Книга первая – перерождение - Кудесник

стен. Видимо столовой как таковой не было и гостям предлагалось кушать во дворе заведения.

Было бы проще, умей я читать, но к сожалению, этого навыка у меня не было. Надо бы найти кого-то, кто сможет меня научить. Было бы здорово отыскать библиотеку, ведь где, как не в местной кладези знаний, можно почерпнуть данное умение. С учётом того, что у каждой двери всех заведений или магазинов, стояла продукция, либо у двери висело полотно с её изображением, навряд ли я пропущу библиотеку, если она попадётся мне.

Так я и ходил, внимательно изучая город. Что бы быстрее запомнить схему города, во-первых, ориентировался по сторонам света, благо солнце отлично мне в этом помогало. Во-вторых, старался запоминать самые высокие и запоминающиеся здания и что находится рядом с ними. Была надежда на то, что город разделён на сектора или районы, промышленные или другие, но нет. Все ремесленники и им подобные, просто устраивали свой бизнес на первом или единственном этаже здания, исключением было торжище. Ближе к вечеру, я довольно сильно устал и дико хотел есть, но как добыть еды, до сих пор не придумал.

Пару раз видел других ребят из тех трущоб откуда и сам родом, которые бывало пытались кого-то обворовать, но чаще всего их ловили и звали стражу. Итогом такой поимки было то, что стражи пару раз огрели мечом по спине, (хорошо, что плашмя) да выдворили за ворота. Одна парочка ребят, воровала еду. Один из них отвлекал, другой выхватывал из рук продукты.

Я не могу себе морально позволить опускаться до подобного, поэтому упорно терпел голод и искал возможность раздобыть её честно.

До самой ночи так и не найдя никакого путного варианта, пошёл искать где бы заночевать.

Возвращаться к биологическому отцу не было никакого желания, лучше уж тут в подворотне где-нибудь.

К своему счастью, уже в потёмках, мне удалось приметить невысокий двухэтажный дом с соломенной крышей, которую видимо, уже давно пора было чинить, но хозяин дома, почему-то этого не делал. Да и залезть туда труда не составляло. Всего-то один этаж по выщербленной каменной кладке, затем по углу деревянного сруба, сложенного «в лапу».

Так и поступил, дождавшись пока не стемнеет основательно. Когда залез, то старался не шуметь, насколько это возможно. Уже будучи на чердаке, на ощупь нашёл место, где можно прилечь, так же на ощупь нашёл сам не понял, что, но попытался накрыться, что бы было теплее. По итогу вышло, что я себя чем-то присыпал, а не накрыл.

Спустя час так и уснул, с ревущим от голода животом.

* * *

Когда проснулся, то не понял где нахожусь и почему нос забит пылью. В голове пронеслись мысли, что снова надо вставать, мерять давление пока готовится завтрак. После завтрака обязательно узнать новости в науке и политике и далее по списку ежедневных задач, с той разницей, что обязательно стоит проветрить дом и сделать уборку, ведь с таким уровнем пыли дышать невозможно.

Десяток секунд спустя, когда вместо долгого подъёма с постели, кряхтя и ругаясь на дряхлое тело, я вскочил и ударился обо что-то головой. Лишь в этот момент всплыли воспоминания о всём случившимся.

— Ну ладно, кхе-кхе. Новый день — новые приключения, кхе-кхе. — тихо прошептал я, откашливая пыль.

На чердак, сквозь солому в углу четырёхскатной крыши, пробивался луч солнца и тускло освещал собой помещение. Оглядевшись, понял, чем же вчера укрывался перед сном. Это была средневековая теплоизоляция. Пол чердака, был усыпан сухими листьями вперемешку с песком и опилками. Вот на этом я спал, этим же себя и присыпал перед сном. Больше на чердаке ничего не было.

Около получаса пролежал, прислушиваясь ко всему подряд, но в основном к тому, что творится в доме.

Если на улице были всё те же звуки что и вчера, то в доме кто-то один занимался своими делами. Человек ходил молча и почти не издавал звуков. Через упомянутых пол часа, жилец дома вышел и всё окончательно стихло. Сильно опасаясь, что кто-то заметит, как спускаюсь по стене, решил выйти через дом, ведь часть окон, явно выходят во двор или переулок.

Аккуратно найдя лаз на чердак, открыл крышку люка, свесил ноги, затем перевалившись, повис на руках и спрыгнул на пол. На пару секунд замер прислушиваясь, но убедившись, что посторонних звуков нет и никто не спешит проверять, что же там за шум, отправился дальше.

Против своей воли не смог удержаться и обследовал дом.

Второй этаж представлял собой две спальни, примерно три на пять метров, из которых вели выходы на балкон. Первый этаж был чуть больше, именно над выступающей частью первого этажа и был балкон.

В спальнях было довольно пустынно. Кровать, шкаф, кресло и всё. На первом же этаже, была гардеробная, чулан с разным хламом, кухня и гостиная.

Не знаю, что на меня нашло, но когда я увидел пару обуви в чулане, что пылилась в углу, то не смог сдержаться. С одной стороны, кража, а с другой — эта обувь была заношена почти до дыр, и всего на пару размеров больше нужной мне. Ноги, замотанные в тряпки, почти идеально поместились в полусапожках, сделанных из трёх кусков кожи, каждый.

Был соблазн хорошенько поесть, но тут моя совесть осталась почти не запятнана. После недолгих поисков, я лишь представил повесившуюся мышь. Еды тут не было от слова совсем.

Окна были закрыты ставнями, свет попадал лишь через фигурные вырезы в них, а потому с побегом проблем не возникло. Посмотрев через отверстия в ставнях, выбрал самое, на мой взгляд безлюдное и неприметное направление, да открыв окно, сняв доску-заслонку, вылез на улицу.

Спустя десяток минут и три улочки, прямо передо мной открылась дверь и довольно упитанная женщина в возрасте, боком, аккуратно выходила с двумя вёдрами.

— Вам помочь? — спросил я у женщины.

— Ану брысь, босота. Денег нет, не надейся, а будешь приставать, я стражу позову. — нахмурившись начала она ругаться.

— Мне бы поесть чего, я со вчерашнего утра не ел. — сказал я, против воли сделав очень жалкое выражение лица.

Мне было дико неловко и стыдно такое говорить, ведь изначально, мой порыв помочь был абсолютно бескорыстным, так уже меня воспитали. Но тем не менее, тема привела к еде. Я действительно почти ни о чём другом не думал.

— Ладно, вынесешь помои в канаву я отдам тебе объедки со стола. — с недоверчивым видом произнесла женщина.