БРЕНД. Повод для убийства - Лидия Орлова

Преждевременное возвращение Азарова удивило, но и обрадовало Марину. Она хотела сразу же позвонить ему, попросить о встрече. Только вряд ли он ее примет: если спешно вернулся в офис, значит, занят и дела у него явно неотложные. Но и у нее к нему важный разговор! Марина решилась и набрала номер Азарова.

– Семен Аркадьевич, добрый день! – сказала она, как только услышала его голос.

– Здравствуйте, Марина Петровна, – ответил он, как показалось Марине, доброжелательно.

– Мне нужно срочно с вами встретиться, – поспешно сказала Марина. – У меня для вас крайне важная информация…

– Что ж, давайте встретимся, – Семен Аркадьевич сделал короткую паузу, должно быть, решал, на какое время назначить встречу. – Я жду вас через час. Увидимся…

Раздались торопливые гудки, а Марина все чего-то ждала. Очнувшись, она повесила трубку.

Ей нужна была эта встреча, необходим этот разговор – от него зависело слишком многое в ее жизни. Возможно потому, что она многократно проигрывала все варианты сложившейся ситуации, она ничего хорошего от предстоящей встречи не ждала. Она воспринимала ее как вынужденный или необходимый шаг, не сделав которого, она не сможет двигаться дальше. И понимала, многие ее умозаключения кажутся ей едва ли не случившейся реальностью, хотя на самом деле существуют лишь в ее воображении. Этот разрыв реального и воображаемого пугал Марину больше всего, особенно теперь, когда ей предстояло изложить Азарову суть возникшей проблемы. Его будут интересовать факты, но факт пока один: Говоров и Костин добились того, что о приобретении ими журнала Азарова заговорили в модной тусовке.

В подобных случаях прежде всего выясняют отношения с теми, от кого исходит подобная информация…

Как себя поведет в этой ситуации Азаров, Марина не знала. Их отношения были чисто служебными, хотя Игорь и встречался с ним в обстановке, которую теперь принято называть неформальной. Он и познакомил Марину с Азаровым в тот, сложный для Марины период, когда она ушла из журнала «Сезоны» после раскрытия всех ужасных подробностей убийства двух ее друзей. По просьбе Игоря Азаров предложил Марине разработать концепцию журнала о стиле жизни и моде для среднего класса – доступного и понятного тем, кто не обременен олигархическими доходами. Концепцию Марина разработала, был сделан и компьютерный макет издания, работу над которым оплатил Игорь, и все это Азарову понравилось. Он зарегистрировал журнал на свое имя и щедро профинансировал запуск его в производство…

Марина вспомнила, как все они были счастливы, когда первый номер поступил в продажу в московские киоски. Азаров пригласил ее проехать с ним по центру города и самим посмотреть, как выглядит их издание на газетных прилавках. Журнал заметно выделялся – и своим необычным – квадратным – форматом, и непривычным неожиданным оформлением. И выложили его хорошо – на видное место, об этом позаботились распространители – за отдельную плату, разумеется. Они с Азаровым купили по нескольку экземпляров и рассматривали журнал, неповторимо пахнущий свежей типографской краской, листали его глянцевые страницы… Азаров тогда нежно поцеловал Марину в щеку и прошептал: «Умница!»

Это был единственный случай, когда он позволил себе открыто выразить свои чувства. Обычно сдержанный и немногословный, Азаров производил впечатление человека, застегнутого на все пуговицы. Он мог быть контактным, легко сходился с людьми, заразительно смеялся и остроумно шутил, но при всем этом никто не мог знать, что у него на уме, что он чувствует на самом деле. Маска корректности и доброжелательности, которую он носил в любых жизненных обстоятельствах, все же оставалась маской, Марина это чувствовала, и это настораживало ее в отношениях с Азаровым. Это и смущало, и пугало ее сейчас, перед встречей с ним. Она не знала, до какой степени откровенной может быть их беседа, стоит ли ей рассказывать Азарову все то, что тревожит и пугает ее.

«В конце концов, – решила Марина, – в этой ситуации терять мне нечего… Необходимо, чтобы Азаров узнал и то, что случилось с Ершовым, и то, как потерял свой бизнес Серегин… Если, конечно, Азаров не знает об этом… Решать ему! Ему одному… Но я, конечно, буду на его стороне…»

Марина приняла решение и успокоилась. В конце концов, со страхами можно бороться только одним способом – попытаться принять опасность как очевидную реальность и действовать сообразно обстоятельствам. Только уже без страха!

Она улыбнулась. Впервые за это утро.

Глава 39

Семен Аркадьевич встретил Марину приветливо. Встал из-за стола, пожал руку, предложил сесть в удобное кресло в углу кабинета возле журнального столика. Сам сел напротив – все, что надо, для того чтобы общение воспринималось менее официальным.

– Я подписал приказ об увеличении штатного расписания, – сказал Азаров. – Даю вам еще трех сотрудников, как вы и просили… В том числе и зама – специально для вас, Марина Петровна…

Он улыбался, хотя прекрасно понимал, что Марина пришла к нему не для того, чтобы выслушать эту, пусть и приятную, новость.

– Правда, есть у меня одна просьба… Мне тут рекомендовали на должность вашего зама одну милую даму, весьма способную и с некоторым опытом работы. Она сейчас в тяжелом положении – месяц назад у нее, буквально на глазах, расстреляли мужа, известного бизнесмена – фамилию я вам не скажу, это не имеет значения… Да вам лучше ее и не знать, потому что после его смерти остались некоторые проблемы… Поговорите с ней… Я ни на чем не настаиваю, только прошу… Решать вам.

– Спасибо, – ответила Марина. – Я непременно с ней встречусь.

Она сознательно не стала развивать эту тему, резонно полагая, что делать это сейчас не имеет смысла. Она встретится с ней, познакомится, а потом уже будет думать, стоит ли принимать предложение Азарова. Тогда у нее будут хоть какие-то аргументы – для согласия или отказа.

Азаров, похоже, сказал все, что хотел. Марина поняла, что теперь ее черед говорить о том, ради чего она просила о встрече.

– У меня новости менее приятные, Семен Аркадьевич, – начала она. – В нашем модном сообществе идут разговоры о том, что наш журнал покупает инвестиционная компания «Эндшпиль» и уже к весне они будут презентовать его публике в качестве своего издания…

Азаров смотрел куда-то в сторону, словно избегал ее взгляда, и Марина увидела, как он побледнел.

Она не стала спрашивать Семена Аркадьевича, знает ли он об этом – для него новость была явной неожиданностью. Марина поняла, что комментарии к происходящему не только уместны, но просто необходимы. И она рассказала все, что происходило в последнее время, чему она стала невольным свидетелем. И о том, как Сергей Рябинкин случайно услышал разговор Костина и Говорова с Земской, и об убийстве Павла Ершова, которое явно связано с «Эндшпилем», и о том, как похищали жену и дочь Серегина, вынуждая его продать – за символические деньги! – успешный и перспективный бизнес. Она рассказывала Азарову о стратегии их действий, о внезапности нападения и жесткой обязательности в выполнении угроз…

– Что меня поражает, Семен Аркадьевич, на сей раз они начали с распространения слухов, – Марина заканчивала свой рассказ. – И я никак не могу понять, чем именно им так понравился наш журнал? Любую оригинальную концепцию издания, пусть вроде бы и защищенную мало соблюдаемым у нас авторским правом, можно, слегка видоизменив, выдать за свою! Есть множество примеров…

– Дело не в журнале, Марина Петровна, – Азаров встал и пересел за свой рабочий стол. – Им нужен не журнал. Это всего лишь отвлекающий маневр, рассчитанный на доверчивых и простодушных людей… Я не хочу вас обидеть, Марина Петровна, ни в коем случае. Говорову и Костину нужен мой рекламный бизнес. Они давно к нему подбираются…

Он замолчал. Марина, пораженная его сообщением, встала, подошла к столу для заседаний и села напротив Азарова. Она закурила, хотя и знала, что шефу не нравится, когда курят в его кабинете, пусть из вежливости – или модной теперь толерантности – он и держит на столе пепельницы.

Марина не стала задавать Азарову вопрос, который она слишком часто повторяла и себе, и своим друзьям – что же делать? Она пыталась заново выстроить цепочку умозаключений, цепочку, которая теперь разорвалась и причинно-следственные связи в ней изменились. То, что еще недавно казалось важным и несомненно существенным, отошло на второй план, а там, где все казалось надежным и неизменным, вот-вот могла разверзнуться пустота. Процветающее и отменно поставленное дело могло рухнуть, похоронив под обломками и любимый Маринин журнал.

– Я пока не знаю, какие конкретно меры надо бы предпринять, – сказала Марина и тут же спохватилась: – Простите, что пытаюсь давать советы в делах, в которых вы гораздо опытнее меня… Но мне кажется, мы сумеем противостоять рейдерам… И знаете почему? Потому что свою атаку они начали с журнала…