Мёртвый город на Неве - Марти Бурнов

Русалка говорила, а оборотни — кто стыдливо отворачивался, а кто и в ужасе пятился от нее.

Когда Анна закончила, воцарилась гробовая тишина. А потом поднялась со своего места старая седая волчица.

— Мы выслушали тебя, но мы не пойдем с тобой, — говорила она, опустив голову. — В этой битве не будет победителей. Мы итак потеряли многих. Прости…

Нидхольмы потихоньку покидали поляну.

— Я пойду с вами! — неожиданно рявкнул Гуннар. — Хоть я тоже не верю в успех и не надеюсь вернуться живым, я должен… в память о вашем отце, Онорэ, что был свободным оборотнем до самого конца! В память о наших предках, достойных потомках Ворлака, я иду с вами. И если нам суждено вернуться, вы, Жак и Анри, будете желанными гостями на нашей земле. Теперь я вижу, как я был неправ, когда настаивал на вашем изгнании…

— Я тоже пойду, — рыкнул старый одноглазый волк, что сидел уже в одиночестве. — Давно пора…

— И я! Я тоже с вами! — взвизгнул щенок, один из тех, что жался к матери. Он выскочил из-за кустов и теперь гордо вышагивал по поляне.

Но вернулась его мать, виновато посмотрела на Гуннара, схватила отпрыска за шкирку и ушла восвояси.

Анна теребила холку Анри, и тут заметила, что тот вздрагивает. Анри Кребье плакал.

Гуннар, одноглазый, Жак, Анри и Анна отправились на север, на землю Кребье.

Родной клан встретил волков прохладно. Правда, оборотней-Кребье было немного, большинство — отправились на охоту. Лишь двое молодых, одногодки Жака и Анри, драные и поджарые волки, вызвались добровольцами.

Ждать кого-то еще времени не было, да и смысла, судя по всему, тоже.

Анна, теперь уже во главе небольшой стаи оборотней, повела всех обратно, к Малой невке. Теперь она переживала лишь за Антона и Нестора Карловича. Надо было встретиться с ними, и время уже поджимало.

Они пробирались по Петроградке, опасливо озираясь. Кругом царило безмолвное запустение. По сторонам широкой разбитой дороги ютились домики. Дачи, крохотные усадьбы, дома чухонцев на высоких гранитных фундаментах. В последнее время здесь мало кто селился, сады заросли, некоторые дома выглядели заброшенными.

Навстречу попалось несколько прохожих, кутавшихся в плащи от дождя и промозглого ветра. Проехала телега, запряженная дохлым ишаком. На козлах сидел отвратительного вида карлик, который занервничал, завидев оборотней. Ишак же оставался флегматичным, продолжая размеренно месить копытами дорожную грязь. Видимо, понимал, что на то, что от него осталось, никакой уважающий себя оборотень не покусится.

Чем-то неуловимым привлек этот карлик Анну. И она непременно бы осмотрела его телегу, будь у нее хоть чуточку больше времени. Но надо было спешить.

Ближе к центру, где начались мощеные улицы и высокие дома, оборотни рассредоточились и дальше добирались к условленному месту, каждый своим путем.

Анна шла с Жаком. Анри повел двоих молодых Кребье. Гуннар и одноглазый сказали, что сами найдут дорогу.

Начало смеркаться. Анна с Жаком шли по Рыбацкой улице, когда заметили знакомые шевелящиеся тени. Глуты! Жак оскалился, зарычал. Анна бросилась в подворотню, увлекая оборотня за собой. Дальше пришлось пробираться дворами.

15

Выбравшись из кунсткамеры, Антон и Нестор Карлович, пробираясь переулками и складами, постоянно останавливаясь и озираясь, вышли, наконец, на набережную.

Худшее предположение Антона подтвердилось: Биржевого моста не было. Зато в этом месте Невские воды прорезали множество причалов, больших и маленьких, деревянных и каменных. К ним лепились сотни лодок и небольших шхун. Чуть поодаль, на рейде, красовались с десяток фрегатов, как призрачных, едва видимых, так и самых обыкновенных. Их мачты чернели на фоне свинцового пасмурного неба.

По пристаням сновали люди, поскрипывали уключинами лодки.

— А вот и торговый порт, — сказал Нестор Карлович. — Люблю это место…

— И ни одного парохода… — вздохнул Антон.

— Ты что, тоже видел этот призрак? — заинтересованно спросил зомби.

— Какой?

— Ну как же! Огромный корабль! Бронированный монстр! На палубе три трубы, извергающие дым, пар и адский пламень. Он появляется из красноватого тумана, в нем же и исчезает. Но всякий раз успевает выстрелить из пушки по дворцу Орталы. Думаю, у этой ведьмы много врагов, и посылающий это наваждение — силен. Не приведи Господь встретиться с ним…

— Так это же Аврора! — рассмеялся Антон.

— Богиня утренней зари? — удивился Нестор Карлович. — Я так и знал! Ортала прогневила богов. Когда-нибудь утро не наступит, и этот город погрузится в вечную мглу…

— Да нет, это крейсер так называется, — успокоил его Антон.

— Он из вашего мира?

— Почти…

— Страшный, должно быть, мир…

— Не страшнее вашего, — Антон похлопал зомби по плечу.

Спустившись к маленькой деревянной пристани, они нашли лодочника-зомби, согласившегося за небольшую плату переправить их на тот берег.

Пристань уже порядочно отдалилась, когда с ее стороны послышались крики и топот. Показались двое жандармов с волком.

Антон сел на весла и поднажал. Лодка пошла быстрее, но их уже преследовали.

Выскочив на берег, Антон бросился было в сторону Петропавловки, но Нестор Карлович остановил его, указывая вперед, в сторону маленького сквера. Там копошились уже знакомые тени. Глуты…

— Пойдем в обход, дворами, — сказал зомби. — Свернем по Рыбацкой, там проще проскользнуть.

— Хорошо, — согласился Антон.

Проскочив мимо длинных кирпичных зданий, судя по отсутствию окон — складов, они вышли в какой-то кривой переулок. Послышался топот. За поворотом не было видно, кто приближается, но это могли быть жандармы.

— Переждем, пусть пройдут! — сказал Антон и юркнул в ближайшую подворотню, увлекая зомби за собой.

Подворотня вывела в просторный дворик. Посередине, в окружении старых лип и поломанных скамеек, расположился неработающий фонтанчик в виде оскалившегося каменного дельфина, что задрав обкрошившийся хвост, плавал в пруду. Пруд зеленел ряской, да и сам дельфин, поросший мхом, был зеленым.

Антон остановился перевести дыхание и тут заметил это: изо рта дельфинчика, вместо воды, заструился зеленоватый туман.

— Бежим! Бежим отсюда! — крикнул Нестор Карлович.

Они подбежали к подворотне, но она уже была заполнена таким же зеленоватым туманом.

— Что это? — удивился Антон.

— Беда. Блуждающий морок. Если этот туман затянет нас, мы никогда уже из него не выберемся. Это похуже глутов…

Антон заворожено смотрел на разрастающийся туман. Зомби бегал вокруг, пытаясь открыть хоть одну дверь, чтоб укрыться в доме.