Мириам - Олег Сергеев

– Ну, Вы же не будете отрицать тот факт, – ехидно заметил Новиков, глядя мне прямо в глаза, – что все характеристики письменности Элайи и информационных носителей, которые давались во многих источниках, мы можем узреть и в этом свитке. Он был найден месяц назад. Анализ материала, из которого он изготовлен, а также чернил показал, что создан он был никак не меньше пятнадцати тысяч лет до нашей эры. И поскольку это было одной из первых наших находок, то, я подозреваю, что этот свиток…

– … раскроет тайну гибели Элайи! – торжественно заключил я, радостно потирая ладони.

– Верно, – едва слышно добавил Новиков. – Также было найдено еще несколько предметов, не характерных для других древних цивилизаций, но, судя по имеющейся у нас информации, используемых в быту элаинами.

– Вот, собственно, поэтому нам и пришлось разделиться на три группы: кто-то занимается расшифровкой свитка, кто-то работает непосредственно на раскопках, а кто-то анализирует и описывает найденные предметы.

– А чем же заняты Вы? – язвительно заметил Новиков.

– Да, я понимаю, – уже совсем серьезно протянул Бородин, – Вам кажется, что я лишь мешаю и торможу весь процесс. Но без разрешения ФСБ эти раскопки и вовсе не проводились бы. Поэтому Вам придется терпеть мое присутствие до конца.

– Об одном Вас попрошу, – я тут же встал на сторону Михаила Алексеевича, – Вы не станете крутиться вокруг нас, пока мы заняты расшифровкой.

Вновь возникшая улыбка сошла с лица Бородина в один миг.

– Или этот манускрипт будете расшифровывать Вы сами! Всем ФСБ! Таково мое условие и, надеюсь, Михаил Алексеевич меня поддержит.

Новиков с готовностью кивнул: неприязнь к Бородину пересилила профессиональную ревность.

– Ну, что же поделаешь… желание великих ученых – закон! Мне придется подчиниться. Но все-таки, пойдемте же обедать. Надо познакомить Василия с остальными ребятами, – и Бородин аккуратно подтолкнул меня к выходу. – Михаил Алексеевич, Вы идете?

– Идите без меня! – отозвался Новиков. – Я уже сегодня плотно позавтракал в гостинице и поработаю пока, подожду Василия Николаевича.

Солнце уже припекало вовсю. Неподалеку в тени нескольких деревьев сидели мои новые коллеги, оживленно болтали и хлебали суп – вероятно, тот самый, что булькал у нас на плите.

Бородин – сама доброжелательность и навязчивость – громко произнес, подходя к группе молодых археологов:

– Ребята, познакомьтесь с Василием Николаевичем Строевым. Он прислан из Петербурга в помощь нашему Михаилу Алексеевичу и теперь будет работать вместе с нами. Прошу любить и жаловать.

На меня одновременно устремились семь пар любопытных глаз. Уже хорошо знакомый мне Арсеньев поднялся и с улыбкой принялся представлять остальных шестерых.

– Это Володя Крестовский, мой бывший однокурсник и друг.

С земли поднялся сидевший рядом с Арсеньевым молодой человек – вероятно, виновник утреннего завала и протянул мне испачканную в песке руку, бросив Павлу:

– Что, друг тоже бывший?

– Володь, ну я прошу тебя, не придирайся к словам, я просто неудачно выразился.

Крестовский оказался очень симпатичным брюнетом невысокого роста с выразительными зелеными глазами и мелкими ровными белоснежными зубами, которые он с удовольствием всем демонстрировал, непрерывно улыбаясь, когда на него обращали внимание.

– Василий Николаевич, ему можно доверять, как самому себе, уж Вы мне поверьте. Второго такого на всем белом свете нет, – и Крестовский снова смущенно заулыбался: столь щедрая похвала, несомненно, была ему приятна.

– А это Виктор Степанович Кротов, наш полевой врач и самый что ни на есть необходимый человек. Суровый и беспощадный, как норд-ост. От него не спрячется ни одна царапина! – и ребята громко зааплодировали подошедшему ко мне полному мужчине лет сорока. Он протянул мне свою пухлую руку и тут же заметил:

– У Вас с печенью все в порядке? Глазные белки совсем желтые, – он тут же ткнул мне в лицо карманное зеркальце.

– Виктор Степанович! Ну, я Вас умоляю, угомонитесь! – со смехом возопил Арсеньев. – У Вас будет еще время проверить здоровье нашего друга.

– Ну, а это наша грубая мужская сила – Рома Валлиев, – продолжил Паша. – За такого, как он, я просто душу дьяволу продам! Да Вы только посмотрите!

Конец ознакомительного фрагмента.