Без правил - Лина Мур

– Просто не ожидала, – отстранённо ответив, растянула губы в улыбке.

– Ты не против, я приму душ и лягу? – Не дала я отцу поболтать ещё, повернувшись в его сторону.

– Конечно, ванная комната расположена справа от твоей, – кивнул он и, на секунду застыв, добавил. – Спокойно ночи, Оливия. Завтра я буду после пяти вечера, и мы съездим куда-нибудь вдвоём.

– Хорошо, папа, – быстро сказала я.

Мы простояли так ещё несколько мгновений, пока отец не развернулся и не вышел, затворяя за собой дверь.

Как только я осталась одна, я подошла к зеркальному столику мамы и опустилась на стул, смотря на своё отражение.

– Ненавижу, – прошептала я, а глаза заблестели от слёз. Мне больше не было больно, как тогда, внутри после встречи с ним была пустота.

Я на секунду закрыла глаза, и передо мной предстал Гранд, пронзающий меня зелёной стрелой прямо в сердце. Но если раньше, это вызывало во мне трепет, то сейчас только азарт и злость. Скольких он погубил? Над сколькими так посмеялся? Скольких использовал? А сколько ещё будет?

Любовь странная штука, она забывается годами, забирая с собой все хорошее, что было с тем человеком, оставляя только зияющую дыру в душе. Но и она же даёт силы, чтобы предложить Гранду отравленное яблоко. Заковать его сердце в тяжёлый металл, который будет срастаться с кожей, заставляя поедать себя изнутри и страдать. Никто не поможет, даже время не излечит раны на очаге жизни, еле бьющегося в груди.

Я открыла глаза и подняла правый уголок губ.

– Пора начать нашу новую историю, малыш, – одними губами произнесла я и довольно рассмеялась, ощущая себя злой королевой, отравляющей все вокруг.

В уже хорошем расположении духа, распаковала чемодан, аккуратно разложив и развесив одежду в шкаф и комод. Собрав все необходимое для того, чтобы принять душ, я вышла из комнаты в тёмный коридор и скрылась за другой белой дверью.

Отыскав в айподе «Taylor Swift – Blank Space», я, припевая, встала под прохладные струи душа.

Глава 3

Расправив постель, я уже было легла и потянулась к прикроватной лампе, как в дверь постучали. Нахмурившись, встала, накинув чёрный шёлковый халат поверх струящихся спальных брюк в тон и топика.

Папа решил поговорить со мной? Или Патриция? Может, мама не смогла до меня дозвониться. Хотя, я проверяла сообщения от подруг в твиттере и говорила с ней, когда приземлилась.

Пребывая в неизвестности, распахнула дверь, но это чувство сменилось другим, уже знакомым, когда я различила стучавшего в тёмном коридоре.

Холод сковал сердце, но огонь, пробежавший по венам, приказал ему забиться быстрее. Заставив себя улыбнуться, я произнесла:

– Что-то случилось?

– Нам надо поговорить, – спокойно объяснил своё появление Гранд и по-хозяйски прошёл в мою спальню.

– Хм, о чём? – Удивлённо спросив, закрыла за ним дверь.

– Об этом, – он достал из кармана брюк свёрнутый лист и швырнул на мой сундук.

– Я тебя не понимаю, прости, – мой голос не дрогнул, хотя внутри все сжалось, когда узнала этот клочок бумаги.

– Могу напомнить, малышка, или зачитать, – усмехнулся он и, взяв послание, начал медленно разворачивать, наблюдая за моей реакцией.

– Гранд, объясни, что ты хочешь? – Устало произнесла я, развязав халат и бросив его на спинку стула около зеркального столика.

Мужчина приподнял брови, осматривая моё ночное одеяние, подчёркивающее грудь, пока его губы медленно изгибались в сексуальной ухмылке, проявляющей эти невозможно соблазнительные ямочки.

– Так ты помнишь, что это? – Он приподнял лист бумаги и сделал шаг ко мне.

– Помню, – скрестив руки на груди, ответила ему. Взгляд Гранда вновь опустился от глаз к вырезу топика, где я своим движением приподняла грудь, позволяя увидеть больше, чем он ожидал. – И что дальше?

– Пять лет, верно, малышка, – это был не вопрос, а констатация факта. Он вновь отбросил бумагу, и начал делать ко мне шаги медленные, грозящие окончиться катастрофой, если бы я не знала его. – Я бы хотел извиниться за тот вечер.

Его голос был нежен, ласков, что на долю секунды я оторопела, но воспоминания больно кольнули, что я отвела взгляд от его лица и отошла.

– Гранд, ты прав, прошло уже довольно много времени, чтобы забыть эту историю, – я обошла его, и, взяв лист, разорвала на четыре части. – Мне было шестнадцать, а ты был другом моего брата. Таких историй полно, практически на каждом углу, всегда сестрёнка влюбляется в того, кто ей не пара.

Я произнесла свою речь с безразличием, улыбаясь выражению лица мужчины, ожидавшего вновь от меня иного.

– Ты писала про любовь, – напомнил он.

– Я не знала, что такое любовь, и решила, что влюблённость в придуманный образ, это и есть то самое чувство, – пожав плечами, бросила своё уничтоженное письмо на сундук. – А теперь, если это всё, то я хочу спать. Ты не представляешь, как утомителен был перелёт.

– А сейчас? – Он проигнорировал мои слова об усталости и нахмурился, рассматривая что-то на стене.

– Не поняла.

– Сейчас ты знаешь, что такое любовь? – Он повернул голову в мою сторону и гипнотизировал меня своими колдовскими глазами.

– К чему такие вопросы? – рассмеялась я, не выдав своего напряжения внутри.

– Решил поближе узнать свою сводную сестричку, – усмехнулся он.

– Всё, Гранд, спокойной ночи, – я закатила глаза и быстро пошла мимо него, чтобы выпроводить незваного гостя.

Распахнув дверь, я показала ему рукой, чтобы выходил. Но он, продолжив стоять, смотрел на меня. Мне казалось, что прошли часы, лоб покрылся испариной и меня уже начало трясти от раздражения, что захотелось крикнуть на него.

– Приятных снов, малышка Ливи, – наконец-то произнёс он и вышел из моей спальни, оставляя после себя свой аромат, наполнивший пространство.

Я закрыла дверь, и, прижавшись к ней спиной, скатилась на пол.

Это будет сложнее, чем я себе представляла. Ведь в фильмах показывают, как просто бывшие девушки мстят своим обидчикам. В жизни это оказалось иначе. С другими ребятами играть и добиваться своего было намного проще, чем с Грандом. Он заставлял меня возвращаться в прошлое, в те переживания, а они губительны.

Когда последний раз моё сердце стучало так громко и быстро? Когда моё тело пребывало в таком стрессе, как сегодня? Только пять лет назад. И то, я забыла те ощущения, сейчас же они казались мне ярче.

Во мне ожило столько чувств, что организм давал сбой, не успевал перестраиваться, но по выработанной привычке, выдавал эмоции, как робот. Зато после мне становилось плохо, как сейчас.

Да, знаю, кто я и что он сделал мне. Но мне придётся жить с этим накалом внутри всё это время, и, возможно, он мне поможет в моём плане. Гранд остался ведомым на женские прелести, как и раньше. Только и я ведома на его внешность. Он продолжал привлекать меня, как бы этого ни пыталась отрицать. Значит, придётся поменять тактику игры, чтобы добиться своего.

Уверенно встала на ноги и подошла к сундуку, на котором лежало разорванное письмо. Рука потянулась к нему, разложив клочки на белой поверхности. Печаль зародилась внутри, когда я узнала уже выцветший почерк, принадлежащий мне. Я должна сделать себе ещё больней, чем есть, чтобы придать себе сил.

                                     «Гранд

Сегодня я бы хотела рассказать о своих истинных чувствах к тебе, единственному и желанному. В реальной жизни я бы ни за что не осмелилась рассказать о любви, открыть своё сердце и, заглядывая в твои удивительные глаза, ожидать ответа.

Письмо о любви – мой вариант поделиться с тобой самым сокровенным, что таит моё сердце, об искренних чувствах, вспыхнувших так давно. Только в этих строчках мои руки будут уверенно выводить каждое слово, каждую букву. Мои глаза не наполнятся слезами и не опустятся стыдливо вниз, а голос не начнёт дрожать и пропадать с каждым словом о моей безграничной и сильной любви. В строках я та, кем являюсь на самом деле – женственная, искренняя и умеющая любить так, как любят только раз в жизни.

Моя любовь к тебе – этот та жизненная энергия, которой не хватало мне до встречи с тобой. Возможно, это прозвучит слишком наивно, но мне казалось, что любовь должна быть иной. Я готовилась ощутить какой-то «щелчок», почувствовать озарение, которое полностью изменит меня и мою жизнь. Я смотрела фильмы, читала книги и полагала, что моя любовь будет такой же – внезапной, яркой, сметающей на своём пути все. Мне казалось, что познать любовь могут только те, кто выстрадал её, прошёл сквозь все: обиды, унижение и разочарование. Но впервые встретившись с твоими глазами, услышав твой голос, моё сердце, словно пленённое, стало биться быстрее. Вмиг изменилось все вокруг, и я поняла – любовь не может быть страданием. Она, как глоток свежего воздуха, как окрыляющая волна, несущая тебя в мир твоих грёз.