Рублевка и ее обитатели. Романтическое повествование - Георгий Блюмин

Управляющим в заказнике был немец Шлеттер, привлекший на службу нарышкинских крепостных мужиков. Из таковых выделялся сметливостью, силой и умом Дементий Карелин, коему поручено было снабжать звериное население заказника кормом в суровые зимы, а также собирать рога и делать из них сосуды для питья и охотничьи рога, призывам которых повиновались гончие. Позже заботам Карелина поручил свой лес Василий Владимирович Шереметев (1743–1806). Этот Шереметев был звенигородским уездным предводителем дворянства и хозяином села Спас-Уборы, что выше Оборихи по Москве-реке. Село, как видно из названия, стояло у бора, а сам бор поднимался по склону высокой горы, на левом берегу реки — именно там, где ныне расположена здравница «Сосны».

Жена Шереметева, по имени Анна Семеновна, была урожденной княжной Львовой. В архиве знаменитого деятеля русской культуры графа С.Д. Шереметева (1844–1918) сохранилась ее переписка с родными. Письма отправлены из села Уборы Звенигородского уезда. Из писем следует, что A.C. Шереметева устроила в Уборах «женскую рукодельную светлицу, где шили, например, в тамбур шелками и пр., вещи эти продавались». Была в Уборах и столярная мастерская, где работал и сам хозяин, В.В. Шереметев. Вместе с Карелиным выделывали они рога животных — обитателей заказника, превращая их в инструменты для оркестра роговой музыки. Если рогов не хватало, их подобие изготавливали из звонкой здешней сосны. У Дементия Карелина вырос сын Сила Дементьевич Карелин (1762–1833) — первый в России капельмейстер роговой музыки. В свою очередь, он стал отцом Григория Силыча Карелина — ученого-натуралиста, прадеда великого русского поэта Александра Александровича Блока.

Из длинных трав встает лунаЩитом краснеющим героя,И буйной музыки волнаПлеснула в море заревое.

Только на самой границе оздоровительного центра «Сосны», приблизившись к селу Спас-Уборы, ощущаешь дыхание веков. Здесь сохранился тот самый Царский лес на Царской дороге — могучие и высокие сосны встречают путника шумом своих вершин. Громадные ветлы отражаются в глади Барских шереметевских прудов. Здесь же, по берегам речки Уборки, притока Москвы-реки, — городища, селища и курганные могильники древних славян. Вообще нынешняя страна Рублевка заселялась с глубокой древности, а предки наши обладали уникальной способностью точно находить места, благоприятные для жизни. Впрочем, им не уступают во вкусах и нынешние обитатели этих мест. Так, у самых Барских прудов отстроил себе роскошную усадьбу художник Александр Шилов.

Дубы в Соснах

В самом конце XVII века поднялся над селом Уборы, и над Москвой-рекой, и над древним Лугом Изборском, и над самим Царским лесом нарядный пятиярусный храм в стиле московского барокко Спаса Нерукотворного Образа. Задумал его строительство Петр Васильевич Шереметев-Меньшой, а осуществил задуманное гениальный мастер-самоучка из крепостных архитектор Яков Григорьевич Бухвостов. В Ново-Иерусалимском монастыре учился Бухвостов возводить «храмы под колоколы», заключая в единый вертикальный объем и церковь, и колокольню. Еще до строительства им церкви в Уборах возвел мастер свои чудесные храмы Покрова в Филях и Святой Троицы в Троицком-Лыкове. Галерея-гульбище и белокаменные резные кружева наличников и колонн дополняли красу храмовых построек Бухвостова. До наших дней дошел в Спас-Уборах этот каменный цветок трех столетий, пережив в буквальном смысле все потрясения эпохи. Возле самого храма суровой осенью 1941 года рвались немецкие снаряды и мины. Ведь линия фронта проходила совсем близко, через Николину Гору и Аксиньино. Храм в Уборах не дал тогда ни единой трещины.

Вот некоторые лаконичные строки приказов тех суровых лет войны.

«Приказ № 36 по д/о „Сосны“ ХОЗУ СНК СССР от 23 июля 1941 года. В связи с мобилизацией на военную работу исполнение обязанностей директора д/о „Сосны“ возлагается на зам. директора тов. Комлева A.C. Директор д/о „Сосны“ И.И. Михайлов».

«Приказ № 43 от 8 августа 1941 года. Т. Вороненко Е.А. за сон на посту во время воздушной тревоги объявляю строгий выговор. При повторении данного случая будут приняты меры по законам военного времени. Директор д/о „Сосны“ A.C. Комлев».

«Приказ № 75 от 17 декабря 1942 года. Премировать т. Туханову А.П. за отличную работу по вывозке дров из леса: мануфактуры пять метров и один кусок мыла. Директор д/о „Сосны“ П.Ф. Андреев».

«Приказ № 22 от 17 апреля 1943 года. Удлинить рабочий день занятых на пахоте и посадке овощей на 2 часа, т. е. 10 часов, с перерывом с 13 до 15 ч. По представлению бригадира Бочковой Е.П. лицам, выполнившим и перевыполнившим дневные задания, выдавать ужин в рабочей столовой: бригадир Бочкова E., пахари Козлова М., Анаева Ф., конюх Брынов В., кладовщик семян Полякова А. Директор д/о „Сосны“ П.Ф. Андреев».

«Приказ № 74 от 24 июня 1944 года. В целях стимулирования дрово-заготовок при выполнении сверх 110 процентов дневной выработки отпуск хлеба производить 700 грамм в день. Перевыполняющим месячную норму выработки более 110 процентов отпускать следующие товары и продукты за наличный расчет на одного человека: хлопчатобумажной ткани — 5 метров, спичек — 3 коробки, мыла — 500 грамм, водки — 0,5 литра, табака (курящим) — 600 грамм, кондитерских изделий (не курящим) — 300 грамм. Директор д/о „Сосны“ П.В. Лечуркин».

Как видим, военное лихолетье не обошло и здравницу самого высокого ранга. Выше говорилось об организованном здесь детском садике. Архивы сохранили имя его руководителя. Ею в 1941 году стала Матрена Ильинична Шешурина, оставившая скупые строчки воспоминаний: «Как только отгремели последние выстрелы в районе деревни Маслово (а это всего в километре от „Сосен“. — Г.Б.), мы сразу же стали собирать ребятишек в детский сад. Время было тяжелое, голодное, и все наши думы были о том, как бы помочь нашим детям выжить, вырасти. Трудностей было много, не было одежды, белья, обуви. Приходилось ездить в Москву за продуктами, одеждой. Ни о каком транспорте тогда и речи не было. Часто ходили пешком за тканями в Звенигород. Сами шили одежду, бурки для детей. Работали в саду столько, сколько было необходимо. Матери работали по 10 часов на пахоте, в лесу, а мы заботились об их детях. Наши работницы С. Карева, Д. Титова, Н. Кучина отдавали детям всю свою душевную щедрость. И все мечтали о Победе. Ох, как мы и все наши дети мечтали о Ней!» О том же пишет сотрудница детсада С. Карева: «Мы не ждали и не требовали благодарности за свою работу. Мы делали все это ради Победы…»