Повесть о тихом ужасе - Александр Тюрин

Но был и другой запах - аромат ночных насекомоядных цветов. "А все-таки не зря я в вампиры пошел. Нюх у меня явно прогрессирует".

На прожженном сигаретами диване лежала она.

Бывшая законная супруга так умела слушать, что он стал считать, что умеет говорить. Так любила изящные искусства, что он мог кинуть мозолистую купюру на какую-нибудь китайскую тарелку и не припомнить это потом. Профессорская дочка, вышедшая замуж за полудеревенского паренька среднего ума и внешних данных, который, даже вернувшись из рейса, напоминал приехавшего с городской ярмарки крестьянина.

Он поймал себя на том, что думает о ней только хорошее, но разве не ее бросили в грузовик вместе с белобрысыми финскими диванами четыре ражих мужика? Он еще хотел что-то пообещать, а она махнула рукой, трогайте, мол, чего его слушать.

Сейчас она проснулась, приподняла голову, посмотрела куда-то в сторону. Волосы заметно светлее, и вообще она кажется ему лучше, чем даже в самый первый вечер их знакомства.

- Ничего себе явление... Как сон, как утренний туман... Ты чего-то забыла у меня, Нина?

- Ехидничать не разучился, - сказала, а потом уж взглянула на него. Ты симпатичный, хотя и совершенно опустившийся.

- Могла бы добавить "в мое отсутствие". Но дело не в этом, Нина. Объективно я достаточно гадок. Приязнь ко мне - действие зова.

- Зов предков, да? Насмотрелся про Тарзана.

- Видик ты забрала.

- Хватит. Я просто пришла к тебе.

Он сел рядом. Они взялись за руки.

- Между прочим, я тебе помогла. Здесь вертелись какие-то люди и милиционер впридачу. Ломать дверь собирались, что ли. Я им сказала, чтоб все убирались, жена пришла.

- Тебя боятся, Нина, потому что ты не боишься. Ты свободный человек.

- Я и тебе вольную дам. Не пожалеешь.

- Не знаю, стоит ли со мной возиться, Нина. У меня появились не лучшие черты.

- Я тоже не стояла на месте.

Ее пальцы легли на его шею, тонкие нежные пальцы - только вот любовь к длинным коготкам у нее не исчезла. Нет, пожалуй, коготки слишком длинноваты, они даже царапают его. Но не скажешь этого женщине, которая тебя целует. Можно и потерпеть - главное, они вспомнили...

А когда ее пальцы стали умелыми пальцами убийцы, а знающий взгляд Летягина увидел губы, вытянувшиеся в стальную трубку, которая вошла в его лопнувшую под ухом плоть, он уже не мог пошевелиться. Разве что привстал. Но тут ему показалось, что на него навалилась гора, и он обмяк...

Забрезжил свет. Какой-то человек сидел рядом и елозил по его лицу мокрой тряпкой. Летягин поперхнулся и чихнул.

- Очухался? Видишь, брат, до чего лирика доводит, - человек говорил уверенно и назидательно. - Рассечения тканей, конечно, нет. Отек, правда, случился из-за сильной тяги. Ничего, рассосется.

- Кто это меня?

- Кто-кто... Жена твоя Нина тебя же и обработала. А я Трофим Терентьевич. Гиену у Головастика помнишь? Скажу тебе без лишней скромности, знаток метаморфизма. Я тебя научу этому ремеслу.

- Не надо мне вашего вампирского ремесла! Я неспособный.

- Не прибедняйся. Нинуля-то освоила. Ценный теперь кадр, только увлекающийся, может и до дна выпить. А ты, Жора, кстати, невкусный оказался. Плохо Ниночке стало, едва успела SOS послать. Хорошо, что сегодня я дежурю... На работу-то пойдешь? Я пиджак тебе зашил и ботинки почистил.

- Э... Обложили меня, Трофим Терентьевич...

- Сейчас пойдем прямо на твою работу и посмотрим, кто тебя там обложил. А дальше - многое зависит от твоей сознательности. Не поймешь, что ты вампир, окажешься в _яме_. Я тебе сразу скажу - туда попадать не стоит.

- В яму не стоит, - эхом отозвался Летягин и попробовал на вкус слова Трофима. - Только какой я вампир?. Вы же тянете у людей кровь. Можно сказать, жизненную основу.

- Ты скользишь по поверхности вещей, сынок. Человеку всегда легче, когда у него забирают лишнюю тяжесть, избыток. Ведь берут-то не просто так, а чтобы вернуть, претворив соответственно в духовные и материальные ценности.

Звучало убедительно. Летягин не умел спорить, однако сопротивлялся:

- Вы можете внести инфекцию... СПИД...

- Кто угодно, только не мы. Все организованные вампиры обязаны применять пространственную развертку доноров, то есть бесконтактный сбор кровяной массы. Все контактные способы запрещены законом, за этим строго следят. Даже за некачественную обработку, приведшую к отекам, мы строго и персонально наказываем. Это древняя и прекрасная культура общения. Вот например, Дубилова...

- Черт с ней, - фыркнул Летягин.

- Ты людьми не бросайся, Георгий, - строго произнес Трофим. - Ты настройся на нее, стань своим, прислушайся к тому, что томит ее сердце, чего ждет ее разум. Не распыляйся, улови главный дефицит. А потом тяни. Дай ей кусочек того, что она хочет. Хотя бы пообещай. Все это нужно, чтобы донор снял психическую защиту, раскрылся. Будьте-нате - придет волна, и донор станет доступным для кровосбора.

- Получается, человека вы ломаете?!

- Диалектики в тебе мало. Никто ведь не сломается, пока не захочет. Ведь донор глухо и бессловесно жаждет пожертвовать частицу от себя на мировой прогресс. Поэтому с такой готовностью покоряется вампирскому зову. Тут уж не теряйся!" Ищи более энергоемкий и менее затратный морфовариант, например, упыря зубатого, зверя-вурдалака или хомо вампирикус...

- И где ж эти варианты сидят, почему их физики не видят?

- У нас другая наука - вампирика.

- А что, толстая пиявка с двумя отверстиями, это ваше достижение? ехидно спросил Летягам.

- До такой пиявки тебе мыться и мыться, - честно предупредил Трофим. Пока что ты только потребляешь энергию и знания, ничего не давая взамен вампирскому кругу.

- Сколько можно выпить крови у одного человека? - решил уточнить сломленный железной логикой Летягин.

- Стоп... Еще скажи - выхлебать. У тебя речь неотесанного деревенского упыря, - укорил Трофим. - Специалисты до уровня зверя-вурдалака и выше говорят: взять валорис I. А есть еще валорис II, валорис III, фитовалорисы - из области растительных соков, и, наконец, натурвалорис... Мечта поэта, энергия, несущая планетарный, космический порядок, - Трофим умолк и несколько раз ударил кулаком по своей ладони. - И его возьмем, никуда не денется... А теперь отвечу на твой наивный вопрос. Для нас не существует понятие "можно". Нужно! Сколько организм требует, столько и нужно. Дозирование очень скоро дойдет до автоматизма... А теперь ищи, умойся. Тебя ждет роскошь человеческого общения.

Летягин стал драить запущенную физиономию, а Трофим тем временем читал вслух из чудом завалявшегося тома "Брокгауза":

- "Вампир, слово неизвестного происхождения..." И не стыдно им! Надо было узнать... "На Запад пришло из Германии, куда, в свою очередь, перенято было от славян..." Слышь, Георгий, все от нас тянут... "Двояко произносится: вампир и упырь..." Ну, козлы! Ведь упыри - это чистые контактники, а вампиры - специалисты бесконтактного слизывания... А вот... Мертвецы, дескать, встают из могил, высасывают кровь у спящих людей. Дешевое повидло... Думали нас унизить, а сами пообделались. Могилой окрестили девятимерную среду, в которой возбуждается волна преобразований. Стыдно! Есть прекрасное слово: "воронка". Эти грязные завистники мертвецом называют человека, пробуждающегося к новой жизни! И доноры - не спящие, а успокоенные посредством зова. Отрезать голову, пронзить осиновым колом, это они умеют...