Неудержимый. Книга I - Андрей Боярский

— Совсем дурак? Давно в больничке не лежал?

— Вот и я о том же. Слушай, а это случаем не Донской? Рожа знакомая.

— Точно! Вот самоубийца, он же слабак каких свет не видывал.

— Ха-ха! Ну точно, он. Неужели решил свести счёты с жизнью? Смотри, ещё идёт и лыбится, вот дурень. Пойдём расскажем нашим.

Не думал, что моя опухшая рожа вызывала такие ассоциации. Услышав их разговор, Ника прижалась ко мне ещё сильнее. А я, почувствовав это, теперь действительно шёл и улыбался во весь рот как дурень. По большому счёту мне было плевать на эти разговоры. Я всегда делал то, что хотел.

Я намеревался провести Нику до её апартаментов, в надежде на то, что мне всё-таки что-то обломится на прощание. Но толстая вахтерша встала грудью на защиту святая святых, вытолкнув меня на улицу. На все мои аргументы, она отвечала стандартной фразой: «Не положено!» и все тут. Спорить было бесполезно, так что мне пришлось распрощаться с Беловой и направиться в мужское общежитие.

* * *

Поблагодарив одноклассника, Ника направилась в свои апартаменты, сохраняя по дороге невозмутимое выражение лица. Каждый шаг по мрачному коридору, без поддержки Дмитрия, давался ей очень тяжело. Добравшись до комнаты, она закрыла за собой дверь и прислонившись к ней, спустилась на пол, прикрыв лицо руками. Её тело задрожало от напряжения и пережитых эмоций.

Боже! Какой же он идиот! Зачем он это сделал? Она не понимала, зачем Дмитрий вступился за неё. Ведь её судьба уже практически предрешена.

Да они же его просто убьют! И она будет в этом виновата. Она знала, что Дмитрий не очень силен в магии, но всё равно позволила ему проводить себя до общежития. Тем самым подписав своему однокласснику смертный приговор. Она могла отказать, но не сделала этого, почему?

Она не могла ответить на этот вопрос. Все пять лет учёбы в интернате, она никогда не замечала Донского. Что же случилось сегодня? Почему ей так захотелось, чтобы он защитил её? Девушка расплакалась.

Всю свою сознательную жизнь Ника готовилась к этому дню. Судьба всего рода Беловых зависела только от неё. Как старшая дочь, она должна была найти влиятельного мужа, который бы согласился возглавить их род. А потом, родить наследника, тем самым дав надежду на будущее.

Барон Карский подходил на эту роль лучше остальных. Второй сын виконта, которому ничего не светило в собственном роду. Вот только она ошиблась в своём выборе, он оказался настоящим подонком, который при первой же возможности попытался залезть к ней под платье. Свидание с ним чуть не довело до беды весь род Беловых.

Она не знала, что предпринять. Даже отец, который всегда поддерживал решения Ники, сейчас давил на неё. Противостоять воле могущественных и влиятельных родов, было совсем не просто. Только из большой любви к дочери, он дал ей время самой решить свою судьбу. И это время подходило к концу, вместе с учёбой в интернате.

Девушка с ужасом думала, что будет дальше. Ведь она, вместо того, чтобы заниматься поисками «лучшей партии» для замужества, тянула время, отказывая всем претендентам. Она упивалась своей свободой. И вот, к чему это привело.

Что, если он отдаст меня Антону? Нет, я не могу этого допустить…

Уткнувшись в рукав платья, с горечью подумала про себя девушка. Но с каждым днём, претендентов на руку и сердце девушки становилось всё меньше и меньше. Многие попросту разбежались, не желая рисковать своим здоровьем. Всё шло к тому, что она достанется в качестве приза одному из выпускников интерната…

* * *

На полпути к мужскому общежитию, меня догнал единственный друг, до которого уже успели дойти некоторые слухи о моих сегодняшних похождениях. Правда они его нисколько не обрадовали. Не обрадовали настолько, что он побросал все свои дела и бросился на мои поиски.

— Дима, я отвечаю, тебе полный кабздец. — выслушав мою версию развития событий, выдал свой вердикт Анатолий.

— Даже если ты говоришь правду…

— Толя хочешь, чтобы я и тебя отлупил? — я перебил юношу, дав понять, что он перегибает палку.

Я конечно понимал, что этот щуплый на вид парнишка в очках, на котором даже школьная форма сидела мешковато, был другом Дмитрия с первого учебного дня, но сомневаться в моих словах, я не позволю никому.

К тому же, Шустерман был всего лишь обычным одарённым. Его семья владела парочкой обувных магазинов в Красноярске, что позволяло безбедно жить и оплачивать учёбу в интернате. Вот собственно и все заслуги. Никаких титулов или аристократов в родне у него не имелось, так что пусть не обижается. Если бы он сказал эти слова кому-то другому, то мог бы уже умереть за нанесённое оскорбление.

— Сдаюсь, ляпнул не подумав. — друг скорчил глупое лицо и поднял ладони перед собой в знак примирения. — И всё равно, как ты собираешься выкручиваться? Карский орал о твоём вероломном нападении на весь медпункт, когда я проходил мимо. Мол, ты напал на него со спины, когда они с Беловой прогуливались по парку. Кстати, не советую тебе пока появляться в медпункте. Тебя там уже ждут его приятели, на тот случай, если ты придешь залечивать раны.

Новости не из приятных. С такими успехами скоро весь интернат будет знать, что сегодня произошло. С другой стороны, а почему бы и нет? Пусть узнают, что я набил рожу этому засранцу. Это добавит немного очков к моей репутации.

Тьфу ты, к какой к чёрту репутации? О чём я только думаю?

— Давай. — я протянул руку.

— Что давать?

— Толя, не беси меня. Давай эликсир восстановления.

— Как ты узнал? — удивился он.

— Фамилия у тебя очень подходящая.

Несмотря на то, что Шустерман был уверенным пользователем огненной стихии в ранге ученика, душа его полностью принадлежала алхимии, а если быть точнее, то к деньгам, которые он получал на производстве эликсиров. Как-никак, лучший алхимик в нашем классе, а может быть и во всём интернате.

Алхимия, вообще штука интересная. Жаль, что Дмитрий ей не увлекался. Такие навыки просто так не получить, тут нужны годы, нет, десятилетия, на изучение рецептов, формул и потом еще столько же, на поиск необходимых ингредиентов. По меркам мастеров, Толя в самом начале своего пути, только выбрался из яслей, хоть и начал проявлять интерес к алхимии, задолго до интерната.

— Сегодня, ты какой-то не такой, в тебе что-то изменилось. — сделал неожиданный для меня вывод друг.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну