Ученик Джедая-7: Осажденный Храм - Джуд Уотсон

— Совет приказал Оби-Вану оставаться в стороне от всего этого, — ответил Куай-Гон с удивлением.

— Предсказываю я, что мальчик найдет способ предложить свою помощь снова, — сказал Йода.

— И я должен отвергнуть ее?

Йода сделал знак рукой. — Прямо мальчик задействован быть не должен. Но запирать его я не буду.

Куай-Гон улыбался, когда выходил из комнаты безопасности. Это был противоречивый совет, типичный для Йоды. Советы Мастера обычно показывали его совершенное восприятие.

Куай-Гон проследовал сквозь Зал Тысячи Фонтанов, чтобы дойти до лифта, который довезет его точно до технического центра. Он шел целеустремленно по извилистым тропинкам, едва замечая окружающее, сосредоточенный на проблеме поиска злоумышленника. Затем он увидел уничтоженный мост, где была произведена атака на Йоду.

Куай-Гон остановился, взглянул на расщепленный мост, и неожиданно вспомнил. Несколько лет назад у него была миссия остановить тирана от захвата власти в Оутер Рим. Стратегия тирана была основана на простом уравнении: Разлад + Деморализация + Отвлечение внимания = Разрушение. Уравнение было взято за образец, осознал Куай-Гон.

Кражи следовали формуле. Разлад: мелкие кражи разладили занятия классов и деятельность. Деморализация: воровство Лечащих Кристаллов Огня и атака на Йоду привели к тому, что многие студенты потеряли мужество. Отвлечение внимания: поломка охлаждающих систем, бреши в системе безопасности и разрушение одного из главных турболифтов означает, что Джедаи должны сфокусироваться на сохранении текущих функций жизнедеятельности Храма.

Работала ли подобная дьявольская формула над разрушением Храма? Тот тиран умер, убит несколько лет назад, распространил ли он свою формулу дьявола?

Внезапно Куай-Гон почувствовал глубокое волнение в Силе. Оно рассекало воздух перед ним. Темная сторона была здесь.

Ощущения замедлились. Фонтаны продолжали течь, разбрызгивая мчащуюся воду, охлаждающую его щеки. Он осторожно рассматривал все вокруг, каждый лист, каждую тень. Но не увидел ничего необычного. Хотя знал, что-то было здесь не так.

Глава 4

О-в решил, что ему нужен новый комлинк. Ведь, если что-нибудь случится снова прямо перед его глазами, и ему потребуется вызвать помощь? Или Куай-Гон и Совет изменят свое решение, и он будет им необходим?

Это может быть только в моих мечтах, но мне все равно, думал Оби-Ван. Я должен думать как Джедай, даже если Совет этого не хочет.

Вместо посиделок в своей комнате, Оби-Ван направился в техцентр. Он был уверен, что Миро Дарун разрешит ему взять новый комлинк.

Впереди него он увидел знакомую фигуру, расхаживающую большими шагами по холлу, рассматривающая фрукт майя вовремя ходьбы. Это была ученица Сери. Он не знал ее очень хорошо, но помнил, что она была подругой Брука. Может быть, если он поспрашивает ее, она может подойти к разгадке поведения Брука. Он мог бы вернуться к Совету с информацией.

Он позвал ее по имени, она остановилась и повернулась. Взгляд ее голубых глаз был как гребень волны. Сири всегда поражала всех своей красотой, но она ненавидела, когда кто-то комментировал ее внешний вид. Она держала свои светлые волосы в коротко остриженными, открывая лоб.

Мальчишечий стиль был, вероятно, намерением затуманить ее красоту, но вместо этого только усиливал ее умные глаза и сияющую кожу.

Когда она осознала, кто ее окликнул, выражение дружелюбия на ее лице остыло. Оби-Ван удивился почему. Они никогда не были друзьями, но и не были врагами. Сири была на два года моложе Оби-Вана, но ее способности позволяли ей ходить на занятия световыми мечами в класс Оби-Вана и Брука. Она была достойным соперником. Оби-Ван считал ее стиль атлетическим и высоко сконцентрированным.

В отличие от других студентов она никогда не отвлекалась в течение дуэли на такие эмоции как гнев и страх, и никогда не втягивала себя в мелкое соперничество. Лично Оби-Ван всегда думал, что она излишне сконцентрирована. Она, казалось, никогда не отдыхала и не присоединялась к шуткам и смеху, от которых студенты получали удовольствие в свободное время.

— Оби-Ван Кеноби, — сказала Сири скучно. — Я слушала, что ты вернулся. — Она откусила кусочек фрукта.

— Сири, ты ведь была подругой Брука, — сказал Оби-Ван настойчиво. — Не замечала ли ты какие-либо знаки гнева или бунта в последние несколько месяцев? Или что-нибудь необычное?

— Сири жевала, тараща на него глаза и не отвечая.

Оби-Ван почувствовал себя неловко. Он слишком поздно понял, что в эти дни быть подругой Брука точно не приносило пользы в Храме. Он задавал свои вопросы без раздумий, стремясь как можно скорее получить ответы, и использовать их, не теряя времени. Наверное, он должен был формулировать вопросы более дипломатично.

Пока он пытался думать, как лучше действовать, Сири проглотила откушенный кусок. Она крутила фрукт майя в своей руке, выбирая место для следующего укуса.

— Зачем это тебе? — спросила она, делая акцент на слове «тебе».

Ее прямота удивила его. — Я хочу помочь Куай-Гону найти Брука и того, кто за ним стоит. — начал он спокойно.

— Подожди-ка секунду, — Сири прервала разговор. — Я думала Куай-Гон отказался от тебя. А ты отказался от учения Джедаев.

Досада наполнила Оби-Вана. — Я не отказывался от учения Джедаев, — сказал он раздраженно. И что до Куай-Гона, мы… — Оби-Ван замолчал. Он не обязан давать Сири объяснений. Она стояла здесь, жевала свой фрукт и таращилась на него, словно он был лабораторным экспериментом. — Ты не должна слушать сплетни, — сказал он ей.

— Тогда почему ты хочешь услышать от меня сплетни о Бруке? — выпалила Сири прохладно. Она откусила другой кусок майя.

Оби-Ван вздохнул. Беседа не шла хорошо, в этом он был уверен. — Храм под осадой, — сказал он, стараясь сохранить свой голос ровным. — Я думаю, ты могла бы мне помочь.

Щеки Сири вспыхнули. — Я не должна помогать тебе, Оби-Ван. Ты даже не Джедай. А что до твоей информации, я не была подругой Брука. Он только околачивался вокруг, пытаясь скопировать мои движения в борьбе на световых мечах. Он знал, что я была лучшим бойцом, чем он. Он не давал мне покоя даже во время отдыха от классных занятий. Я думала, он просто зануда. И он всегда старался произвести на меня впечатление. Так что насчет итогов нашей предполагаемой дружбы, все правильно?

— Извини, — сказал Оби-Ван. — Но если ты о чем-нибудь думаешь -…

— И другая вещь, — прервала его Сири, ее глаза стреляли искрами. — Я забочусь о Храме. А ты один из тех, кто покинул орден Джедай. Когда ты сделал это, ты бросил недоверие на обязательства всех Падаванов настоящих и будущих. Ты задал всем Рыцарям Джедаям вопрос, действительно ли мы такие, какие мы должны быть, действительно ли нам можно доверять! Ты почти такой же плохой как Брук!

Слова Сири били его щеки как пощечины. Краска окрасила лицо Оби-Вана. Неужели это то, что чувствуют и другие студенты? Что он предал их? Оби-Ван не предполагал прежде, что его действия могут бросить сомнение на обязательства всех Падаванов. Встав лицом к схожей ситуации, предложил бы он помощь тому, кто сделал бы то, что сделал он?

С каждой встречей в Храме, Оби-Ван получал более широкую картину последствий своего решения остаться на Мелида-Даан. Теперь он осознавал, что его действия оставили более широкий омут ряби, чем он думал.

Решение принимаешь ты один. Но помнить ты должен, что делаешь это также и за других, кто стоит за твоим плечом. Как много раз он слышал, как Йода говорит это? Теперь значение было так ясно, что оно насмехалось над ним своей простотой. Он полностью понял, что Йода имел в виду. Он должен был понять это раньше.

Сирии, казалась, сожалела о своих словах. Ее щеки пылали почти также как щеки Оби-Вана.

— Если ты можешь чем-нибудь помочь, пожалуйста, встреться с Куай-Гоном, — с трудом сказал Оби-Ван.

— Я сделаю, — пробормотала Сири. — Оби-Ван…

Но он не мог вынести выслушивания извинений. Он знал, что Сири высказала то, что было у нее на сердце.

— Я должен идти, — прервал ее Оби-Ван и поспешил прочь.

Глава 5

Куай-Гон стоял в техническом центре за Миро Даруном. Вокруг их окружали голубые экраны, что шли вдоль стен в круглой комнате. Экраны мерцали схемами каждого туннеля, холлов сервиса, перехода и трубопровода в Храме. Сначала схематические изображения казались Куай-Гону путаницей. Но с помощью Миро он скоро понял логику схем. Однако логика не помогала найти неприятеля. Здесь была дюжина туннелей высотой достаточной для кого-то с ростом Брука, чтобы проходить по нему. Трубопроводы были удобно размещены на каждом этаже, давая выход в каждую область Храма, исключая зоны повышенных ограничений безопасности, таких как казначейство.

Проблема была не столько в обнаружении путей прохода незваных гостей через Храм, сколько в их ограничении. Куай-Гон уже вызвал Рыцаря Джедая Таллу, его партнера по расследованию, выслал поисковые команды прочесать инфраструктуру. Но это займет время, а времени не было. Он еще надеялся на нахождение ключа к разгадке.