Белокурая грешница - Джулия Джеймс

На нее почему-то смотрели с легким презрением. Мол, и что тут делает эта белокурая английская кукла? Снисходительные взгляды просто бесили Вики. Но она прощала людей, не признававших ее. Бог с ними.

А потом она уехала домой, поблагодарив дядю за теплый прием. Правда, в душе остался какой-то неприятный осадок. Греки в целом так и не приняли Викторию. Посчитали совершенно чужой. Невзирая на замечательное имя девушки.

Возвращаясь от родителей, у которых Вики побывала в Австралии на Рождество, она решила снова навестить дядю.

Но когда девушка появилась в Афинах, то вновь ощутила какое-то враждебное отношение со стороны окружающих. Господи, да что же это такое! И чем она не нравится грекам? Вики сильно расстроилась. Она ведь ничего плохого не сделала этим людям. Однако больше ее разволновало другое. Довольно странно вел себя дядя. Чувствовалось, у него какие-то серьезные неприятности. Нет, он по-прежнему был приветлив, по-прежнему уделял племяннице максимум внимания, но… что-то его мучило.

Вики боялась задавать лишние вопросы. Только терпеливо выслушивала советы Аристида. Нужно побольше есть, побольше отдыхать, почаще веселиться…

Было бы на что, думала про себя девушка, при этом согласно кивая головой. Ей не хотелось постоянно принимать деньги от родственника, однако он все равно ее баловал. Но Виктория еще не знала, что бизнес Аристида пошатнулся. Она только заметила перемены в его настроении и удивленно взирала на печального дядюшку. А может, и вовсе не уезжать от него? Однажды она подумала и об этом. Вики уже вошла во вкус. Ей нравилась роскошь, которая ее окружала, нравились походы по дорогим ресторанам, нравилось, что дядя постоянно дарит ей какие-то милые вещицы.

Да. От такой жизни отвыкать будет трудно.

Шикарные платья, драгоценности, роскошное постельное белье… Вики жила как в раю. При этом ежедневно постигала премудрости светского этикета. В высшем обществе нельзя быть белой вороной.

Аристид не мог нарадоваться на племянницу. Она смотрелась как настоящая английская леди. Он гордился своей очаровательной родственницей и постоянно нахваливал ее.

«Это моя милая, моя славная Виктория, дочь моего родного брата». Аристид уже представил ее практически всем своим друзьям и знакомым. Таким образом, Вики стала как бы полноправной представительницей местной элиты. Дядя сделал все возможное, чтобы ввести ее в высший свет.

И Вики осталась в Афинах надолго, не подозревая ни о чем плохом. Беззаботная жизнь буквально вскружила ей голову. Девушка уже не чувствовала себя гостьей-простушкой, которой случайно посчастливилось попасть на бал к вельможным особам. Вики превратилась в настоящую светскую львицу. Но… однажды ей вдруг стало очень грустно.

Сидя рядом с гостями в роскошном особняке дяди за длинным обеденным столом, заставленным хрусталем и фарфором, Виктория вдруг поняла, ее уже не интересуют ни эти важные дамы в сверкающих бриллиантах, ни господа в безукоризненных смокингах, ни их разговоры, ни их яхты и дворцы.

Девушка подумала о своем отце. Говорят, что Андреас Фурнатос ненавидел напыщенных снобов, да и жизненные интересы у него были совершенно иные. Он много трудился, избегая праздности, он посвятил себя служению людям, сделал немало добрых дел. А самовлюбленных богатеев, тративших целые состояния на развлечения и бесконечные приемы, просто презирал.

Вот и Вики, кажется, постепенно пришла к этому. Поначалу она восхищалась великосветскими особами, теперь же взглянула на них по-другому.

Лица будто маски. Движения как у марионеток. Лживые улыбки, лживые речи… Боже, как эти люди старались выглядеть самодостаточными, независимыми, благородными. Но у них это слишком плохо получалось. Они не были свободны от своих пороков, от пагубной страсти к наживе, от желания казаться лучше всех. Да, они блистали внешне, однако в их душах явно царила пустота. Этих людей можно было только пожалеть…

Хотя нет. Стоп. Может, ты лукавишь, дорогая? Хватит обличать других, сама-то не идеальная. Богатенькие мужчины, несмотря ни на что, все же нравятся тебе. Сразу ведь клюнула на красивого молодого грека, пришедшего на ужин в особняк Аристида. Все поглядывала на него украдкой. А интересно, как его зовут и кто он такой?

По виду – настоящий аристократ. По поведению – слишком холоден. Разве греки такими бывают? Горячий народ. Впрочем, очевидно, Вики столкнулась с каким-то исключительным экземпляром.

Она разволновалась. Незнакомец выглядел загадочно. К таким непросто подобраться.

Мужчина был неотразим. Волнистые черные волосы, черные и бархатистые глаза, будто ягоды терновника, нос с небольшой горбинкой, губы, притягивающие взор…

Когда дядя Аристид наконец подвел их друг к другу, Вики смущенно улыбнулась.

– Тео Теакис, – спокойно представился молодой мужчина.

– Виктория, – пролепетала взволнованная девушка.

Красавец незамедлительно пригласил ее на танец. И едва молодой грек коснулся руки партнерши, как по телу Вики прокатилась волна невероятного блаженства и предчувствия чего-то сладостного.

– Я очень рада нашему знакомству, – вежливо сказала после танца Виктория.

Красавчик чуть высокомерно кивнул в ответ.

– А не отойти ли нам в сторонку? Поговорим о том о сем.

Вики согласилась. Потом вдруг вспыхнула:

– Да, я забыла назвать свою фамилию.

Тут девушка и вовсе растерялась. Будучи официально удочеренной новым мужем матери Геоффом, Вики носила фамилию Питерс. Дядя же всегда считал ее Фурнатос. Как лучше полностью представляться?

– Значит, еще раз. Я – Виктория Фурнатос. – Она робко посмотрела на молодого грека. От волнения у нее даже закружилась голова.

– Слышал, что вы живете в Англии? – вкрадчиво поинтересовался он.

Вики немного помолчала, а затем тихо произнесла:

– Да, я живу в Англии. К дяде же приехала погостить. Знаете, он так добр ко мне.

– Вы правильно сделали, что приехали в Афины. Великолепный город. – Новый знакомый Вики наконец доброжелательно улыбнулся. – Ох, жаль, что перестала звучать музыка. А то потанцевали бы еще. Ну да ничего, пойдемте к столу.

Виктория машинально взяла грека под руку, но быстро спохватилась.

Не слишком ли это фамильярно? А вдруг Теакис пришел с подругой? Точно. К нему уже приближалась обворожительная дама, которую он явно хорошо знал. Все было понятно сразу. Леди вела себя раскованно и несколько раз громко повторила: «Господа, я обожаю этого парня».

Экзальтированная особа была хоть и не слишком молода, но очень хороша собой. Вики сразу отметила данный факт. А какой у дамочки голос – чувственный и глубокий. Очевидно, она любовница красавца грека. Как пить дать.