В сумерках судьбы - Натали Нил

— Пусти, шальной, задушишь — буркнула Вэлла, а Аэрис тут же накрыл её губы своими. Она упёрлась в мощную грудь кулачками, но эльф не оставил и шанса увернуться. Охотница не чувствовала неудобства ни от своей наготы, ни от наготы мужчины. То, что, наконец, произошло ночью, казалось правильным. Тем, что должно было произойти рано или поздно. И она чувствовала благодарность к этому сильному эльфу за прошлую ночь.

— Мне пора, — шепнула Вэлла, мягко высвобождаясь из объятий любимого, — Все уже давно вернулись в деревню. Боюсь, семья начнёт поиски. И, таки найдёт меня, но не одну, — лукаво усмехнулась она.

— Хорошо, — Аэрис подарил ещё один лёгкий поцелуй, слегка коснувшись желанных губ, — Я приду за тобой. Не смей больше убегать от меня.

— Куда уж я теперь денусь, ушастик, — Вэлла легко поднялась, натянула свою рубаху и вытерла лоб тыльной стороной ладошки. Что-то больно царапнуло кожу, и охотница с удивлением уставилась на свою руку.

— Эт-то что? — она смотрела на изящный перстень на безымянном пальце левой руки. Довольно крупный сапфир сверкал в оправе изумительной работы. Лучшие ювелиры эльфов переплели платиновые розы вокруг синего озера. Кольцо манило, как глаза Вэллы.

— Это наши помолвочные кольца. Смотри, а вот моё, — по-мальчишески подмигнул Аэрис девушке и вытянул свою руку рядом с её. На длинном тонком пальце сверкнуло такое же кольцо, только уже с огромным, поистине королевским, сапфиром.

— Ты с ума сошёл?! — Вэлла принялась стаскивать кольцо с пальца, да только ничего не получалось. Кольцо крутилось, но ни на миллиметр не сдвинулось, — Да, что ж такое-то! Ты соображаешь, что делаешь? Что я отцу скажу?! Аэрис! Что б тебя!

Эльф перехватил девушку, прижал к голой груди и прошептал в самое ухо:

— Прекрати, милая… Твой будущий муж — маг. Помнишь? Ты не снимешь это кольцо, пока я не захочу. А я не захочу. Не барахтайся.

— Боже… — простонала девушка, — Вот, что мне с тобою делать?

— Любить, любить, и снова любить… целую вечность, — мягкие губы с нежностью касались её волос, гася вспышку гнева, успокаивая и отвлекая.

— Вот как мне с ним охотиться не подскажешь? Зверь! — всё ещё негодовала девушка.

— Кто сказал, что тебе придётся охотиться? Найдем тебе другое занятие. Вэл, тебе пора. Смотри, солнце уже высоко, — эльф разорвал объятия и подтолкнул под ягодицы охотницу.

— Ох, мамочки, что ж я родным-то скажу… — Вэлла с ужасом осмотрела свою одежду.

Мда… Рубаха была нещадно измята. Да уж, что тут поделаешь.

— Вэл, — позвал Аэрис, — так кого ты вчера в воде видела-то?

— А то ты не знаешь, — лукаво усмехнулась девушка, — Твою наглую морду и видела. Ты ж мне всё гадание своими ушами испортил.

— А может, как раз наоборот? Может, так и надо было?

— Посмотрим, — легко согласилась Вэлла, чмокнула эльфа в гладкую щёку, как когда-то одиннадцать лет назад, — Увидимся, ушастый.

— Увидимся, любимая, — прошептал эльф, с сожалением глядя на уходящую Вэллу. Если б он мог, и сейчас бы никуда её не отпустил. Но то, чего он так хотел, так жаждал, случилось совершенно неожиданно. И сейчас ему предстоял тяжёлый разговор с отцом, а Вэлле — со своей семьёй. Тёмное облачко пробежало по его нереально красивому лицу. Появилось впечатление, что всё хорошее уже случилось, и эльф мотнул головой, стряхивая нагрянувшее вдруг плохое предчувствие.

Глава 7

В покоях владыки громко спорили. Глава дома стоял перед сыном, сжав кулаки.

— Аэрис, глупый мальчишка, ты ведь не простой эльф! Ты — наследник! Да даже, если бы ты не был наследником, подумай, что она может тебе дать? Ваши дети будут всего лишь полукровками! — говорил он словами Вэллы, — Её жизнь — лишь долгий вздох для эльфа! Каких-то 30–40 лет она ещё порадует тебя, а потом? Она постареет, а ты останешься молодым и полным сил! Потом она умрёт. Ваши дети постареют и тоже умрут. Их дети, и дети их детей тоже постареют и умрут! А ты всё ещё будешь молодым и полным сил! Ты об этом подумал? Сын, оставь её, прошу… Ради вас обоих, ради вашего спокойствия — оставь.

Аэрис опустил голову. Аргументы, доводы… Что они значат, когда в сердце живёт безрассудная любовь?

— Отец, прекрати этот бесполезный спор. Пожалуйста. Я знаю Вэллу всю её жизнь. Я знал, что она моя с тех пор, как она появилась в наших чертогах. Ты же знаешь, как это у нас бывает. Впрочем, ты-то, пожалуй, и не знаешь… Прости, я не подумал. Но как ты можешь понять меня, если никогда не испытывал подобных эмоций?

— Да, нет у нас права на эмоции, глупец! Привязанности нас ослабляют, делают мягкими и уязвимыми! Мы — правящая династия. Для тебя возможен лишь династический брак и ничего больше! У владык нет права на любовь.

— Значит, я никогда не стану владыкой! — рассвирепел Аэрис.

— Дурак! Ты УЖЕ владыка! Ты родился владыкой! И спорить с этим бесполезно! — не уступал, не менее разъярённый владыка.

— А я поспорю, отец. Я поспорю… И то, как я буду спорить, тебе не понравится, — сверкнув глазами, наследник покинул покои.

На лица Атерриса отразилась смертельная усталость. Казалось, он постарел ещё на несколько столетий. Изящные пальцы вновь сжались в кулаки до побелевших костяшек. Вот и поговорили…

*****

Вэлла, напевая под нос веселый мотивчик незамысловатой песенки, лёгким шагом возвращалась в деревню. Перед первыми домами она повернула кольцо камнем вниз, и платиновая полоска почти слилась с её нежной кожей. Девушке понравился результат, и она уверенно пошла, мысленно готовясь к разговору с отцом и братьями.

Уже издалека она увидела незнакомых мужчин в форме стражи князя у ворот собственного дома. От страха всё внутри заледенело. Князь приехал в деревню. И, почему-то, Вэлла не сомневалась по чью душу… Она хотела развернуться, но тут её крепко схватил один из богато одетых людей Асгила.

— Куда же ты, душенька, — на девушку пахнуло крепким перегаром и лошадиным потом, — Мы так долго скакали, чтобы князюшка мог на тебя посмотреть, а ты не хочешь его своим вниманием почтить?

Мужчина с красивым лицом крепко удерживал охотницу за плечи.

— Пойдем, милая! Тебя уже и отец заждался с братьями, а тебя всё нет. Не расскажешь, где, красота, задержалась? — он нагло зарылся лицом в волосы Вэллы и глубоко вдохнул, — Как же ты пахнешь… Достойную игрушку себе Асгил выбрал. Надеюсь, даст поиграться, как надоешь. Не бойся, не обижу. Тебе понравится, вот увидишь, — гадко улыбнулся незваный гость.