочет крови?

Чживэй прокусила палец до крови, и капелька упала на плитку. По зале пронесся разочарованный вздох, и портреты перестали шевелиться.

– Получилось! – Чживэй сделал шаг вперед и схватила прямоугольную Нефритовую Подвеску. Теперь нетерпение, которое она ощущала, было ее собственное. Еще немного, и Юхэ будет в ее руках.

Дорога обратно заняла намного меньше времени, и Молчун также легко нашел способ открыть люк изнутри, как сделал это снаружи. Теперь оставалось дать знак Шэню, что им пора уходить.

– Глупая, бесполезная девчонка!

Злобный окрик застал пару темных врасплох. Чживэй замерла, преграждая путь Молчуну.

Мужчина в одежде слуги высшего ранга волочил мелкую девчушку за шкирку. Остановившись, он начал колотить ребенка палкой.

– Я отучу тебя лениться! Разлить чай на одежды благородного господина! Бесполезная…

Чживэй не стерпела. Она оттолкнула мужчину ударом руки от девочки. Энергии вокруг затрепетали, но Чживэй не потянулась к ним. Достаточно того, что она лезла не в свое дело. Если узнают о ее силе, то весь план может рухнуть за секунды.

Кареглазая девочка прильнула к ней в поисках защиты, и ее не смутили даже красные глаза, что стало решающим для Чживэй в этой потасовке.

– Ах ты красноглазая демоница, – в возмущении мужчина замахнулся на нее палкой.

Прежде чем он успел нанести удар, Молчун оказался рядом с ним, вырывая эту самую палку. Мужчина испугался, но лишь на секунды. На его памяти темные всегда подчинялись.

– Вы грязные ублюдки, я поколочу вас, – он замахнулся рукой на Молчуна, но Чживэй щелкнула пальцами, привлекая его внимание на себя.