Артуа.Звезда Горна - Владимир Корн

Я любил бывать в этом доме, и не только из-за доброго отношения его хозяйки. На вечерах графини всегда присутствовала добрая и легкая атмосфера, и многим из ее гостей нравилось посещать дом именно по той же причине. Это сложно, очень сложно, создать ее именно такой, далеко не во всех домах получается, как бы ни старались их хозяева. Графиня же не прилагала к этому ни малейших усилий.

— Артуа — послышался сзади чудный, знакомый голос. Обернувшись, я обнаружил прежнюю Диану, веселую, цветущую, в открытом вечернем платье с глубоким декольте, и в непременном окружении поклонников ее красоты.

— Потрясающе выглядите, леди Диана — вот и все, на что меня хватило, настолько очаровательно она выглядела.

— Мне нужно с Вами поговорить, барон — взгляд ее стал очень строгим, как будто я действительно серьезно провинился перед ней. Подхватив меня под руку, она отвела меня подальше от ушей и глаз своих воздыхателей.

Когда мы остались наедине, Диана все также строго спросила.

— Рассказывайте барон, почему Вы меня избегаете.-

— Ну, что Вы, леди Диана, разве хоть одному из видевших Вас мужчин придет в голову подобное? Меня не было в столице около месяца и всего лишь — начал активно оправдываться я.

— Да, и как ее зовут? -

— Леди Удача, но на этот раз она от меня отвернулась — я очень старался не смотреть туда, куда смотреть хотелось больше всего на свете. Но разве от женщины можно скрыть такое, тем более, когда она сознательно стремиться обратить на это внимание.

— Я очень благодарна Вам, Артуа… — начала Диана, но я перебил ее.

— Насколько благодарны? — меня ощутимо потряхивало от ее близости, настолько была она хороша.

— Даже в большей степени, чем Вы можете себе это представить — Диана смотрела на меня смеющимися глазами, лицо ее при этом оставалось совершенно серьезным.

— Тогда почему мы еще здесь? -

— Ну, существуют же правила приличия… -

— Именно поэтому Вы еще в одежде — честно признался я.

Диана рассмеялась своим волшебным, чарующим смехом, и мне пришлось отступить пару шагов назад, от греха подальше.

Час спустя мы покинули гостеприимный дом, Диана откланялась хозяйке, я же решил исчезнуть по-английски.

Дом мы покидали поодиночке, как же, все могут знать, но никто не должен видеть, именно так говорили французы. Или еще будут говорить, дожив до всех этих Людовиков.

У самых дверей меня застиг довольно ехидный голос леди Мариэль.

— Господин де Койн, Вы нас уже покидаете? — да уж, спрячешь здесь хоть что-нибудь.

Знать занимается всеми этими играми чуть ли не с самого детства, и мне ли пытаться ввести в заблуждение даже самых бестолковых из них.

Я с сожалением развел руками, извините мол, такая уж я бестолочь, опять забыл выдернуть утюг из розетки.

Леди Мариэль с улыбкой погрозила мне пальцем, но затем подмигнула с самым заговорщицким видом, все своим видом показывая, что рада за меня и за мой выбор. Вот тебе и графиня в двухсотом поколении или сколько у нее их там.

Целоваться мы начали еще сидя в карете, везшей нас к дому Дианы. Оказавшись в ее спальне, я не стал сдерживать себя, слишком она меня волновала.

Когда унас случилось то, чего мы оба желали, Диана тихо прошептала.

— Артуа, только не смей думать, что таким образом я решила выразить свою благодарность. -

— Ну что Вы, леди Диана. Я отлично понимаю, что Вы безумно влюбились в меня буквально с первого взгляда и специально придумали предлог, чтобы добиться своего — все это я произнес совершенно серьезным тоном. Да и еще с интонациями человека, которого подобные домогательства безумно достали, и который всерьез задумывается над тем, чтобы укрыться от них в монастыре.

Забавно было видеть ошарашенное лицо Дианы, и ее открывшийся от удивления прелестный ротик. Она приподнялась на локте и изумленно посмотрела на меня, лежащего на спине с самодовольной улыбкой.

Так и не решив, серьезно я это говорю или шутки у меня такие, Диана сказала.

— Ну и нахал ты, Артуа. -

— Зато целуюсь хорошо, сама говорила — парировал я.

— Ну, если вдуматься, не только целуешься, но все равно ты нахал, каких свет еще не видывал. -

Мы встречались с Дианой очень часто, чуть ли не каждый день, за исключением тех вечеров, когда она бывала в императорском дворце. Она практически забросила светскую жизнь, нам было очень хорошо вдвоем и никого не хотелось видеть. Мы даже похудели в результате наших постоянных постельных баталий и сами смеялись над этим.

Я приобрел двухколесный экипаж, и мы часто катались в окрестностях столицы. Недалеко от Дрондера имеется живописнейшее озеро, со многими поросшими зеленью островками на нем. Взяв лодку, я катал Диану по озеру, усадив ее на заднюю скамеечку, кормовую банку, если угодно.

Иногда, засмотревшись на нее, чуть не совершал кораблекрушение и тогда она, смеясь, брызгала в меня водой, приводя в чувство.

Мы высаживались на один из островков, я разбивал небольшой шатер, доставал из лодки корзинки с продуктами и вином, словом, получался настоящий пикник. Ей очень понравилось новое слово, пикник, и всякий раз, услышав его, она весело смеялась, уж не знаю почему.

Мы много разговаривали, Диана рассказывала мне о столичной знати, ее обычаях, привычках, традициях, родословных, словом обо всех тех вещах, знания о которых мне необходимы, поскольку я собирался жить в этой среде. Еще я брал с собой гитару и много пел ей, она так трогательно слушала, уперев подбородок в кулачок. Больше всего Диане нравились романсы, а ее любимый мне приходилось исполнять по нескольку раз. Что-то, петь у меня всегда получалось хорошо, и если бы тогда, в моем мире, все случилось удачно, то вполне возможно… Да что теперь об этом говорить.

Местная музыка вовсе не примитивная, и самое полное представление о ней можно получить, если вспомнить, какой она была лет триста назад. Видимо, человечество везде развивается по одним и тем же законам эволюции, но мне самому судить об этом сложно, не хватает знаний.

Наше безумие продолжалось больше месяца, затем нам пришлось расстаться.

Однажды, на очередном свидании в доме Дианы, я заметил, что она чем-то очень опечалена. Диана, в этот раз сама нежность, рассказала мне причину ее печали.

Ее мама, герцогиня Лилойская, опять собралась умирать. Последние несколько лет она собиралась делать это не реже раза в год, иногда даже чаще. Герцогиня безвылазно жила в одном из своих поместий на морском побережье, и всякий раз, решив, что дни ее сочтены, рассылала письма детям о своей близкой кончине.

— Это уже стало своего рода семейной традицией — рассказывала Диана — Раз в год мы собираемся всей семьей, гостим у нее, и маме сразу становится лучше. Моим братьям легче, оба они на службе и не имеют возможности задерживаться надолго. Мне же приходится отдуваться за всех, иногда я задерживаюсь там надолго, бывает, что и на пару месяцев, представляешь? Мама ни за что не желает переезжать в столицу, климат ей не подходит. -

— Что, у герцогини действительно проблемы со здоровьем? — посочувствовал я.

— Если бы, Артуа, если бы. Здоровье у нее отличное, а вот все остальное… -

Да, письмом все у нас началось, письмом и заканчивается. Два месяца срок приличный, и многое может произойти.

— Я тоже очень буду очень скучать по тебе — заметила выражение моего лица Диана. — Ты знаешь, Артуа, конечно же, у меня никогда не было столько мужчин, скольких мне приписывают, но из всех тех, которые действительно у меня были — ты лучший, и ни с кем другим мне не было так хорошо. И еще, я ни с кем другим не встречалась так долго. Обычно они надоедали мне после двух, трех свиданий. Я, наверное, мерзкая? -

— Нет, девочка, ты тоже самая лучшая из всех моих женщин, самая сладкая, самая пылкая и самая нежная. Самая, самая — прошептал я Диане на ушко, нисколько не кривя душой, и поцеловал в такие сладкие губы.

— Подожди минутку, Артуа — сказала Диана.

Легко соскользнув с постели, она подошла к бюро и принялась что-то в нем искать. Света от одинокой свечи хватало, чтобы в полной мере насладиться красотой ее великолепной фигуры, отчетливо видимой на фоне не зашторенного окна.

— Диана, если бы у меня имелся талант живописца, я бы заработал кучу золота, рисую твои портреты в жанре ню. -

Девушка улыбнулась, на миг оторвалась от своих поисков, приняла несколько завлекательных поз и снова углубилась в недра бюро. Я лежал и любовался, моля только о том, чтобы то, что она ищет, оказалось где-нибудь высоко, например, на верхней полке. Очень красивое зрелище, когда женщина тянется ввысь, а если при этом она еще обнажена и имеет потрясающее тело…

Но у бюро нет высоких полок, зато имеется множество отделений, что тоже очень приятно.

Наконец, Диана нашла то, что искала и вернулась ко мне в постель с приличным конвертом в руке.