Халява для раззявы - Кондратий Жмуриков

Однако чего-то Лоховский не учел, а может тетка попалась неподдающаяся.

– Я тебе, покажу товарища. Мозги бабе своей пудрить будешь. Есть билет показывай, нет – плати.

Отступать было некуда, Лоховский должен был как-то привлечь внимание парня в зале.

– Ну, вон, вон мой кореш, – махнул он рукой в сторону парня. – Пустите, я попрощаться с ним пришел. Эй, земляк!

Парень привлеченный шумом открыл глаза, глянул на Лоховского и широко улыбнулся.

– Ну, вот, видите – торжествуя проговорил Филимон, – а вы не верили. Стыдно. Верить нужно людям, верить.

Дежурная взглянула на парня и разрешила Филимону войти.

– Ну мужик, сегодня явно не твой день, – сказал усмехнувшись парень, усаживающемуся рядом Лоховскому.

– Это уж точно, – вздохнув, сказал Филимон. – Только сейчас речь не обо мне. Тут вас какой-то бандит разыскивает. Я решил предупредить.

Парень нахмурился, внимательно выслушав рассказ Филимона.

– Давай, сделаем так, – сказал он, – ты сейчас пойдешь к машину и скажешь, что нашел меня. Приведешь этого козла в сортир, а сам будешь ждать снаружи. Постарайся сделать так, чтоб нам не мешали. Сможешь?

– П-постараюсь.

Лоховский быстро нашел машину. В салоне сидело еще трое, с лицами из серии «их разыскивает милиция». На их фоне лысый качек выглядел просто Белоснежкой из диснеевского мультика.

Филимон передал свое сообщение, лысый отдал какой-то приказ сидевшим рядом, и вышел из машины, пряча что-то в задний карман брюк. Карман как-то подозрительно оттопырился.

«Пистолет, – подумалось Филимону. – Мамочка, во что ж это я вляпался?!»

– Пошли, – приказал бандит.

Теперь Лоховский не сомневался, что это бандит. Филе ничего не оставалось как последовать за ним. Возле туалета он притормозил и жалобно-просительно сказал:

– Ну, вы… уж… там сами, без меня… А-аа… я тут, это… покараулю.

– Лады, никого не впускай пока. Будут переть, бей в торец. Понял? – сказал лысый.

Что значит этот самый торец, в который нужно бить, Филя не знал. Но на всякий случай согласно кивнул.

Лысый скрылся за дверью туалета, а Филимон остался снаружи. Как назло, подошел солидный господинчик в очках. Филимон выпятив грудь, преградил ему дорогу.

– Сюда нельзя.

– Как это нельзя, мне надо! – заявил господинчик в добротном костюмчике, пытаясь отпихнуть Филимона от дверей.

– Это, там, это… – Филимон раздумывал, как бы соврать правдоподобней. – Там технологический перерыв. Вот. Через десять минут подойдите.

Господинчик ушел, возмущаясь безответственностью администрации.

Через пару секунд перед Лоховским возник дедок с обвислыми седыми усами с огромным мешком.

– Куды прешь, – входя в роль окликнул его Филимон, – нельзя туда.

– Дык, мне туды, – ответил дедок показывая рукой на дверь туалета – по нужде.

– У них там пятиминутка технического персонал, через десять минут придешь. – На этот раз выдумка далась гораздо легче.

На горизонте появился следующий клиент. Молодой длинноволосый парень в потертых джинсах.

Лоховский прикидывал, что ему сказать, как дверь туалета открылась и незнакомец с фотографии кивнул ему головой, зайди. Филимон обернулся и сказал подошедшему длинноволосику:

– Подождите пару минут, молодой человек, мы крыс протравливаем… Вредно для потенции… надо чтоб проветрилось. Мы в респираторах работаем.

Сообщение о потенции показалось парню важным, он решил не рисковать будущим и остался за дверью.

Изнутри на дверях защелок не было. Понятное дело, зачем они тут нужны. Филимон наблюдал, как незнакомец прилаживает швабру.

– Ну что, мужик, – сказал незнакомец, глядя на Лоховского, – давай знакомиться. Меня Максимом зовут, для близких – просто – Макс.

– Очень приятно, а меня – просто Филя.

Максим улыбнулся.

– Нет, меня на самом деле Зовут Филимон. Филимон Аркадьевич Лоховский, – церемонно представился Филя.

– Ну, Филимон, так Филимон. Раз уж ты в это дело ввязался, придется помогать мне. Давай затащим этого голубя в кладовку, пока его не хватились.

Макс указал на лежащего в углу лысого.

– Ой, вы что его убили? – испуганно спросил Филя.

– Да, нет. Так, приголубил немного. Мне из него еще информацию вытрясти нужно, так что…

Лоховский вздохнул с облегчением. К роли бомжа он уже вроде привык, а вот убийцей пока становится было страшновато.

Макс и Филя вдвоем взяли находящегося в отключке лысого и потащили к кладовке. Максим открыл кран и набрав воды блеснул в лицо бандита. Лысый открыл глаза бессмысленно уставившись на Максима.

– Очнулся, голубь, – сказал Макс, – Так, считаю до трех, не скажешь кто тебя послал – пристрелю. Пристрелю из твоего же собственного ствола. Понял?

Лысый мотнул головой.

– «Три!» – произнес Макс.

Лысый молчал.

Максим передернул затвор и направил пистолет на лоб бандита.

– Ой, может не надо? Он сейчас все скажет, все-все. – сказал Филимон, просительно глядя на Макса…

– Нет, ничего он нам не скажет. Жаль, жаль. – поигрывая оружием, ответил Максим.

«Господи, – подумал Лоховский, – и этот тоже бандит. Надо было сразу же убегать, как только лысый ко мне подошел в переходе.»

– Не надо, Максим, выстрел услышат, милиция набежит – попытался выдвинуть новый довод Филимон.

– Не-а, – ухмыльнулся Максим, – пистолетик-то с глушителем.

Максим выстрелил, пуля чиркнула рядом с ботинком лысого. Тот не ожидал такого поворота:

– Ты че, ты че в натуре?! – заорал он. – Ты мене чуть ногу не прострелил.

– Чуть не считается, – совершенно спокойно сказал Макс, – и учти, я мастер спорта по стрельбе. С 200 метров в глаз белке попадаю. А ты не белка, ты скунс вонючий. В тебя промахнутся трудно.

Лысый испуганно завертелся.

– Ну, что, – устало спросил Макс, – говорить будешь или ухо отстрелим? Сначала ухо. Без уха девок любить можно, а вот…

Эта угроза подействовала. Лысый решил расколоться.

– Не надо, мужик, ты че? Ты же тоже мужик. Как же я… это… без этого… Я все скажу. Нам тебя заказали самарские пацаны, ты их на 200 штук гринов обул. Они тебя вычислили и…

– Понятно, что ты должен сделать?

– В смысле, – спросил успокоившись бандит, когда понял, что убивать его не будут.

– Заказ, заказ. – терпеливо пояснил Максим.

– А…, это. Мы должны у тебя бабки забрать, а тебя порешить. Чтоб другим неповадно было.

– Как самарские узнали, что я здесь?

– Н-не знаю, им кто-то стукнул, что ты в Карасове и собираешься в Питер.

Максим подумал немного и сказал вслух:

– Это наверное, Людка. Только она знала, что я собираюсь в Питер. Ладно, с ней потом разберемся. А во что с этим делать, ведь сдаст… точно сдаст.

Филимон с ужасом ожидал решения Максима, лысый конечно был бандит, но убивать никого не хотелось.

Лысый поскуливал на грязном кафельном полу, понимая, что сейчас решается его дальнейшая судьба.

– Филимон, у тебя платок носовой есть?

Лоховский начал шарить по карманам и вытащил замусоленный огрызок, бывший когда-то платком.

– Маловато будет, – сказал усмехнувшись Максим. – У него пасть как у бегемота, туда даже полотенце затолкать можно.

Макс огляделся в поисках чего-нибудь подходящего, на гвоздике висел синий сатиновый халат уборщицы.

– Вот, как раз то что нужно, – сказал он и снял халат со стены.

«Неужели весь халат в рот лысому засунет?» – подумал Лоховский.

Максим оторвал один рукав, потом второй и скатав два тугих рулончика наклонился над лысым.

– Жить хочешь? – спросил он глядя на лежавшего бандита.

– Хочу, – не раздумывая ответил тот.

– Тогда пасть открой пошире. – сказал Максим, заталкивая в рот импровизированный кляп.

Затем он оторвал от халата длинную ленту, приказал лысому завести руки за спину и крепко связал.

– Поднимайся и без глупостей в кладовку, посидишь там часок. – сказал Максим указывая на дверь кладовки.

Лысый покорно проследовал к месту своего заточения. Максим включил ему свет и запер дверь на засов.

– Лысый, ты меня слышишь? Не вздумай долбить дверь ногами, я с этой стороны гранату положил. Чуть дверью дернешь – будешь на том свете сам с собой в пазлы играть. Через час уборщица придет, она тебя и вызволит из темницы.

– А у вас, что в вправду граната есть? – тихим шепотом спросил Лоховский у Макса.

– Нет конечно, но лысому это знать не обязательно.

В этот момент в дверь туалет кто-то настойчиво забарабанил. Макс открыл дверь, впуская разъяренных пассажиров.

– Совсем обнаглели, – вопил тот самый господинчик в очках. – Нашли время совещаться, лучше бы сортиры чистили, делом занимались…

Максим и Филя выскользнули из туалет.