Красными нитями (СИ) - Николаева Лина

Демон перестал улыбаться и ухмыляться и подобрался поближе, точно их тоже могли разлучить.

— Сегодня — это всё Дар. Он думал, что, если начнется хаос, внимание к королю ослабнет, но не вышло. Рейна быстро увели, мы не успели забрать его. Зато я нашла тебя, теперь ты здесь.

Кай усмехнулся:

— Вот так возвращение домой.

Он опустился на смятую постель и уже более спокойным тёплым взглядом посмотрел на девушку.

— А мы неплохо тебя воспитали. Но скажи мне, каким местом ты получила поддержку Крейна? Я его знаю. Королём Канавы могут стать только ублюдки — на меня посмотри. За его помощь надо немало заплатить.

Эль ответила яростным взглядом и вздёрнула подбородок:

— А как ты выбрался из Черного дома?

Они снова уставились друг на друга — повисло тягостное молчание. Постепенно из взглядов исчезли злость и лёд. Эль и Кай одинаково улыбнулись: самыми уголками губ, но с поминанием. Оба сделали или пообещали что-то, что противоречило всему. И что это было у Кая, Эль хотела не знать ещё сильнее, чем забыть про своё обещание.

— Кай, что нам делать? — тихо спросила Эль.

Он уверенно, без запинки ответил:

— Я собираю Крысиный совет. Всех, кто ещё остался. Мне надо найти Коли, Ксолью и Антонию. Киро поймали, когда он устроил пожар в Чёрном доме. Где Ката, я не знаю. Но будь она в безопасности, уже пришла бы. Мы соберёмся и пойдём за Рейном и Адайн. Я ещё не знаю как, но я придумаю. А потом мы выпустим Совету кишки.

Кай улыбнулся довольно и хищно, как охотник, который вышел на след добычи. Эль хотела того же, что и он, но всё равно его слова казались чужими — уж точно не для неё. Она ведь не сможет так, как они. «Надо смочь», — Эль на секунду сжала руки в кулаки и сразу разжала.

Кай встал.

— Я не останусь здесь. Ты со мной?

— Но ты же дома, ты сам сказал!

Эль с надеждой посмотрела на парня. Она не могла так просто уйти от Дара, но и оставлять Кая тоже не хотела.

— Дома? — холодно переспросил Кай. — Какой это к черту дом? «Три желудя» больше нет — они не мои. Нет уж, я не останусь. Есть у меня ещё места, — на лице появилось проказливое выражение.

Распахнулась дверь, на пороге появился Дар. С лёгкой улыбкой на лице он прошёл в центр комнаты со словами:

— Ну здравствуй, крысёныш. Вернулся в любимую нору?

Эль убрала ноги с кресла и выпрямилась. Крейн даже не посмотрел на неё, но ей всё равно стало неловко в его присутствии.

Дар был в рубашке с закатанными рукавами, и светлая ткань резко контрастировала с его тёмными татуировками. Как всегда, он был гладко выбрит, а весь его облик так и дышал энергичностью и силой. Хотя Эль подслушала, что ночь у него была не из лёгких — он столкнулся с другой бандой из Канавы.

Кай замер напротив Дара — лицом к лицу.

— Не переживай, торгаш, я скоро уйду. У крыс может быть несколько нор, знаешь ли.

Эль тоже встала, хотя не знала зачем — ну что она, разнимать их будет, что ли? Рядом с ними она почувствовала себя ещё меньше и слабее. Леми скривился, и Эль сказала, пытаясь вложить в голос все остатки уверенности:

— Никому не надо никуда уходить, мы все заодно! Кай, ты же хочешь спасти Рейна. А ты, Дар, обещал помочь.

Кай рассмеялся:

— Что я слышу!

Эль уперла руки в бока и переспросила:

— Что?

— Я обещал помочь тебе, — Дар скосил взгляд в сторону Эль и голосом выделил последнее слово.

— Да, мне, но Каю ещё важнее спасти Рейна. Он мне — друг, поэтому мы будем заодно.

Эль повыше задрала подбородок, хотя хотелось снова сесть в кресло и забраться в него с ногами, чтобы стать как можно меньше. Вздумала строить из себя хозяйку положения!

Дар скрестил руки на груди и холодно спросил:

— Это что, я слышу приказ в твоём голосе?

Кай поддержал его:

— Думаешь, мне нужна чья-то помощь? Вы уже дважды облажались!

Леми требовательно посмотрел на Эль. Девушка сделала глубокий вдох, ещё на несколько шагов подошла к Дару и Каю и тихо ответила:

— Да плевать мне на вашу вражду. Кай, речь идёт о твоём брате. Поумерь свою гордость. А ты, — Эль ткнула пальцем в грудь Дара, и сама не поверила, что так сделала. — Обещал мне помочь. И если я тебе нужна, ты сдержишь своё обещание.

Дар наклонился к Эль так, что между их лицами оставалось всего сантиметра два, если не меньше. Только сейчас она заметила, что у него не зелёные глаза, а скорее болотные.

— Конечно ты мне нужна, милая моя. Я сдержу своё обещание, не бойся.

Кай уставился на них. Дар рассмеялся:

— Что же, ты не рассказала о своём требовании? — он взял Эль за лицо. Прикосновение было холодным, но мягким. — Не рассказала, как зашла ко мне, подняла свой красивый подбородок повыше и крикнула: «Женись на мне!»

Даже Леми стушевался и уставился в пол. Эль сделала шаг назад и ответила, глядя Дару в глаза:

— Не рассказала, но так всё и было. Да, вот моя часть уговора.

Дар всё мерил сделками — он не привык получать что-то из дружбы и любви и, казалось, искренне верил, что для всего есть своя цена. Вот и Эль оставалось только предложить подходящую цену в обмен на желаемое.

Среди рассказов слуг, шепотков в Канаве, старых разговоров в «Трёх желудях» она нашла главное — Дар оказался сыном Крейна У-Дрисана, хотя тот не признавал его. Дар не говорил этого, но девушка явственно видела: он отчаянно рвался наверх, чтобы доказать отцу — он не хуже его, а ещё — отомстить.

Эль могла стать ступенькой для этого. Да, мать Дара была шлюхой, но шлюхой с Ири — это давало ему возможность жениться по западным традициям и взять себе букву рода избранницы. Если Дар станет «Я», то положением сравняется с отцом.

Оставалось всего одно препятствие: Нол Я-Эльмон.

Эль сделала шаг к Каю.

— Ты прав, вы хорошо меня воспитали. Я тоже способна на многое ради своей семьи, и я не знаю, на какое обещание не пойду, чтобы спасти Рейна, Адайн или даже тебя. А как ты сбежал, Кай?

Он только покачал головой.

— Как же Рейн?

— Избавьте меня от этого, — Дар закатил глаза и направился к выходу.

Уже на пороге он добавил, обернувшись:

— Можешь уйти, я не держу. Но я тебя везде найду, когда придёт время выполнять твою часть сделки, и ты это знаешь.

Это не было угрозой, Эль не почувствовала страха от слов Крейна. Просто факт, и она не сомневалась в нём: он её найдёт, и никто уже не освободит от обещания.

Кай уселся в кресло и пытливым взглядом посмотрел на Эль. Она замерла напротив него и уверенно ответила:

— Я знаю, что твой брат стоит любых обещаний. Я хочу видеть его живым и свободным, и я буду стараться, как могу.

Кай кивнул — то ли соглашался с Эль, то ли думал о чём-то своём.

— Так ты со мной? — теперь этот вопрос задала она.

Кай поднялся.

— Я с тобой, но если ты думаешь, что я стану просить Крейна о помощи — ошибаешься. Я справлюсь сам.

— Куда ты?

— Домой, — Кай ухмыльнулся.

— К отцу? — удивилась Эль.

Кай громко рассмеялся:

— Нет, в моё первое «домой».

Эль опустила руки и, слабо улыбнувшись, покачала головой. А все-таки Кай такой же, как Рейн. Не сильно-то братья отличались друг от друга, как бы не пытались спорить с этим. И оба, если что-то решили, были готовы взвалить на себя всю тяжесть мира. Но одинаковые ли слова им требовались, чтобы понять, они не одни?

— Так ты идёшь? Или что, теперь тут твой «дом»? — Кай скривился.

— Я тоже хочу домой, — тихо, по-детски растерянно ответила Эль.

А был ли у неё этот дом когда-нибудь? Особняк, где она не получила ничего, кроме презрения отца? Пансионат, где попытки угодить сменились насмешками? Грязная нора Рейна? Да, в норе было счастливее всего, да всё равно в неё уже не вернуться.

— Но я приду вечером, только скажи куда, — уже увереннее закончила девушка.

Она чувствовала, что стоит поговорить с Даром. Если вот так просто уйти, он уже не поможет, но сполна потребует выполнения обещания.

Кай кивнул: