Летописи Шинара Чаша богов - Галина Митрофанова

Спустя шестьдесят с лишним лет после последней войны в цитадели собрались все Темные: кланы и одиночки.

Амфитеатр полон. В воздухе висело напряжение на столько осязаемое, что казалось, выпусти стрелу и она увязнет. Нарастал гул, люди ждали, когда же, наконец, высшие объяснят, зачем их собрали. Наконец на арену вышли трое немолодых уже мужчин, в темно-синих одеждах, богато украшенных серебряной вышивкой - высшие и невысокая девушка с надменным лицом - Оракул.

- Темные!- один из высших простер руки и продолжил хорошо поставленным голосом. - Сегодня нас собрала здесь надежда! Да, да именно надежда! - Мара прислушалась, становилось интересно.- В последней войне мы потеряли многое: уважение… - Еще бы, отметила про себя девушка, не потерять - бесчинства, творимые личной гвардией Высших вошли в учебники как "кровавые ночи".- Силу! - Мара кивнула, бездарное командование привело к тому, что Темные потеряли почти семь тысяч воинов.- Могущество! - тут девушка лишь мысленно развела руками, про командование она уже думала - Власть! - с этим тоже ничего не попишешь, семнадцать погибших боевых магов первой ступени пошатнет любую власть. Меж тем, Высший продолжал вещать.- НО, что хуже, мы потеряли самоуважение!!- Мара закусила губу, что бы не рассмеятся, с ее точки зрения самоуважение не связаны с перечисленными раннее категориями.- Настало время вернуть утраченное!!!!- проорал Высший, и уже накрученные люди поддержали одобрительными воплями.- Наш оракул предсказала, скоро на землю возвратится сам хранитель сумерек Ниярэ, мы должны быть готовы!!! И наша задача доставить в Цитадель Чашу Богов - Таинственный артефакт. Лишь тогда, возвратится наш Повелитель!!! И за кровь заплатят кровью!!!- Мара тяжело вздохнула, глядя на Высшего, фанатичный огонь в глазах, пафос в голосе, искренняя вера в то, что нет иных богов кроме Ниярэ. Случай тяжелый. К тому же, интуиция вопиет и слишком уж пакостно улыбается Оракул. Девушка льстила себе надеждой, что она неплохо знает эту тварь, а значит, если ей нужна Чаша, то задача Мары сделать так, чтоб она ее не получила.

Многие Темные уже покинули Цитадель, когда Мара вышла из библиотеки. От избытка информации голова шла кругом. Сотни пролистанных книг и просмотренных гравюр, но о Чаше Богов ни слова, ни полслова. Правда, старый хранитель библиотеки подал неплохую идею. Древние заброшенные храмы. Кто-то говорит - их обитатели исчезли в один миг, кто-то - их кости там лежат и по ныне, но никто никогда не бывал в них, при этом слухи о прекрасных библиотеках дожили до настоящего времени. Вполне вероятно, что нужная информация может храниться именно там. Добредя до комнаты, Мара устало упала на кровать. Заброшенные храмы бередили ей душу с детства. А так как девушке уж очень не хотелось вечно бродить по Шинару в поисках неизвестно чего, ей придется стать первой, кто посетит их. Потянувшись, Мара встала и улыбнулась, оглядев свою комнатку. Небольшая, восемь на пять шагов. Южную стену почти целиком занимает окно, забранное цельной пластиной прозрачного горного хрусталя. Вплотную у стены стоит узкая кровать, накрытая пушистым пледом. На стыке восточной и северной стен - угловой столик. За дверью, на выдвижном ящике с оружием, сундук с вещами. На пол брошена шкура черного медведя. Ничего лишнего, только, в качестве украшения и тайника, вместо одного кирпича - хрустальный куб, с заключенным в него кусочком подводного мира сотворенный братом, еще в бытность Мары маленькой девочкой. Активировав на жезле руну тайны, девушка коснулась куба. Подернувшись белесой дымкой, куб растворился, показав спрятанный в его недрах фолиант в Темной сафьяновой обложке. С трудом, достав книгу, Мара грустно улыбаясь, провела пальцем по прохладной коже…

…- Ну, что ты трусишь? Нас же никто не видит!- черноглазая малышка озорно улыбалась.

- Но, Улис…

- Никаких но. Ты же сама хочешь!

- Хочу, - покаянно кивнула Мара.

Они крались по коридорам, ощущая себя героинями "вечных войн". Их не поймали, в тот поход в библиотеку… А книга, которую они вынесли вдвоем, пыхтя от усталости и тяжести фолианта, так и лежала в тайнике. До сего дня. Итак, храмы…

Большинство вольных либо уже покинули Цитадель, либо уже спали. За окном подмигивала звездами глухая ночь. Не спали, наверное, только они, впрочем, до отхода к блаженному сну оставалось уже немного. Ниро развалился на кровати, занимаясь тем, что кто-то и когда-то метко назвал плеванием в потолок. В отличие от клановцев, Вольные, обычно, делили комнату с соседом (друзьями и напарниками по путешествиям), а если не повезет, то и не одним, но такое случалось редко. Комната, которую занимали вольные, носила отпечаток обоих и если б Ниро и Сирнок были во многом похожи, наверное, не выглядела ТАК. Во-первых, по полу змеилась длинная глубокая царапина невесть каким образом оставленная полуторным мечом Ниро. С левой стороны царапины царил идеальный порядок, все находилось на местах, плащ висел на вешалке за дверью. Вещи аккуратно сложенные лежали в огромном сундуке, накрытом трогательной кружевной шалью, мало вязавшейся с остальным аскетическим убранством. Узкая кровать, без подушки, вместо одеяла огромная шкура и все.

Половина Ниро чем-то напоминала склад. На кровати, весьма широкой и мягкой, обычно валялось безумное количество самых разнообразных вещей, начиная от новой книги, только вышедшей в столице, заканчивая антикварным перстнем, отметившим в обед свою третью сотню. Стена напротив кровати либо частично истыкана кинжалами, либо завешана картинками - пейзажами Шинара, кои продаются в любой его части за медяк. На огромном письменном столе порядок тоже царил с одной стороны, соседствуя с отдельными листочками, старыми перьями и чернильницами с засохшими чернилами. При всем при этом, они умудрялись, словно не замечать странного соседства сохраняя дружеские отношения, даже когда дела загоняли их в родную Цитадель, но, обычно не задерживаясь там надолго.

- Что ты по поводу всего этого думаешь?- Ниро чуть удивленно посмотрел на Сирнока, невозмутимо полирующего обожаемый двуручник.

- По поводу? - в голосе Ниро было столько непонимания, что могло показаться, он совершенно не догадывается, о чем спросил друг, но и, с другой стороны, в его голосе звучала лень.

Сирнок недовольно посмотрел на вольготно разлегшегося приятеля, точнее друга, они вместе путешествовали не первый год, и называть Ниро просто приятелем было бы не правильно.

- Не придуривайся, ты прекрасно меня понял, Ниро.

- Не понял, - фыркнул молодой человек.- За последнее время у нас была очень насыщенная программа. Ты мог спросить, что я думаю по поводу нашей новой знакомой. По поводу заявления высших. По поводу этой охоты на артефакт, ну и еще многое.