Гнозис. Том первый. Опыт комментария к эзотерическому учению восточной церкви - Борис Муравьев

Научные методы эзотеристов и рационалистов, в общем, сходны: это - наблюдение, критический анализ наблюдаемого материала и выведение логических следствий из установленных фактов. Однако существует значительная разница в самом применении этих методов, определяемая преимущественно личностным характером эзотерической работы, где результаты того или иного жизненного опыта отнюдь не всегда выносятся на общее обозрение и обсуждение. Вот почему можно сказать, что эзотерист применяет те же методы, с такой же точностью и объективностью, что и современный ученый, - но только в обратном направлении: в науке мы принимаем посылку, которая превращается в постулат, если его нельзя опровергнуть; в эзотерике, если мы не находим фактов или явлений, которые бы подтверждали посылку, она отвергается.

(2)

Несмотря на все богатство внутренней жизни человека, в западной цивилизации ей отведена в человеческом существовании роль весьма скромная. Человек настолько запутался в лабиринте2 механической жизни, что у него просто нет времени остановиться, и его внимание не имеет силы, необходимой для того, чтобы обратить свой внутренний взор на себя самого. Поэтому человек безысходно, изодня в день поглощен

1 Не путать с позитивизмом - частным направлением в философии, которое, как правило,

некритически отождествляют с подразумеваемым здесь умозрением сииентистским, определяющим современный общенаучный подход. -Прим. ред.

2 См. далее о "пустыне" ("wilderness"). - Прим. ред.

исключительно внешними обстоятельствами. Влекущая его гигантская машина вращается без конца, угрожая разрушением при малейшей остановке. Сегодня как вчера, а завтра как сегодня; человек быстро истощает себя в этой лихорадочной гонке по дороге, ведущей в никуда. И годы его, не успеет он оглянуться, уже пролетели со скоростью света, и он возвращается в прах, так и пробыв пришельцем в собственной жизни.

(3)

Если в качестве альтернативы предложить человеку, живущему под постоянным давлением временного существования, обратить свой внутренний взор на себя самого, он ответит, что у него нет времени для таких пустяков. Если же все-таки настаивать, он ответит, что ничего не видит: там лишь Туман и Тьма1. И лишь в очень редких случаях, вняв уговорам, он скажет, что в самом деле нечто почувствовал - нечто не поддающееся определению, ибо оно постоянно меняется.

В этом он совершенно прав. Все, что внутри нас, подвержено постоянному изменению. Достаточно малейшего внешнего воздействия, благоприятного или неблагоприятного, чтобы до неузнаваемости изменить содержание нашего "Я".

Но если по-прежнему беспристрастно всматриваться в себя, мы вскоре с удивлением отметим, что это "Я" - предмет нашей постоянной гордости - никогда не бывает одним и тем же. "Я" многолико и зыбко. Когда это впечатление станет более определенным, мы придем к отчетливому осознанию того, что внутри нас живет не один человек, а несколько, - причем у каждого из них свои вкусы, свои предпочтения, каждый преследует собственные цели. Неожиданно мы обнаружим внутри себя целый мир, полный жизни и красок, о существовании которого и не подозревали. Всмотревшись пристальнее, в непрестанном движении этой внутренней жизни мы различим три основных потока: жизнь растительную, - жизнь инстинктов; жизнь животную, -жизнь чувств; и, наконец, жизнь человеческую в общепринятом смысле этого слова, - жизнь мышления и речи. Таким образом, в каждом из нас - как бы три разных человека, непостижимым образом соединенных вместе.

Уже это указывает на подлинную ценность самоанализа - так называемой интроспекции как метода практической работы, позволяющей человеку познать себя и проникнуть внутрь себя. По мере ближайшего освоения такой работы - т. е. формирования мастерства как соответствующих навыков и умений2 - мы начнем более точно оценивать ситуацию, в которой находимся. Внутренний мир человека можно уподобить своеобразному тиглю с "железными опилками"3, которые представляют собою аморфную смесь как продукт механической жизни. Малейшее сотрясение вновь и вновь перетряхивает эту смесь: подлинная жизнь остается не доступной человеку вследствие постоянных непредсказуемых перемен в его внутреннем мире.

Рис. 1

Но и в этом случае (как будет показано ниже) описанную ситуацию со всем ее угрожающим абсурдом можно все же изменить к лучшему, - только это потребует работы, непрестанных и настойчивых усилий. Систематические занятия интроспекцией повышают внутреннюю чувствительность, которая, в свою очередь, увеличивает частоту и интенсивность каждого встряхивания "опилок", так что все сотрясения, которые прежде проходили незамеченными, теперь вызывают живую реакцию; увеличение же амплитуды перемещения "опилок" создает в их массе столь сильное трение, что со временем оно приводит к самовозгоранию в "тигле" - т. е. внутри нас.

Рис.2

Такой огонь не должен оставаться лишь мимолетной вспышкой или искрой, дремлющей под грудой золы. Вспыхнувшее однажды пламя следует впредь всячески поддерживать неуклонно обостряемой чувствительностью.

Ничто не помешает этому процессу со временем привести к полной перемене: благодаря вспыхнувшему наконец пламени начнется плавка того содержимого, которое символизируется "железными опилками" (см. Мк 9: 49; I Кор 3: 11- 13; I Петр 1:7, 4: 12).

1 В спорных случаях написание с прописной буквы - по усмотрению автора. - Прим. ред.

2 Об "умении" ("savoir-faire") см. далее, главу П.

3 В толковании Успенского ("В поисках чудесного", глава II) - "реторте с металлическими порошками"; а контексте излагаемого Муравьевым имеется в виду, по всей''вероятности, "легион" дробных "я" общим числом 987 (см. главу IV). - Прим. ред.

Рис. 3

Начиная с этого момента внутреннее содержимое уже не будет случайной смесью "железных опилок": оно превратится в сплав, после формирования которого никакие толчки, никакие внешние воздействия уже не смогут вызвать изменений внутри человека. Достигший такого состояния приобретает ту устойчивость и прочность, благодаря которой сможет оставаться собой на самом гребне житейских бурь, посреди любых треволнений.

Такова перспектива, которая открывается углубившемуся в добросовестное изучение эзотерических наук. Но для достижения описанного состояния необходимо с самого начала избавиться от любых, сколь угодно близких сердцу иллюзий касательно самого себя - иначе каждая неизжитая иллюзия такого рода в дальнейшем станет препятствием, преодолеваемым лишь ценою дополнительных усилий и страданий.

Пока человек не достиг точки плавки, его жизнь полностью определяется выпавшей ему слепой участью, и сам он раб ежесекундных внешних изменений, причем не может их предвидеть, поскольку они - обратная сторона столь же непредсказуемых изменений внутренних. По этой причине вся его жизнь всецело зависит от случайных событий, постоянно "перелицовывающих"1 его на свой лад. Приблизиться к Неизвестному он может лишь благодаря столь же слепому счастливому случаю. Такое положение вещей, в Традиции именуемое Законом Стечения Обстоятельств или Законом Случайности2, и есть тот основной закон, который правит иллюзорным существованием человека до тех пор, пока человек остается таким, каков он есть.

Возможности и средства освобождения из-под власти этого закона указывает эзотерическая наука. Извлекаемый с ее помощью опыт позволяет начать новую жизнь, осмысленную и целенаправленную, сперва упорядочив себя, а затем став самому себе хозяином.

Однако для успешного продвижения по этому пути вначале следует составить исчерпывающее представление о той реальной ситуации, в которой мы находимся. В этом поможет некое иносказание, упоминаемое во многих древних источниках и рассчитанное на усвоение в качестве глубочайшей истины. Это притча о человеке

как колеснице3.

Колеснице уподобляется тело человека; лошади - его ощущения, чувства и страсти; возница - интеллектуальные способности, включая разум; а тот, кто едет в колеснице, и есть ее хозяин.

В идеале вся эта система работает безукоризненно: возница крепко держит вожжи и погоняет туда, куда велит хозяин. Однако в подавляющем большинстве случаев все происходит совсем не так. Во-первых, хозяин отсутствует, и вознице следовало бы вначале его разыскать, чтобы затем следовать его указаниям. Без хозяина все приобрело жалкий вид: оси немазаны и скрипят; колесам недолго отвалиться; кузов шатается во все стороны; лошади хоть и хорошей породы, но некормлены и нечищены:

1 "Replastering".

2 "Law of Hazard or Accident".

3 Или "повозке", - "chariot" ("В поисках чудесного", глава И).

 упряжь изношена; вожжи вот-вот порвутся да и вообще могут в любой момент вывалиться из рук дремлющего возницы.