Зеркала. - Илья Абрелин

– В эту комнату тебе предстоит зайти самому, никто не будет отвлекать тебя. Ты должен прочесть и понять завещание Гекто, – сказал Мастер и, дав мне зажженный факел, открыл дверь.

Я зашел в комнату, полностью покрытую письменами, которым уже больше трех с половиной тысяч лет, и которые собственноручно вырубил в скале Гекто. Я подошел к началу надписи, и приступил к чтению завещания.

«Если ты читаешь эти письмена, значит испытание пройдено успешно, и ты стал кланингом. Это звание не привилегия, а тяжелое бремя, и если ты думаешь иначе, то позже об этом будешь жалеть. Ты должен быть примером для своих людей. Ты не должен просить их делать то, что не сможешь или побоишься сделать сам. Ты не должен препятствовать переходу в любой другой клан, и если от тебя уходят – значит, в их уходе виноват ты, и никто другой. Кланы должны жить в мире – любую проблему можно разрешить без помощи оружия, обо всем можно договориться. Это все, что я хотел сказать тебе, и если ты меня не услышал, то ты уже мертв».

Вырубленные на стене слова не возможно двояко толковать, все записанное здесь предельно ясно и просто в понимании. Я осмотрел комнату, увидел висящий на стене портрет, возможно он изображал Светлого Гекто, в поисках еще каких либо надписей осмотрел остальные комнаты, но больше ничего не обнаружив, вышел к своему проводнику. Первыми словами, которыми он встретил меня, были:

– Понятны ли тебе слова, сказанные Светлым Гекто?

– Да, – ответил я.

– Будешь ли ты выполнять его волю?

– Да, – последовал мой ответ.

– Отныне ты кланинг, и никто не может оспорить решение наследников воли Гекто.

Я отдал факел Мастеру, и спросил:

– На стене висит портрет Светлого Гекто?

– Да, причем единственный, и он не разрешил делать с него копии.

– А почему здесь нет никаких электрических приборов?

– Мы не используем ничего, что может быть сделано только специально обученными людьми, на это воля Гекто. Если вдруг цивилизация Ариев будет уничтожена, мы выживем и сможем помочь выжить в новых условиях всем уцелевшим.

Когда мы прощались, Мастер сказал:

– Не ищи наш приют, ты не найдешь даже его следов. О нашем существовании знают все кланинги, наши люди есть во всех кланах, мы в курсе всего происходящего на материке. Когда мы будем нужны, мы придем и поможем, а сейчас уходи.

Я повернулся и пошел за проводником, который, несмотря на мои расспросы, всю дорогу молчал. Мы вышли через долину к двери в скале, и здесь он произнес свои первые и последние слова, обращенные ко мне:

– Ты выйдешь через эту дверь к людям, иди прямо и никуда не сворачивай.

С этими словами он развернулся и пошел назад, а я открыл дверь и шагнул в комнату. Дверь за моей спиной сама собой закрылась, все вокруг померкло, меня накрыла тьма. В следующую секунду я обнаружил, что стою в Доме Странников.

Вот тебе и Мастера, отвергающие научные знания, да они опередили в развитии науки все кланы! В колдовство я не верю, а значит, имеется некий аппарат, перенесший меня сюда. С этой проблемой разберемся немного позже, а сейчас пора возвращаться к цивилизации.

Стоя посреди комнаты, Мастер склонился перед сидящим перед ним человеком.

– Он ничего не заподозрил? – спросил человек.

– Нет, – ответил Мастер.

– Это хорошо, нельзя разрывать ткань времени. Пришло время уходить отсюда, начинаем эвакуацию на запасной плацдарм.

– Слушаюсь, Гекто, – ответил Мастер.

Торжества по случаю моего возвращения с победой заняли целый день. Говорилось много торжественных слов, било произнесено много речей, но главное будет сказано позже, в разговорах наедине, с глазу на глаз.

Но все это попозже, а сейчас пора возвращаться в лоно семьи, попросить благословения на задуманное у главы клана – Лео. По своему новому статусу я считаюсь равным ему – такой же глава клана. Но я молод, и у меня еще очень мало опыта и сторонников. А, кроме того, он мой дед, и он многое сделал для того, что бы я с честью прошел испытание.

На пороге замка встречали меня, ободранного и голодного, но счастливого, отец, дед и конечно Безумный Лукас. Впрочем, он умнее многих моих знакомых, скорее его можно назвать гениальным человеком и эта кличка прилипла к нему, после того как он устроил в институте деда грандиозный взрыв и пожар, после которого дед изгнал его.

– Гей – хо, ты сделал это, мой мальчик. Ну а теперь чем ты будешь заниматься? – спросил Лео.

Мой дед немного эксцентричный, и это всем сразу видно, но эксцентричность не означает отсутствие ума. Он, как и я, с детства готовился пройти испытание, надеясь создать свой клан, но вместо этого ему пришлось занять пустующее место кланинга в своем клане.

Прерванная родовая цепь прежнего кланинга расстроила все его планы, ведь он один к тому моменту прошел обучение на кланинга, и поэтому не смог отказаться. Прошли годы, и он заразил меня своей мечтой, нанял лучших учителей, которых смог найти на Материке, и помог сделаться тем, кем я стал – кланингом.

– Тем, чем и собирался все это время – буду искать способы борьбы с вирусами, – ответил я, – вместе с Лукасом и всеми, кто пожелает ко мне присоединиться.

– И где же будет размещаться лаборатория и замок нового клана? – спросил Гэс, мой отец.

– На Луне, – ответил я, – после того как вы построили на орбите станцию накопителей, прошло уже много времени, и пора идти дальше. Тем более, на Земле с вирусами экспериментировать опасно, а так кроме нас никто не пострадает.

– Значит ты, как я понимаю, не претендуешь на свободные земли, оставшиеся от Безымянного клана?

– Почему – же, просто несколько десятилетий мне придется провести в основном на Луне, и я считаю, что замок должен находиться недалеко от меня.

– А как ты собираешься вернуть деньги, которые будут потрачены на исследования?

– Возможность жить на внешних землях вскоре будет пользоваться большим спросом. Лукас подготовил проект Лунных исследовательских модулей и модулей обеспечения, которые мы построим на Земле, и которые полетят на Луну сами. Кстати, Лукас рассказал мне, что заправленные накопители при долгом нахождении в зоне радиоактивного излучения, взрываются, так и произошел взрыв в институте. Возможно, этим своим опытом он сохранил многие жизни, а ты Лео, изгнал его, не дал возможности оправдаться.

– Его опыт был напрасен. Об этой особенности накопителей мы с Лео давно знаем, но не распространяемся о ней. В космосе накопители постоянно подвержены воздействию излучения, и поэтому приходиться использовать их только четыре раза, а потом уничтожать. На Земле у нас хранятся эталонные накопители, с которых постоянно делаются копии, – ответил Гес, – и тебе я не рекомендую заряжать их более трех раз, ведь они постоянно будут находиться в космосе, подвергаясь радиоактивному облучению.