Королева Крика (СИ) - blueberry marshmallow

class="p1">— Это… — призадумалась вмиг успокоившаяся Карла. — Интересно. Кхм… Переодевайся, тебя уже отсняли, значит, мы едем домой.

Но перед самым выходом из гримерной Летучей Мыши женщина обернулась, чтобы, в своей привычной манере, ляпнуть что-то напоследок.

— Я свяжусь с его продюсером.

Дважды твою мать.

========== Глава 4. Стыд и страх. ==========

Как Луна ни пыталась, у неё не выходило совладать со своим голосом, чтобы исполнить что-то сложное, чем-то удивить судей. Хоть девушка и сильно старалась, было решено отложить некоторые композиции на последующие выпуски, если, конечно, ее не выгонят сегодня. Она никому ни слова не сказала о нападении в гримерке, молчала, как дура из ужастиков в те моменты, когда нужно обратиться в полицию. Легче все же было думать, что то было простым глупым розыгрышем. Кто-то из конкурентов прознал о нападении на Хэллоуине двадцатого года, кто-то узнал ее личность и решил пошутить. Пусть даже жестоко, учитывая синеватое пятно на нижней челюсти после болезненного удара о пол. В модельном бизнесе Боне к подобному привыкла — кто-то мог подпилить каблук, порвать платье в неподходящем месте и тому подобное. Это все было ужасно глупо, но, должно быть, манекенщица находилась на стадии отрицания.

Отрицала она для себя и столкновение с одним и жюри в его собственной гримерной. Карла, конечно, была за чёрный пиар, кажется, она была готова даже подложить собственную дочь этому Батрутдинову в постель. Луна не знала, связывалась ли мать с его командой, да и она старательно делала вид, что ей плевать. Сейчас она старалась сосредоточиться на сегодняшнем выступлении.

Музыка долбила по ушам даже сквозь маску, но Летучая Мышь, как и всегда, прошлась по сцене своей фирменной, лучшей походкой, не забыв продемонстрировать здоровенные крылья. Сегодня нужно быть дерзкой. Как говорится, на максималках.

— Ты ж моя хорошая, — с чувством запричитал Филипп. — Вы только посмотрите на неё, этот костюм, эта стать.

— Но напоминаю, что наша Мышка чуть не покусала Леопарда на прошлой программе, — усмехнулся Родригез. — Тут агрессии не занимать.

— Ну, вы же, я полагаю, знаете, что далеко не все Летучие Мыши питаются фруктами, — вставила своё слово и сама Луна. — Среди нас есть и настоящие кровопийцы. А вы почему молчите, дорогой? — вот и выпад в сторону Батрутдинова.

Тимур должен шутить. Должен, а по итогу, как воды в рот набрал. Эта дамочка казалась самым настоящим кошмаром. Ее поведение на сцене, как и в его гримерной, все ещё смущало, и тут уже было не до лёгкого флирта. Но профессионал должен уметь брать себя в руки, верно?

— На тебя смотрю, моя Бэтвумен, — улыбнулся он.

— О, я, скорее Дракула, чем супергероиня, — легко, но зловеще посмеялась Боне. — Вы, наверное, все свои слова для Леопарда припасли. Женское сердце не обманешь.

— Так и знал, что нельзя его к нам в жюри, — Филипп поправил очки и деловито кивнул в сторону бывшего Зайца, вызвав у зала смех.

Регина принялась разглядывать свои многочисленные бумажки, выдавать версию за версией, пока Летучая Мышь вполне радостно на все вопросы отвечала «нет», ставя судей в ступор. Всех, кроме одного, что сидел чернее тучи. Тимур чувствовал странную необходимость поговорить с Боне, которую успел хорошенько погуглить на неделе, но пресекал в себе этот дурацкий порыв. Казалось, этой девушке нужна помощь, и ему хотелось почувствовать себя рыцарем на белом коне, но, вместе с тем, мешала странная робость. Луна Боне пугала.

— Что ж, пока наши дорогие члены жюри теряются в догадках, послушаем подсказки от нашей ночной гостьи, — Слава же был, как всегда, солнцем.

Самые легкие намеки на ее личность, которые можно разгадать лишь в случае, если неплохо знаешь эту скандальную манекенщицу. Не умеет плавать, любит шоколадные батончики. И хватит с них.

Сегодня Летучая Мышь врывалась на программу с культовой песней «I wanna be your dog», аранжировкой больше напоминавшей версию из «Круэллы». Можно считать ещё одной ниточкой — все-таки речь о высокой моде, а данная композиция как раз звучала в фильме во время бунтарского показа главной героини. Зал был в полном восторге, благодаря, заодно, и балету, что мог оторваться на сцене на полную — а рядом с самой Луной танцевала Лиза. Надо все-таки как-нибудь пригласить ее на коктейльчик после финала.

Песня, конечно, и по своему тексту была выбрана неслучайно — Карла уцепилась за шутку дочери о Зайце в первом выпуске и продолжала давить, чтобы та обращалась исключительно к нему со сцены. Как же это было унизительно. Одно дело, если бы он не знал ее личности, но другое..

Теперь девушки из балета кружили с белыми плюшевыми зайчиками, облаченными в чёрные портупеи. Какой стыд.

So messed up, I want you here

In my room, I want you here

Now we’re gonna be face-to-face

And I’ll lay right down in my favorite place

Если сегодня ее не выгонят, то завтра ей полагается выходной. Выходной, желательно, с текилой в каком-нибудь хорошем клубе. Правда, будто их можно сравнить со Штатовскими, но выбирать не приходилось.

Now I wanna be your dog

Now I wanna be your dog

— Это было просто бомбезно! — вскочил со своего места Киркоров. — Номер просто… огонь!

Запыхавшаяся от активного танца Луна смогла лишь изобразить реверанс. Да, сегодня она явно была собой довольна, вызвала бурные овации. Карла тоже будет довольна.

— Рок-н-ролльно, зажигательно! — не унимался король эстрады, к которому присоединялись и остальные члены жюри.

— Тимур, я смотрю, на тебя тут серьезно нацелились, — резюмировал Родригез.

— Я сам в шоке, за что мне столько внимания, — засмеялся юморист. — Но в приятном! Точно в приятном.

Луна тихо фыркнула.

— А можно мне вот такого зайчика себе на память? А то вы мне ещё ни одной валентинки не преподнесли.

— Конечно, Тимур, — ядовито-ласково ответила Боне. — Я даже лично передам его вам.

Девушка взяла в руки одного из чертовых садо-мазо зайцев и спустилась со сцены, под свист зрителей прошла через зал. Ноги отчего-то дрожали в коленках, но нет, она не посмеет упасть. Летучая Мышь подошла к Батрутдинову и передала ему в руки игрушку, на что тот… обнял ее? Нет, Боне понимала, что все это — игра на публику. Но она точно почувствовала себя не очень комфортно от подобной близости. По загривку пробежали мурашки.

— Ну, это просто животная страсть! — улыбнулся Слава. — Давайте пока отпустим нашу дорогую Мышку до голосования.

— После съёмок на парковке, — успел шепнуть Тимур, размыкая свои объятия.

Он что… с ума сошёл?

***

Сегодня обошлось без разборок с Леопардом — благо, девушки