Богомол - Игорь Середенко

— Понимаете, — сказал Рахимов, — меня, так же как и вас разбудили ночные шорохи. Но…

— Что вы хотели добавить? — спросил сержант.

— Дело в том, что в газете, год назад, я случайно обнаружил статью о том, что в этом лесу, неподалеку от деревни было найдено тело какого-то монаха. Я тогда удивился этому.

— Еще бы, — сказал сержант. — Ведь не каждый день узнаешь об этом. Он был стар?

— То-то и оно, что нет. Согласно той статье, ему было не более 30 лет. Но, что меня заинтересовало больше всего, так это причина его смерти, — сказал шепотом Рахимов.

— И, почему же? — спросил Матвеев.

— Согласно этой статье, смерть наступила в результате полного истощения организма.

— Ну, наверное, этот монах заблудился в лесу, такое бывает и умер от истощения организма, — сказал Дремов.

— Да, не так все просто, — сказал Рахимов. — Когда-то я хотел быть сыщиком, но потом мои родители меня переубедили. Они ведь тоже археологи. Это у нас в крови. Мой дед был археологом. Я же мечтал с детства быть следователем. Вообще-то, эти древние профессии чем-то похожи, обе требуют от человека наблюдательности в поиске.

— Ну, юношеские мечты не всегда совпадают с реальностью. Окружающий нас мир влияет на нас, и очень сильно порой меняет нас, — сказал Матвеев.

— Да, вы правы, — сказал Рахимов. — Так вот, этот монах был полностью истощён. Через интернет я узнал, что это означает. Истощение организма может произойти, если функциональные потенциалы организма, в процессе работы, превышают некий оптимальный уровень. Тогда полного восстановления не происходит. То есть, если человек в процессе своей деятельности переработался и вовремя не остановился, для отдыха и пополнения своих сил, то есть восстановления организма, тогда физическая нагрузка вызывает дальнейшее угнетение клеточного анаболизма. Процессы диссимиляции преобладают над процессами ассимиляции во время работы, то есть расход энергии больше чем его приход. И остановить этот процесс невозможно, отдыха уже недостаточно.

— Я ничего не понял, — неожиданно сказал сержант. — Поясни человеческим языком парень.

— Имеется ввиду, что процессы, проходящие внутри такого человека начинают разрушать, а не восстанавливать ослабевший организм. Например, во время восстановления, или в период отдыха, эти процессы проходят противоположно, то есть организм стремиться к строительству и пополнению запасов, резервов. А вот теперь самое главное, — сказал Рахимов. — Процессы восстановления и истощения тесно связаны с процессами возбуждения и торможения в центральной нервной системе.

— То есть, ты хочешь сказать, — предположил Матвеев, — что центральная нервная система этого монаха перед его гибелью была чем-то сильно возбуждена?

— Совершенно верно, — ответил Рахимов. — Кроме того, эти процессы так же влияют на психическое состояние человека. А отсюда могут проявляться непредсказуемые поступки.

— Я, наверное, многое подзабыл из курса психологии, — сказал Дремов.

— Это не психология, а физиология, — ответил Рахимов. — Как же можно учить психологию, не зная физиологии человека.

— Просто, сержант, вы столкнулись с профессионалом, который серьезно изучает свое дело, докапываясь до мельчайших частиц, хранящихся в глубинах тайн, — сказал Матвеев.

— Значит, вы предполагаете, что этот монах умер от перевозбуждения? — спросил Матвеев.

— Или долгой и тяжелой работы. Но это не единственное, что мне известно, — сказал Рахимов.

— Ну, и вундеркинд, — удивился Дремов.

— Я изучил хронику смертности в этой деревне за последние тридцать, а то и пятьдесят лет. Так вот, это не первый случай, — Рахимов вновь перешел на тихий шепот.

— Интересно, — сказал Матвеев. — И, что вы узнали?

— Я выяснил, что за последние, как минимум пятьдесят лет, это уже шестой случай. Однако, удалось похоронить лишь двоих монахов, — сказал Рахимов.

— А, что они все были монахами? — удивился Матвеев.

— Да, но дело не только в этом, — сказал Рахимов. — Тела четверых погибших монахов так и не нашли. Местные жители обнаружили их, а на следующий день тела таинственным образом исчезли. Местная полиция обвиняет жителей деревни в мошенничестве, в обмане. В пятом случае, монаха действительно похоронили на местном кладбище.

— Так, интересно. А, что сказала полиция? — поинтересовался Дремов.

— Ничего. Они не поверили этому, и потому не приехали, — сказал Рахимов. — Это весьма далёкое место от цивилизации, здесь даже жители живут по старинке, не используя современную технику и новинки. Молодёжь давно покинула эти края, остались только старики и пожилые люди, кто ещё заинтересуется этой глухоманью, кроме археолога разве что. Я тайно, на прошлой неделе вскрыл эту могилу. И, что вы думаете? Могила оказалась пустой. Тело же шестого монаха, найденного две недели назад, похитили прямо перед носом жителей. Его тело положили в погреб, а на утро труп исчез. Теперь понимаете, почему я так был возбужден и напуган этой ночью, когда увидел три силуэта в монашеском, как мне показалось, одеянии.

— А, как вы думаете, почему монахов так сильно привлекают эти места? Ведь здесь лишь лес, да горы, — спросил Матвеев.

— Как, что? — удивился Рахимов. — В этих горах расположен монастырь. Вообще-то он считается заброшенным, уже несколько десятков лет. Но, я предполагаю, что он вновь начал работать.

— Да, это интересно, о монастыре мы не знали. На картах этого монастыря нет, — сказал Матвеев.

— Вы правы, — согласился Рахимов. — Но, он есть на старых картах. Двадцатилетней давности.

— Интересно, стало быть, эти монахи из этого монастыря? — предположил Дремов.

— Или монахи-паломники, приезжающие из других монастырей.

— Где же он расположен? — спросил Матвеев.

— Высоко в горах. По моим расчетам — несколько суток пути от деревни. Леса здесь дремучие, дорог нет. Одни тропы, да и то, заросшие кустарниками и непроходимым лесом.

— Да, это мы заметили уже, когда добирались в деревню, — сказал Матвеев. — Ну что ж, Рахимов, если вы присоединитесь к нам, мы будем только рады этому. Признаюсь, вы меня заинтересовали своим рассказом. Я даже приостановлю свой отдых и займусь этим делом. Хотя можно и совместить. Природа здесь красивая, — притворствовал капитан.

— А разве вы не приехали сюда для расследования смерти монаха? — сказал вдруг Рахимов. — Я ведь просил полицию заняться этим делом.

— По-видимому, полиция осталась глуха к вашим просьбам. Наверное, вспомнили о тех розыгрышах с предыдущими монахами, помните. К тому же, вы ведь сказали, что тело исчезло. Какое может быть тогда расследование? Однако мы займемся этим, прервав наш отдых, — капитан посмотрел на сержанта, что бы тот поддержал его.

— Да, и в самом деле, — сказал Дремов, — почему бы и нет. Ведь это наш долг, ловить преступников. Совместим приятное, то есть прогулку, с полезным — поиск возможных преступников.

— Итак, юноша, если вы согласны, то мы можем действовать сообща, но с условием — нас не выдавать, для всех — мы туристы, — сказал Матвеев, студент кивнул с улыбкой на устах. — Прежде всего, нам надо выяснить о тех монахах, которые прибыли в деревню вчера вечером. Поговорить с местными жителями, может быть, они что-то видели или слышали, дела правда давние…

— Я уже говорил с жителями об этом, — сказал Рахимов. — Они молчуны, и не любят приезжих. Более того, жители опасаются приезжих, не доверяют им. Это пустое. Но мне кажется, что они все чем-то напуганы. Когда я заговорил с ними о монастыре, то они замыкались в себе и не хотели вообще со мной общаться.

Вечером, того же дня капитан и сержант решили познакомиться с приезжими монахами, что бы выяснить у них ответы на интересующие их вопросы. Сержант подошел к столику, за которым ужинали двое монахов, и угостил их пивом. Вскоре Матвеев и сержант сидели вместе с монахами за одним столиком. Матвеев представился археологом, который ведёт поиски древних захоронений.

— Откуда вы родом? И, что привело вас в эти края? — спросил Матвеев у старого монаха.

— Мы осуществляем паломничество по святым местам. Приехали мы из Китая, — ответил старый монах, китаец, с лёгким акцентом. — Меня зовут Сяо Чен. А это мой воспитанник Сюй Мао, он помогает мне в духовном преобразовании, что является целью нашего пути. Я уже стар для такого путешествия, и мне нужен надежный помощник.

— Но, он не похож на китайца, — удивился Дремов.

— Это верно. Сюй Мао попал к нам в монастырь еще ребенком. Наш настоятель выкупил его у торговца, который останавливался в нашем монастыре. Он сирота. Мы приняли его в наш монастырь, расположенный высоко в горах. Сначала он был послушником, а вот теперь помогает мне в моем путешествии, что поднимет его дух на одну ступень выше, — ответил Чен.