Черное Золото - Алексей Евдокимов

Казбек Дагашев вытянулся.

– Так точно, товарищ гэнерал! – приложив руку к пилотке, ответил он.

ШОССЕ МАЙКОП – АРМАВИР

9 августа 1942 года

Колона немецких танков двигалась по шоссе из Армавира в Майкоп. Разрозненные деморализованные подразделения Красной Армии не оказывали ей сопротивления. Еще утром они неожиданно получили из штаба корпуса приказ: «Отступать!» Несмотря на то, что противник их не атаковал, подразделения оставили свои позиции. На марше они были обстреляны немецкой авиацией. Затем последовала атака немецких танков, которую пришлось отбивать, находясь в открытом поле. В бою была потеряна почти вся артиллерия и теперь, оставшаяся без нее пехота, в беспорядке отступала к Майкопу. Майор Вилли Крамер не принимал участия в боях. Следуя на своем бронетранспортере в хвосте танковой колонны, он поддерживал связь с диверсантами лейтенанта Фелькерзама, находящимися в Майкопе. Последняя полученная от них радиограмма была обнадеживающей. Диверсантам удалось парализовать оборону города, вызвав в нем панику, которая затем перекинулась на обороняющие город войска. В создавшейся неразберихе они захватили нефтеперегонный завод и хранящиеся на нем запасы топлива. Это сообщение Крамер тут же передал командованию «вермахта» и лично адмиралу Канарису. Выслушав его благодарность, Крамер довольно улыбнулся, представляя какие награды ждут его за эту операцию. В конце разговора Канарис сказал, что срочно сообщит о захвате завода фюреру, и приказал, максимально ускорить движение колонны, чтобы на плечах отступающих советских войск ворваться в Майкоп.

НЕФТЕПЕРЕГОННЫЙ ЗАВОД

9 августа 1942 года

В полдень колона генерала Масленникова подъехала к нефтеперегонному заводу. Издали завод выглядел безлюдным.

– Ни охраны, ни рабочих… – задумчиво сказал Масленников, рассматривая в бинокль ворота, забор и верхушки корпусов завода. – Неужели немецкие диверсанты уже захватили его?

– Разрешите разведать, товарищ генерал? – попросил Масленникова старший лейтенант – командир мотоциклетного взвода.

– Действуйте, старший лейтенант! – приказал Масленников.

По команде старшего лейтенанта несколько мотоциклистов спешились и под прикрытием двух бронеавтомобилей стали приближаться к воротам завода. Когда до них осталось не более пятидесяти метров, в окне кирпичного дома, стоящего рядом с воротами, заплясали белые языки пламени и раздались очереди из пулеметов. Рой фонтанчиков от пуль облепил, ползущих по земле мотоциклистов, затем он переместился на бронеавтомобили и словно град забарабанил по их смотровым щелям и капотам. Один из бронеавтомобилей задымил и остановился. Другой стал быстро отъезжать от ворот.

– Бронебойными бьют, сволочи! – сказал со злостью старший лейтенант. – У немцев в доме счетверенный зенитный пулемет установлен. Видимо с крыши цеха туда перетащили.

– Всем назад! – приказал Масленников.

Он задумчиво потрогал пальцами подбородок.

– Значит, завод захвачен немецкими диверсантами… – тихо, словно самому себе, сказал он. – А на нем еще не вывезенное оборудование и почти двести тысяч тон бензина.

Масленников подозвал к себе командира мотоциклетного взвода.

– Нужна связь с майором Бакерия и генералом Шатровым. – сказал он ему. – Собственными силами выбить с завода диверсантов мы не сможем.

– Товарищ генерал, – ответил командир взвода. – Связь с майором Бакерия сейчас будет. Мой связист говорит, что между заводом и нефтепромыслами проложен специальный телефонный кабель. Он его ищет. А вот с командиром стрелкового корпуса связи нет, и когда она появится неизвестно.

– Спасибо и на этом… – обрадовался Масленников.

Рядом с ним остановился почерневший от копоти бронеавтомобиль. Из люка бронеавтомобиля вылез Казбек Дагашев. Его комбинезон был порван, одна рука забинтована и висела на перевязи. Дагашев вместе со Свердловым подошли к Масленникову. Дагашев поднес к пилотке здоровую руку.

– Разрешите доложить, товарищ гэнерал? – спросил он.

– Докладывайте… – разрешил Масленников.

– Ситуация в городе слэдующая… – стал докладывать Дагашев. – Здание телеграфа и телефонная станция сегодня рано утром были взорваны неизвестными людьми в военной форме. Телефонная связь в городе прэрвалась. Почти сразу немецкие самолеты стали бомбить город. Во время бомбежки на улицах началась стрэльба. Появились слухи, что немецкие танки ворвались в город. Председатель горисполкома приказал всем срочно эвакуироваться, хотя танков, как мне рассказали местные жители, никто не видел. Какие-то люди, в форме НКВД, кричали про танки, стреляли в воздух и бросали гранаты. В городе началась паника. Многие жители в спешном порядке стали покидать дома и бэжать по шоссе в сторону Туапсе. Паника перекинулась на войска отдельного стрелкового корпуса. Его штаб мне удалось разыскать километрах в десяти от города. Он на машинах отступает в Туапсе. Гэнерала Шатрова в штабе нет. Где он, никто не знает. Когда я возвращался в город, на его западной окраине встретил немецкую разведку – бронетранспортер и несколько мотоциклистов. Пришлось принять бой. Бронетранспортер уничтожен. Но на шоссе со стороны Армавира я видел большую колону немецкой бронетехники. От нее до города не более трех километров. Наших войск в городе нэт.

– То есть, немецкие танки через час будут здесь!.. – воскликнул пораженный Масленников. – А отбить у диверсантов нефтеперегонный завод мы не можем.

Масленников с отчаянием посмотрел на Свердлова и Дагашева. На их лицах были также написаны отчаяние и растерянность.

– Если не взорвем завод, он достанется немцам… – с болью в голосе сказал Масленников. – В хранилище на заводе находится более двухсот тысяч тон высококачественного бензина. Его нельзя оставлять врагу, ни при каких условиях!

НЕФТЕПРОМЫСЛЫ

9 августа 1942 года

Майор Бакерия заканчивал проверку готовности майкопских нефтепромыслов к взрыву, когда его разыскал дежурный офицер.

– Товарищ майор! – обратился он к нему. – К воротам нефтепромыслов подъехали пять грузовиков «ЗИС» с солдатами войск НКВД. Их командир, предъявил приказ генерала Шатрова о передаче нефтепромыслов под охрану его подразделению.

Брови на лице майора Бакерия удивленно приподнялись.

– Это какая-то ошибка! Такого приказа не может быть! – с недоумением воскликнул он. – По распоряжению командующего фронтом маршала Буденного, наш полк находится в оперативном подчинении у генерала Шатрова. Но я сомневаюсь, что такие приказы тот вправе отдавать. Нефтепромыслы имеют стратегическое значение. Наш полк охраняет их, согласно приказу наркома внутренних дел страны. Где этот старший лейтенант? Пусть предъявит приказ мне!

Дежурный офицер ушел и спустя минуту вернулся с, одетым в парадную форму, старшим лейтенантом НКВД. Подойдя к майору Бакерия, тот громко щелкнул каблуками и, вытянув руки по швам, представился:

– Старший лейтенант Сабонис! Сотрудник ставропольского управления НКВД. В настоящий момент состою при штабе генерал-майора Шатрова. Вот приказ генерала Шатрова о передаче мне под охрану майкопских нефтепромыслов.

«Словно в царской армии представляется… – разглядывая старшего лейтенанта, непроизвольно подумал Бакерия. – И орден «Красного знамени» у него старого образца. Такие только в гражданскую войну давали. А ему всего лет тридцать. В гражданскую он еще мальчишкой был. Откуда он у него?…»

Сабонис протянул майору Бакерия сложенный вдвое лист бумаги. Тот развернул его и прочитал: «Согласно полученному сегодня утром распоряжению командующего Северо-Кавказским фронтом маршала Буденного С. М., приказываю командиру отдельного мотострелкового полка НКВД майору Бакерия П.М. в течение часа, с момента получения этого приказа, передать охрану майкопских нефтепромыслов подразделению старшего лейтенанта Сабониса М.М. Генерал-майор Шатров…» В приказе был указан номер, время и дата подписания, а также стояла печать штаба корпуса.

Бакерия внимательно прочел приказ. Затем еще раз посмотрел на старшего лейтенанта. Его внешний вид и манера поведения внушали ему какую-то смутную тревогу.

– Приказ командующего фронтом и командира корпуса я обязан выполнить… – после некоторого раздумья, сказал он. – Но в настоящий момент в полку находится мой вышестоящий начальник – генерал-лейтенант Масленников, и без его согласия этот приказ я исполнить не могу.

Старший лейтенант Сабонис недовольно нахмурился.

– Покажите это приказ генералу Масленникову, товарищ майор. – после паузы, предложил он.

Майор Бакерия с сожалением развел руками.

– В настоящий момент сделать это нельзя. – ответил он. – Генерал-лейтенант Масленников находится в Майкопе. Связи с ним нет.

– А когда генерал Масленников вернется? – спросил Сабонис.