Помутнение - Филип Дик

— Что стряслось? — спросил Арктор.

— Цефалохромоскоп, что обошелся тебе в девятьсот долларов… Они хотели включить его, а он не работал. Ну, они взяли и отвернули днище.

— Черт побери! — возмущенно воскликнул Арктор.

— Там вроде кто–то ковырялся, испорчена вся схема. Баррис попробует…

— Я немедленно еду домой, — сказал Арктор и повесил трубку. Самое лучшее, что у меня есть. Самое дорогое. Если этот кретин Баррис начнет копаться… Но я не могу сейчас ехать домой, опомнился он. Сперва надо побывать в «Новом пути»; это приказ.

Глава 3

Чарлз Фрек тоже подумывал о «Новом пути» — так на него подействовала участь Джерри Фабина. Он сидел с Джимом Баррисом в маленьком кафе и уныло перебирал засахаренные орешки.

— Решиться не просто. Там страх что творят. Сидят с тобой день и ночь, чтобы ты не наложил на себя рук или не откусил палец, и совсем ничего не дают для облегчения.

Баррис посмеивался.

— Если ты согласишься на лечение, то испытаешь ряд неприятных ощущений в области головного мозга. В первую очередь я имею в виду катехоламины, такие, как норадреналин и сератонин. Видишь ли, все происходит следующим образом: препарат С — вообще все наркотические вещества, но препарат С особенно — взаимодействует с катехоламинами на подклеточном уровне, и устанавливается биологическая контрадаптация. Раньше считалось, что это происходит только с алкалоидными наркотиками, такими, как героин.

К столику подошла симпатичная официантка в желтом халатике, светловолосая и с высокой дерзкой грудью.

— Привет, — сказала она. — Все в порядке?

Чарлз Фрек испуганно поднял взгляд.

— Как тебя звать, милая? — спросил Баррис.

Она ткнула в табличку на правой грудке.

— Бетти.

Интересно, как зовут левую, подумал Чарлз Фрек.

— У нас все отлично, — сказал Баррис.

Чарлз увидел исходящий из головы Барриса круг, как на карикатуре, в котором совершенно голая Бетти молила о ласке.

— У кого угодно, только не у меня, — заявил Чарлз Фрек.

— У всех свои проблемы, — рассудительно заметил Баррис. — Этот мир непристойно болен, и с каждым днем ему становится все хуже.

Картинка над его головой тоже стала более непристойной.

— Желаете заказать десерт? — улыбаясь, предложила Бетти.

— Например? — подозрительно спросил Чарлз Фрек.

— У нас есть свежий клубничный пирог. Мы сами печем.

— Нет, не надо нам никаких десертов! — сказал Чарлз Фрек. — Эти пироги для

старушек, — добавил он, когда официантка отошла.

— В «Новом пути» тебе первым делом вырежут селезенку, — предупредил Баррис.

— Что?.. Вырежут… А она зачем, эта селезенка?

— Помогает переваривать пищу.

— Как?

— Удаляет целлюлозу.

— Значит, потом…

— Только бесцеллюлозная пища.

— И сколько так можно протянуть?

Баррис пожал плечами.

— А сколько селезенок обычно у человека? — Фрек знал, что почек, как правило, две. — А–а… да ты меня разыгрываешь!

Баррис рассмеялся. У него какой–то странный смех, подумал Чарлз. Неестественный, как будто что–то рвется.

— Откуда такое решение?

— Джерри Фабин.

Баррис махнул рукой.

— Джерри — особый случай. Однажды у меня на глазах Джерри пошатывается и падает, испражняется под себя, не соображая, где находится, умоляет спасти… Ему подсунули какую–то гадость, сульфат таллия, скорее всего… Сульфат таллия используют в инсектицидах и в крысиной отраве… Кто–то устроил подлянку. Я могу назвать десяток ядов, которые…

— И другая причина, — сказал Чарлз Фрек. — У меня кончается запас, и я не в силах это выдержать — постоянно сидишь на нуле и не знаешь, достанешь еще или нет.

— Ну, если на то пошло, мы не можем быть уверены, что доживем до завтрашнего дня.

— И еще — меня, наверное, обкрадывают. Запас буквально тает; кто–то пользуется моим загашником.

— Сколько ты закидываешь в день?

— Очень трудно определить. Но не так много.

— Знаешь, ведь можно привыкнуть…

— Конечно, но не настолько же. Я больше не выдержу. С другой стороны… — Он подумал. — Похоже, я набрел на новый источник. Та цыпочка, Донна, подружка Боба.

— Увы, он так и не забрался ей под юбку. Только мечтает.

— Она надежна?

— В каком смысле? В плане, даст ли… или… — Баррис поднес руку ко рту и сделал вид, что глотает.

— Это еще что за вид секса? — изумленно начал Фрек, и тут до него дошло. — А–а. Последнее, разумеется.

— Вполне надежна. Легкомысленна немного, ну, как все цыпочки, особенно темненькие.

Чарлз Фрек подался вперед.

— Арктор никогда не спал с Донной? А говорит…

— Таков Боб Арктор. Он много чего говорит. Не всему надо верить.

— Как же так? У него с этим проблемы?

Баррис задумчиво созерцал бутерброд.

— Проблемы у Донны. Вероятно, она сидит на какой–то отраве. Полностью потерян интерес к сексу, до отвращения к физическому контакту… Не только с Арктором, но и… — Он раздраженно нахмурился. — …с другими мужчинами.

— То есть она просто не хочет.

— Захочет, — отрезал Баррис. — Если с ней правильно обращаться. Например… — Он принял таинственный вид. — Я могу научить тебя, как добиться Донны за 98 центов.

— Да не нужно мне это! — Чарлз Фрек чувствовал себя не в своей тарелке. В Баррисе постоянно было что–то такое, от чего у него неприятно холодело в животе. — И почему за 98 центов? Разве она берет деньги?

— Деньги пойдут не ей непосредственно, — нравоучительно произнес Баррис. — Донна употребляет коку. Для каждого, кто даст ей грамм, она, безусловно, раздвинет свои ножки, особенно если по строго научной методике, которую я разработал, в коку добавить определенные труднодоступные химикаты.

— Ты бы лучше не говорил так. — попросил Чарлз Фрек. — О ней. И в любом случае грамм коки стоит больше сотни долларов. Где взять такие башли?

Ухмыляясь, Баррис заявил:

— Я могу извлечь грамм чистого кокаина из ингредиентов общей стоимостью менее одного доллара.

— Чушь.

— Готов продемонстрировать.

— Откуда берутся эти ингредиенты?

— Из магазина 7–11. У меня дома оборудована лаборатория — временная, пока не смогу создать лучшей. Ты увидишь, как я извлеку грамм чистого кокаина из широко распространенных общедоступных материалов, купленных открыто, меньше чем за один доллар. Идем! — Баррис был очень возбужден.

— Ну! — подхватил Чарлз Фрек. Чертов болтун, думал он. А впрочем… Сколько он делает всяких химических опытов, и вечно читает в библиотеке… Как же на этом можно заработать, обалдеть!