Голые - Меган Харт

Я снова зевнула, прикрыв рот рукой.

– Думаю, мне не помешает чашечка кофе.

Тедди нахмурился:

– Бедняжка Ливви! Ты по-прежнему работаешь на износ.

– Если я не буду так упорно трудиться, никто не сделает это за меня, – пожала плечами я.

Что ж, я впечатлен. Ты планируешь покончить с «работой на дядю», начала свое дело. Собираешься уйти с надоевшей работы. Патрик и не думал, что у тебя все сложится так удачно. – На мгновение Тедди явно почувствовал себя неудобно, словно выболтал чужой секрет.

– Я знаю, что он не думал.

– Он тоже гордится тобой, Лив.

Я не была настолько уверена, что у Патрика есть полное право гордиться моими достижениями, но предпочла промолчать. Вместо того чтобы высказать свои сомнения, я позволила Тедди сжать себя в объятиях и немного потискать. Да и как могло быть иначе, если он напоминал приятную, улучшенную версию борга из сериала «Звездный путь»? Сопротивление бесполезно. Только не теперь, когда я – лишь хлипкая молокососка для этого большого парня в свитере Санты. Ну что тут скажешь?..

Я вручила Тедди свой бокал с вином.

– Пойду поищу кофе. Либо на худой конец кока-колы или чего-нибудь в этом духе.

Конечно, я бы предпочла немедленно отправиться в кровать, но сейчас, когда вечеринка была в самом разгаре, мне вряд ли удалось бы заснуть. Кухня Патрика казалась премиленькой, здесь царил китч с часами в виде котенка, махающего хвостом, и бытовой техникой в стиле ретро. Ладно, у него не все приборы были такими, исключение составляла современная кофеварка эспрессо, причудливое устройство, которое вспенивает молоко и использует специальные кофейные «таблетки». Я так и не научилась пользоваться этой хитрой машиной и, если честно, не смела даже прикасаться к ней – всегда боялась сделать что-то не то и отбросить нас всех обратно в каменный век. Сказать по правде, я – из разряда слонов в посудной лавке.

Я знала, что в доме друга где-то завалялась обычная кофеварка, но лихорадочные поиски в шкафах результата не принесли. Патрик никогда не избавлялся от вещей – и я подчеркиваю это «никогда», у него рука не поднималась выбросить любимую футболку или лампу со сломанным выключателем. Черт, совсем не то что я. Патрик копил пожитки и заполнял свою жизнь людьми, напоминавшими героев компьютерной игрушки «Зомбпокалипсис». Единственным способом выжить в таких условиях было создание новой цивилизации, уже без старомодной одежды, переставшей функционировать бытовой техники и… бывших любовников. Так или иначе, но я точно знала: та простая кофеварка у Патрика сохранилась.

Возможно, мне стоило поискать прибор на застекленной веранде позади дома, теперь защищенной от зимних холодов листами пленки. Там Патрик хранил пару дюжин коробок самой разнообразной хрени, то и дело обещая Тедди разобрать вещи – и, разумеется, никогда этого не делая. Эспрессо-машина была новой, поэтому вероятность того, что Патрик просто где-то запрятал старую кофеварку, была необычайно высока.

Вся съежившись от холода, я толкнула заднюю дверь, вышла на веранду – и моментально задубела, кожа сразу покрылась мурашками. Не став включать верхний свет, я направилась к первой стопке коробок. Кофеварки там не было, только коллекция порножурналов, которые я быстро пролистала окоченевшими, негнущимися пальцами и запихнула обратно в коробку. Похоже, той ночью у меня было больше шансов заполучить эрекцию, чем кофеварку, и не могу сказать, чтобы меня этот факт немного не печалил.

…Начало собственного бизнеса было величайшим делом для моего эго, это отлично тешило самолюбие. Но оказалось катастрофой для моего банковского счета и моей сексуальной жизни. У меня не было времени ходить на свидания, выстраивать отношения, окружать заботой другого человека – даже если бы я и нашла кого-то, достойного моих усилий. Совершенно не хватало времени даже для случайного флирта – работа на саму себя означала, что я проводила в одиночестве большую часть времени. Два моих других рабочих места, которые я сохранила ради того, чтобы платить по ипотечному кредиту, совершенно точно не способствовали знакомствам с мужчинами. Я проводила много времени в разъездах, фотографируя школьников и спортивные команды, и, хотя встречала полным-полно молодящихся папаш – мужиков, с которыми была бы не прочь потрахаться, – большинство из них были женаты. Моя работа в «Фото Фолкс» казалась прикольной и хорошо оплачивалась, но в роли клиентов неизменно выступали женщины среднего возраста, желавшие «будуарных» снимков, или любящие мамаши, которые приводили своих детей для фотографий на фоне гигантских плюшевых медведей. Со временем у меня развилась серьезная аллергия на боа, в которых вечно позировали клиентки. Я сильно уставала и все-таки была счастлива. Иногда я буквально валилась с ног и переживала стресс, но делала то, что мне по-настоящему нравилось.

А еще я официально считалась фригидной.

– Ну, давай, Патрик, куда ты ее засунул? – Я забралась в дальний угол веранды, туда, где стояла укрытая на зиму плетеная мебель и высилась внушительная стопка садовых стульев. – Ах, вот она!

Нашлась кофеварка, фильтры для нее и даже закрытый полиэтиленовый пакет с кофейными зернами. Мой друг действительно никогда ничего не выбрасывал. Рассмеявшись и покачав головой, я обернулась на звук вдруг открывшейся позади меня двери.

Перед глазами застыл стоп-кадр.

Два силуэта появились в дверном проеме. Мужчины. Тот, который поменьше, подтолкнул того, кто был побольше, к стене. О! Смысл происходящего стал мне понятен. Я уже собиралась деликатно покашлять, сообщив тем самым о своем присутствии, когда более высокий человек повернул лицо к свету.

И как только я могла думать о том, что он обыкновенно привлекателен, что в нем нет ничего особенного?.. Один взгляд на профиль Алекса Кеннеди заставил меня чуть ли не рыдать от восторга – просто потому, что в этой жизни слишком мало людей настолько красивых, чтобы быть реальными. При ярком освещении его черты казались более интересными, чем там, в гостиной. Здесь, теперь, с этой тенью, разделившей лицо Алекса пополам, я могла заметить, что его нос был слишком острым, а линия подбородка – немного резкой для того, чтобы выглядеть совершенно. Волосы Алекса упали на лоб, лицо исказилось гримасой, когда стоявший напротив мужчина опустился на колени и расстегнул молнию на его брюках.

У меня все еще оставалось время дать понять, что они тут не одни. Парочка зашла уже слишком далеко, вероятно, любовники просто напились или так погрузились в свою похоть, что не замечали ничего вокруг, но я наверняка остановила бы их, если бы и вправду этого хотела. Но я не стала останавливать.