Перед бегущей - Иван Мак

Айвен попытался узнать у него числа, используя пальцы своих рук. Сиулс объяснил Айвену числа. Основание системы счисления было шесть. Старик был несколько удивлен, когда Айвен почти мгновенно понял основные математические действия. Сложение, вычитание, умножение и деление.

Айвен почти без труда освоил шестиричную систему счисления. Он был знаком со многими системами, и новая система не была для него сложной. Мак запросто складывал и вычитал четырехзначные шестиричные числа, а после тренировки смог это делать и с десятизначными числами. Умножению и делению поддавались только трех и четырехзначные.

Постепенно Айвен набирал словарь. Сиулс нашел камень и рисовал на стене им некоторые предметы, а затем называл их. Другие слова он объяснял, используя уже известные или проводя аналогии.

Шли дни. Ничто не менялось. Айвен старался связаться с Авурр, но ничего не выходило. Раны зажили, Мак смог ходить по камере. Он учился говорить и уже более или менее мог говорить на разные простые темы. Сиулс постоянно что-то рассказывал. Говоря, что понимание придет позже, но Айвен уже мог понять многое из его слов.

Сиулс рассказал, что попал в тюрьму около семнадцати лет назад. Его обвинили в колдовстве и пособничестве бандитам, хотя никакие из этих обвинений не имели места. С ним в камере побывало три человека. Двоих забрали, а третий умер. После этого к нему в камеру попал Айвен, вернее Делв, как называли Айвена. Слово «айвен», оказалось, имело значение «пожизненный заключенный». Именно таким и был Сиулс, а теперь и Айвен.

Сиулс рассказывал о бароне Тита, который был владельцем замка. По его рассказу Айвен понял, что именно с бароном Тита он встречался в момент когда его привезли в замок. Оказалось, что камеры находились глубоко в скале, и единственным выходом была дверь, ведущая через длинный коридор к другом камерам и к одному выходу, который тщательно охранялся. В тюрьме были попытки подкопа, но они были осложнены монолитной каменной стеной, но, кроме того, подкоп в принципе был бессмысленным. Чтобы выйти, надо было прокопать несколько сотен метров скалы. В самом крайнем случае подкоп приведет в соседнюю камеру. Все попытки оканчивались либо сумасшествием того кто это делал, либо его смертью. В некоторых камерах, по словам Сиулса, даже остались прорытые ходы, которые вели в тупик. Никто не стал их заделывать.

Айвен потерял счет дням, которые провел в тюрьме. Тюремщик исправно приносил пищу каждое утро и каждый вечер, иногда он говорил что-то несущественное, но никогда не отвечал на вопросы Айвена. Сиулс говорил, что спрашивать его о чем либо бессмысленно. Старик знал его уже много лет.

Однажды Айвен стал расспрашивать Сиулса о том, сколько он находится в тюрьме. Тот ответил, что сто тридцать три дня, что в переводе в десятичную систему составляло пятьдесят семь. Сиулс прокомментировал этот вопрос словами о бессмысленности подсчета, хотя он постоянно его вел и мог назвать, какой был год, какая неделя и какой день. В году было 416 дней, в неделе восемь, по числу дней оборота Ликта, спутника планеты, хотя Сиулс не имел понятия о том, что такое планета и, что такое спутник. Его представления об устройстве мира были как у первобытных людей, хотя он был довольно образованным человеком среди остальных.

Оказалось, что до заключения Сиулс был в высшем обществе Баронства Тита. Его оклеветал один его враг, имя которого было Хиталу. Поводом для этого послужил спор относительно владений землей. Сиулс не знал, каким образом его врагу удалось провернуть это дело, но предполагал, что он сделал барону услужение выдав за него свою дочь.

Айвен довольно неплохо говорил на языке местных людей, и Сиул попросил его рассказать о себе. Мак начал рассказ с того, что он родился в очень далекой стране, до которой не дойти пешком, не доскакать на антилопах, не доплыть на кораблях. В его страну можно было добраться только по воздуху.

Это поразило Сиулса. Айвен не стал вдаваться в подробности и назвал космический корабль воздушной телегой, которые строили в его стране и которые могли летать по воздуху. Айвен рассказал о том, что вместе со своими друзьями полетел в другие страны, чтобы узнать о жизни других людей.

Между делом он намекнул о том, что земля, на которой жили люди, имела форму шара, что это было видно сверху. Сиулс возразил по поводу верха и низа, что если шар, то с обратной стороны все будут падать вниз. Айвен постарался объяснить, что земля притягивает к себе людей и все остальные предметы, что низ во всех случаях будет на земле. Сиулс, похоже, понял, хотя это откровение для него было совершенно новым.

Айвен рассказал, что спустился недалеко от замка и решил пройти по дороге. Но его поймали и привели к барону, который пытался заставить его что-то говорить. Там же Айвен понял, что его называли Делв, хотя настоящее его имя Айвен.

Мак рассказал о своих друзьях, не упоминая о превращениях и о том, что они не все были людьми. Он сказал, что его друзья, видимо, потеряли его из виду, поэтому не смогли помочь.

Предположение Сиулса о том, что они могли его оставить, Айвен отмел напрочь. Он был абсолютно в них уверен и только незнание, где он находится, делает его беспомощным. Айвен не стал объяснять, да и не мог объяснить настоящего положения вещей. Но только одни его слова о летающей телеге и о шарообразности земли привели Сиулса к мысли, что Айвен не совсем в своем уме. Он не высказал это прямо, но Мак чувствовал это из вопросов, которые задавал старик.

Каждый день Айвен пытался говорить с тюремщиком. То он спрашивал, как дела у Тита, то о том, что делается в мире. Однажды он спросил, не появились ли в лесах около замка какие-нибудь чудовища. На что охранник только выругался.

Шли дни и недели. В какой-то момент Сиулс объявил, что со времени появления Айвена прошло полгода. Мак уже знал язык, многие вещи касающиеся жизни людей в баронстве Тита, он знал состояние дел в местной науке, которая была на средневековом уровне.

Однажды Сиулс попросил Айвена научить его языку, на котором говорил Мак.

Снова началась учеба. На этот раз учеником был Сиулс. Айвен решил научить его английскому, потому что этот язык был наиболее близок к местному по произношению.

Айвен давал переводы слов, объяснял значения тех, которых не было в языке Сиулса.

Одновременно он учил Сиулса некоторым наукам, о которых тот не знал. Айвен рассказывал о звездах, о планетах, о разумных существах, живущих в других мирах. Сиулс и не догадывался о подобных вещах.

Рассказы Айвена были таким стройными, что постепенно он уверовал в их реальность. Айвен рассказывал на английском о полетах на космических кораблях к другим планетам, о грозном оружии, способном стереть с лица земли целые замки и селения. Мак говорил о различных существах, которые выглядели иначе чем люди. Он рисовал некоторые виды на стене, рассказывал об их истории, о жизни на других планетах, о многих других вещах, которые Сиулсу казались фантастическими.