Закон Тьмы (СИ) - Игнатов Дмитрий

Однако он не удосужился впечатлить меня еще сильнее, оставшись несгибаемым мужчиной под стать брутальному обличью. Вымученное рычание и протяжный стон. Значит грубиян вынул кровопускающую стрелу и вновь поднялся на ноги.

— Не торопись там! Теперь я точно никуда не денусь, — бросил я ему через всю комнату, пытаясь сохранять уверенность. А сам дотягивал подрагивающей рукой тетиву с новой стрелой до упора, не сводя сосредоточенного взгляда с одной точки на потолке.

Как ни странно, по-настоящему убить меня пытались нечасто. И уж куда реже приближались к этому. На своем пути я встречался с различными бойцами. В основном жалкими слабаками, едва умевшими крепко держать в руках даже кухонный нож. Попадались и получше, но достойных противников я так и не встретил. Ведь мое тело по-прежнему не красил ни один шрам. Случался лишь вывих, да и тот не в бою, а в детстве, когда я грохнулся на собственную ладонь с неправильным положением относительно запястья. Да, травма не от спасающей себя жертвы и не от мстительного мужа, отца или сына. А от падения в детстве. Порывы первых были смешны, а броня пресекала все более или менее удачные попытки ранить меня. Ну а вторых, судя по всему, не существовало. Либо им не хватало воли найти убийцу своей распутной знакомой, либо они были благодарны мне за содеянное.

Громадный человек с зеленой нашивкой, в свою очередь, запомнится мне надолго. И вряд ли кто сможет его перерасти.

Молчаливый приближающийся топот стал финальным доказательством одному из моих любимых суждений. Заткнуть можно и такого, а значит абсолютно любого человека.

«Даже не хромает? Ну сейчас получит стрелу туда, где непробиваемые мышцы уж точно не натренировать».

И снова моим планам не суждено было сбыться. Вместо того чтобы откинуть стол и наброситься на меня, здоровяк пнул его в мою сторону. И все бы ничего, ведь полусгнившее дерево — это не ударный светильник, и вряд ли навредило бы мне. Но вот только прискользило оно не одно, а с острым лезвием топора, воткнувшегося с другой стороны. Оружие завершило желаемый путь в полметра и впилось мне в бедро, пробив даже прочную броню под штанами.

Рот сам собой озлобленно вскрикнул, будто бы на мгновение перестал быть моим. Вероятно, как и я, он поразился, а может быть и озлобился тому факту, что боль несправедливо, да ещё и так неожиданно обернулась против ее щедрого раздавателя. Ни наград, ни почестей, ни скромных благодарностей за уже совершенный вклад в моральное развитие общества. А треклятая боль. Одно лишь противодействие.

Живая гора показалась сверху, заслонив и без того блеклое солнце. Зажечь по прибытию таковое дернул меня, судя по всему, тот же самый призрак, что помог нащупать конверт с этим адресом… Сотня ему благодарностей. Ведь если я так глупо не погибну, не заимею долговечную рану и повстречаюсь с его бандой, то возникшие осложнения быстро окупят себя этим потрясающим приключением.

Третий по счету метательный топор замахнулся над головой недоброжелателя. Однако тот не учел, что его противник также умеет злиться. И умирать не собирался еще лет сто. Я резво поднял правую руку и вновь надавил на крючок под ладонью. Стрела летела точно в область промеж сокрытых тенью глазниц. Но похоже несравненные размеры мышц вовсе не противоречат ловкости. Гость успел отвести голову немного в сторону, чем подставил ухо под касательное разрезание. И пока он эффективно утолял себе боль новым потоком рычания и прикладыванием ладони к поврежденному месту, я со сжатыми зубами аккуратно отодвинул от себя стол. Край топорика покинул бедро, плеснув на пол несколько капель крови. Заставить себя подняться на ноги оказалось еще не так сложно, как попытаться не обращать внимания на болезненно пульсирующие нервы. Пора срочно было заканчивать бой и осмотреть зону бедствия.

Надавив на арбалет левой рукой, я спрятал его обратно под пластины и повернул устройство в первоначальное положение. Новый рычаг появился у локтя и тут же оказался зажат. Пластины мгновенно выпустили острое широкое лезвие из стали над тыльной стороной ладони.

«Надо бы заменить эти древние рычажки на что-то более современное и практичное. Вдруг левая рука будет занята, или ее к козлам отрубят. Как я тогда буду доставать орудия? Подбородком?»

Древними они, конечно, были только для меня — одного из передовых инженеров мира. Всем жителям Хроно пока не снилось и такое оружие. Большинство носится с нелепыми тяжелыми заточками, которые с легкостью выбиваются из руки, не имеют невидимых противникам ножен и постоянно болтаются при ходьбе. Другие стреляют из массивных луков с арбалетами, хотя с гораздо меньшими габаритами и правильной настройкой дальнобойного орудия можно добиться того же результата. А кто-то… Нет. Последнюю, третью возможность моей Нэйди, лишенную почти всех недостатков, сравнить можно разве что с магией.

Враг закончил истеричную процедуру и с покрасневшим лицом уставился в мое. А после и в инженерное чудо, где красовался уже не арбалет, а тридцатисантиметровый клинок.

— Кто ты такой, щенок? Ты хоть знаешь, на кого напал?

— Да вот гадаю. Не подкинешь намека?

— Я Огр! Сильнейший воин в мире! Ты не…

— Нет, — протяжно вклинился я в его неожиданно торжественную речь, — твоя личность мне не интересна. А вот нашивка, с другой стороны, даже очень. Ты из какой-то банды?

Обладатель дурацкого, но крайне подходящего клича заметно опешил и не стал мне отвечать. Вместо этого он опустил взгляд и отвел его назад. Как тут же резко кинулся на меня, крепко сжимая третий томагавк.

«Да уж. С подобными вымирающими приемами далеко не пойти. Не слишком-то присущая сильнейшему воину черта».

Тем не менее я был бы идиотом, если бы не предусмотрел наихудший исход. А потому все еще не переставал убеждать себя в его превосходстве. С таким зверем следует держать дистанцию и использовать маленький по сравнению с ним размер тела себе на пользу. Я юркнул в левую сторону, вытянув клинок в его направлении. Лезвие достигло кабаньего бока, но поцарапало лишь немного. Ведь на нем была хоть и тонкая, но все же броня. Он сразу перешел в ответную агрессивную атаку. Я был вынужден пятиться спиной вплоть до стены, уклоняясь от каждого замаха топором. Пока уже во второй раз за сегодня не ударился головой обо что-то в этом проклятом доме. Левая рука потянулась кверху и нащупала мягкий материал наряду с выпирающим твердым.

Я не стал тратить дорогие секунды на размышления о том, почему не увидел это еще при первом осмотре комнаты. Вместо этого выплюнул специально накопленную за последнюю минуту слюну в глаз Огру. Тот с отвращением закрыл его и отступил, судорожно пытаясь как можно быстрее протереть, чтобы не терять меня из виду. А я схватился обеими руками за искусственно обработанную голову оленя над собой, очевидно подаренную хозяйке за отличное качество предоставляемых услуг. И с боевым выкриком оторвал ее от стены, тут же на импульсе сделав шаг и всадив острыми рогами неприятелю в грудь.

— Оу! — только и вырвалось из моего рта, вместе с чем я на секунду пригнулся.

Новая стена для декорации выронила топорик и с криком заметалась по комнате, стараясь отодрать от себя самое необычное оружие из всех когда-либо мною использованных. Только сейчас я посмотрел на кровать и рассмеялся с многозначительного взгляда позабытой хозяйки. Это уже не то мое традиционное воображение, а самая настоящая реакция незадействованного человека. Свидетельница сидела к нам лицом, поджав под себя ноги. Она не только продолжала послушно молчать, вцепившись побелевшими пальцами в плед, но и до сих пор не высунула мою окровавленную тряпку изо рта.

«Ничего страшного, ее рот и без этого не отличался чистотой. Проклятье, какой же все-таки чудесной оказалась сегодняшняя ночь!»

Через несколько секунд Огр сумел оторвать от себя не так уж глубоко засаженный трофей и вылупился на грудные ручейки крови. Я разбежался на него и прыгнул, дабы повалить обессиленного гиганта на землю и сделать еще пару десятков колотых дыр. Но тут и прогадал с расчетами. Один неожиданный удар с правой в лицо сместил меня с траектории и перевернул в воздухе.