Уратмир. Земная пристань. Книга 1 - Дмитрий Буркин

Лицо Смэка выразило всю массу чувств и мыслей, которые возникли в его голове. Как отец, он желал сыну счастья, понимая, что мальчик талантлив, но боялся отпустить. Кузнечных дел мастер любил своего первенца и лично тренировал ребёнка с самого раннего детства, стараясь развить в нём творчество, мудрость и особое понимания мира. Смэк по крупицам, без остатка передавал наследнику знания, делясь изюминками навыка родовой профессии.

В отце боролись разные желания: с одной стороны, он хотел, чтобы Дэмо пошёл по проторённому пути, с другой ‑ понимал, что его сын – талантливый игрок в стрижлог. Играя в самую популярную игру высочайшего уровня, сын кузнеца мог навсегда изменить свой жизненный ареал обитания, так как в полюсе Трогера, где базировалась команда «Пурпурной травы», могли проживать только высокоодарённые и гениальные плиамцы.

Выбежав из кухни, Дэмо понял контекст слов дяди Крэма и очень вдохновился сказанным. Ведь это было главной мечтой юноши ‑ играть в любимую игру, в любимой команде своего отца, стать узнаваемым не только в своём родном городе, но и по всей Амеи. Он дёрнулся к отцу: «Папа, пожалуйста, я очень хочу играть!».

Смэк отвернулся к двери, а Крэм, положив руку на плечо Дэмо, произнёс:

‑ Увидимся на работе, Смэк!

‑ Дэмо, не переживай так, и не думай об этом, просто больше тренируйся… Я думаю, что твой отец сделает правильный выбор. Жизнь не может давать неправильный путь…

Выйдя в дверь, всё так же неловко ковыляя и напевая какую-то быструю мелодию, он отправился к себе.

Смэк понимал, что пришло время для серьёзного разговора с сыном. До отъезда Крэма в Аквидук времени оставалось мало ‑ всего девять Рио-дней. А через три Рио-дня наступало совершеннолетие Дэмо. Все эти события явно указывали на неотвратимость судьбоносного разговора. Смэк надел кепку и начал обуваться, будто не замечая стоящего рядом и изнывающего от нетерпения старшего сына. Обувшись, глава семьи сделал несколько шагов в направлении двери. Парень ловил взглядом каждое движение отца, надеясь получить от него хоть какие-нибудь объяснения. Пульс юноши учащался с каждым шагом кузнеца Смэка к двери. Наконец глава семейства остановился перед самой дверью и, не поворачивая головы, неуловимым движением скосив глаза в сторону Дэмо, произнёс:

‑ Сын, вечером нас ждёт серьёзный разговор.

Смэк вышел во двор и подошёл к своей машине. На планете Плиам автомобили были не быстроходны и работали от перьев птиц Шио, точнее от их нескончаемой энергии. Оперение птиц было своего рода вечным двигателем этой планеты, так как Шио регулярно насыщались энергией самого Рио. Естественно, плиамцы не убивали птиц ради энергии, а собирали перья этих великанов во время перелётов из одного места обитания в другое. В эти моменты Шио сбрасывали часть оперения. Перемещение больших стай происходило довольно редко ‑ один раз в два годовых цикла. Из каждого пера плиамцы вытачивали цилиндрические энергетические стержни для моторов к собственным машинам. Естественная чистая энергия позволяла плиамцам жить в полной гармонии с природой, не нарушая ее целостности, оставаясь любимыми детьми своей планеты.

Дэмо с довольной улыбкой прибежал обратно на кухню. Аайя без слов всё поняла. От радости и улыбки на лице сына у неё защемило сердце. Тойй огорчился ещё больше, потому что хорошее настроение Дэмо порождало изящнейшие подколки в сторону брата. Обеспокоенная мать собрала со стола оставшееся печенье Шио в отдельные пакетики для сыновей, которые вот-вот должны были отправиться в школу. Тойй побежал наверх за учебниками. Дэмо прокричал ему вслед: «Возьми и мои!».

Тойй всегда воспринимал слова Дэмо как приказ. Его раздражала вредная лень старшего брата, который частенько пытался спихнуть любые мелкие дела Тоййю. Поэтому младшему брату всегда казалось, что любая мелкая просьба Дэмо была издёвкой над ним и несла в себе унизительный план притеснения. Но противостоять точечному глумлению он не мог, так как очень хотел попасть во взрослую команду школы по стрижлогу, где Дэмо был капитаном и обладал решающим голосом при выборе кандидатов в состав сборной.

На кухне назревал напряжённый разговор Дэмо с матерью, которая была очень недовольна желаниями сына. И тут совершенно бессознательно у Дэмо вырвалось:

‑ Мам, напротив достроили дом… Ты не знаешь, кто туда переезжает?

Переключившись с ноток нервных мыслей о Дэмо, Аайя посмотрела в сторону соседского дома напротив и произнесла:

‑ Вечером у нас появятся новые соседи. Но, судя по стремлениям твоей души, ты будешь знаком с ними совсем недолго.

Этот тонкий намек матери заставил Дэмо задуматься не только о себе, но и о своих близких. В его голове промелькнули тяжёлые мысли: «Как они будут справляться без него?». В эту секунду он почувствовал, что не сможет уехать без одобрения близких и родительского благословления. С уст юноши сорвалась только одна тревожная фраза:

‑ Мам, всё будет хорошо…

В кухню вбежал Тойй:

‑ Ну, что? Идём? А то опоздаем.

Дэмо развернулся в сторону Тоййя и направился в коридор, попутно успевая задеть брата за живое:

‑ Трусов и тех, кто боится чего-то, во взрослую команду по стрижлогу не берут… После этих слов, надменно усмехнувшись, Дэмо направился к выходу.

Это недвузначное замечание по поводу детской боязни спать одному было частым инструментом издёвок Дэмо. У Тоййя опять началась жёсткая непереносимость старшего братца, что мгновенно отразилось через стук в висках. Аайя, естественно, всё понимала. Она наблюдала эти подколы изо дня в день. Нежно обняв своего младшего сына, заботливая мать отдала ему пакетик с печеньем Шио и сказала:

‑ Тойй, твой брат любит тебя. Он всегда слишком торопится, не успевая заметить самого главного. Ты и он поймёте это позже. Беги, а то опоздаешь! Но сначала поцелуй Мику и передай нашему сорванцу этот пакет.

Мальчик любя поцеловал в лоб маленькую Мику и отправился вслед за Дэмо в школу, которая находилась недалеко от их дома ‑ в конце улицы.

По пути к дому знаний Дэмо как обычно встретил своего лучшего друга детства, одноклассника и собрата по команде.

‑ Как ты, Скай? ‑ прокричал Дэмо, виднеющемуся вдалеке парню, озорно подкидывающему круглый мяч для игры в стрижлог.

Позёвывая на месте, он ждал приближения Дэмо и Тоййя.

‑ Нормально, ‑ более тихим голосом ответил темнокожий приятель уже практически подошедшему Дэмо.

Поприветствовав друг друга объятиями, они двинулись дальше в направлении школы, попутно подшучивая над Тоййем и обсуждая последние события.

‑ Дэмо, наша последняя игра за кубок школ региона снится мне во всех деталях, ‑ с огромным эмоциональным всплеском говорил Скай.

‑ Да! Эту последнюю попытку я буду помнить всю жизнь, ‑ так, общаясь и улыбаясь, юноши обменивались эмоциональными мнениями о недавно прошедшей финальной игре сезона.

Тойй с большим уважением и мизерной доброй завистью слушал разговор Дэмо и Скайя. Он хорошо понимал, что его брат навечно вписал своё имя в школьную историю, так как до него ни одна сборная прошлых времён не добивалась таких успехов, как нынешняя команда во главе с Дэмо.

Дальнейшие разговоры добрых друзей о предстоящем выпускном Тоййю были совсем неинтересны, поэтому он живо рванул вперед, чтобы не терять времени и не слушать престарелой болтовни.

‑ Дэмо, до выпускного осталось три дня. Пока ты тянешь с выбором, все девушки ждут, и это очень мешает другим парням пригласить хоть кого-нибудь.

‑ Ой, Скай! Да прекрати! ‑ немного улыбнувшись, засмущался Дэмо.

‑ Нет-нет, друг! Ты же сам прекрасно знаешь, что девушки отписывают отвороты всем парням. Они будут это делать до тех пор, пока ты не определишься, с кем из них пойдёшь на выпускной?

Они оба начали смеяться, Дэмо кинул мяч в Скайя.

‑ Скай, ты преувеличиваешь.

‑ Это я-то преувеличиваю? Ты – звезда школы! Да и не только школы. Ты -самый завидный парень в нашем городе. Вспомни, когда ты занес победный мяч на финальной игре… В этот момент как минимумполстадиона девушек впали в эйфорию. Так что, поверь, все ждут, когда ты выберешь себе девушку.

‑ Ладно, Скай, всё будет. Обещаю.

Школы Амеи были немногочисленны и, по большому счёту, напоминали семьи, где все знали друг друга и учились поколение за поколением.

В родной школе Дэмо оставалось пережить ещё несколько счастливых событий, которые имели для него огромное эмоциональное значение. Уроков у выпускников уже почти не было, хотя младшие классы, отдавая дань формальностям, занимались по расписанию. В целом, дом знаний к этому моменту жил подготовкой к праздничному окончанию учебного цикла и выпускному балу.

Белые холодные колонны, стоявшие в ряд по обе стороны входа в школу, украшались учащимися среднего возраста нарядной мишурой разных цветов. По всем традициям, сложившимся у плиамцев Амеи, все школы в конце каждого цикла обучения кардинально меняли свой облик. Обитель знаний замирала в ожидании какого-то архиважного праздника, вскормленного в генах каждого ученика, воспитывающегося в школе.