Научи меня жить. Книга 2 (СИ) - Лорен Кэт

– Я пока еще не думал об этом. У тебя есть какие-нибудь идеи? – спросил я Никиту.

Он лишь пожал плечами.

– У меня есть кое-какие идеи, но все зависит от того, как все сегодня пройдёт. Кстати, давайте не забывать о словах Дэна. Он говорил, что информаторов несколько.

– Что за идеи? – поинтересовался я.

– Ему это не понравится, – кивнул он в сторону Никиты.

На что тот развернулся и строго посмотрел на него, угрожая пальцем.

– Я не буду подставлять семью. Ни Илья, ни мама не будут наживкой.

Никита сжал челюсти, готовый броситься на Саню.

– Угомонитесь сейчас же. Все внимание на мониторы, – рявкнул я на обоих.

– Тогда у меня нет больше идей, – выпалил Саня, разводя руками.

– Я что-нибудь придумаю, – ответил я и взял бутерброд.

Мне до смерти хотелось съесть что-нибудь всухомятку. Видела б меня сейчас Галина Анатольевна, влепила бы мне затрещину за то, что я не соблюдаю диету.

Мы молчали какое-то время, наблюдая за происходящим. Камеры были установлены не только в самой вилле, но и по периметру. Обычно эта территория хорошо охранялась, потому что здесь отдыхали только состоятельные люди. В сезон аренда доходила до 500 тысяч за сутки, но оно того стоило. Обычно виллы здесь не пустуют.

Я наблюдал за садовником, который стриг кусты позади дома. Мы могли сейчас подозревать каждого. Даже горничных.

– Куда ты их вывез? – спросил я Никиту, но Саня опередил его с ответом.

– Он не скажет. Даже я не знаю, – в его голосе звучала обида.

Я вопросительно взглянул на обоих.

– Ты не доверяешь друзьям?

– Это бесполезно. Он похож на параноидального шизика, когда дело касается семьи. Я пытал его расспросами несколько дней.

– Они в Черногории, – тихо сказал Никита, как будто боялся, что нас подслушивают.

Саня тут же ударил его кулаком в плечо.

– Ты охренел? – крикнул он. – Какого хера? Как только Димас вышел из больницы, ты тут же все выдал. Почему не сказал мне раньше, когда я спрашивал?

Я встал между ними на всякий случай, если начнётся потасовка.

– Успокойтесь, девочки.

– Не успокоюсь! – продолжал возмущаться Саня. – Мой лучший друг мне не доверял. Это жутко бесит.

Он пытался встать со стула, но я толкнул его обратно.

– Угомонись, – пригрозил я ему пальцем. – Ты забыл, зачем мы здесь?

Я вернулся на свое место, и мы снова замолчали. Никита продолжал молчать и сверлить взглядом садовника. Ему нечего было сказать в свое оправдание. Я разделял негодование Сани. Никита никому не доверял. Даже нам. Несмотря на то, что мы были долгие годы вместе и ни раз попадали в переделки, спасали друг друга.

– Ты держишь связь с Глебом? Как там они? – прервал я молчание.

Никита глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

– Поначалу все было нормально, потом мать стала бить тревогу. Я ведь забрал у нее телефон и просил ни с кем не связываться. Только со мной через Глеба. Она что-то начинает подозревать.

Я положил руку ему на плечо в знак поддержки.

– Все будет хорошо. Не переживай. Сейчас мы быстро решим все вопросы, и ты поедешь их и заберёшь. Я сильно соскучился по пацану.

Я откинулся на спинку стула, осознавая, что забыл кое-что важное.

– Черт. Я пропустил его день рождения, пока был в отключке.

Никита слегка кивнул.

– Он спрашивал о тебе. Я сказал, что ты уехал далеко и не можешь позвонить. И что обязательно поздравишь его, когда вернёшься.

– Я поеду с тобой в Черногорию. Устроим сюрприз.

– Я с вами, – выпалил Саня. – Давно не трахал иностранок.

Мы с Никитой оба закатили глаза. Наш друг был неисправим.

– Местные девушки тебе уже надоели? – спросил я.

– Кажется, что я уже пошел по второму кругу, – рассмеялся он, – потому что девушки стали обижаться, что я не помню их имен. Хотя, мне кажется, что я вижу их впервые.

– Однажды появится та, кто тебя захомутает, и ты остепенишься, – сказал я.

– Не дождетесь, – произнёс он с улыбкой. – Мне нравится такая жизнь. Новый день – новая девушка. А то и две.

– На ЗППП давно проверялся? – ухмыльнулся я.

– Отвали, – буркнул он. – Я большой мальчик.

– А поступаешь, как ребенок, – сказал Никита с укором, не отрываясь от монитора.

Мы пристально наблюдали за тем, что происходило на мониторах. Не знаю, сколько прошло времени, когда я стал ощущать, что глаза начинали слипаться от постоянного напряжения. Встряхнув головой, чтобы прийти в себя, я отправился на кухню в поисках кофе. Который мне, кстати, было нельзя, но в данный момент, я без него просто не мог.

Как только чайник закипел, я стал наливать воду в кружку, но в этот момент Никита с криком подорвался со своего места, тем самым напугав меня. От неожиданности я пролил кипяток на стол.

– Все, живо, на выход, – закричал он, выбегая из комнаты.

Схватив свое оружие, мы с Саней побежали за другом. Никита остановился у стены и вскинул ладонью в нашу сторону, молча приказывая остановиться.

Я хлопнул его по плечу, чтобы он объяснил, в чем дело.

– Садовник – смертник, – коротко пояснил он и сделал шаг вперёд, чтобы выглянуть за угол.

Я схватил его за руку, останавливая. У меня одного была винтовка, в то время как мои друзья вооружились пистолетами.

– Я на крышу, – шепотом предупредил я и вернулся обратно на виллу.

Мы трое знали, что смертника нельзя оставлять живым для допроса. Его нужно ликвидировать сразу же, во избежание случайных жертв.

Я пробрался на крышу. Там было что-то типа террасы. Упав на пол, я подполз к краю, заняв более выгодную позицию. Сделав глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание, я снова ощутил тянущую, уже такую привычную, боль в груди. Найдя садовника в прицеле, я приготовился выстрелить. У меня был один-единственный шанс. Пуля должна убить смертника мгновенно, чтобы он не смог нажать нужную кнопку.

Я целился ему точно в голову. Как только я собирался нажать на курок, ублюдок отшатнулся, потому что сзади на него налетел Армен.

Твою мать.

Я не знал, что делать. Потасовка была серьезная. Выстрелить теперь было невозможно. Армен, нанося удары по мужчине, мог зацепить его пояс с бомбой, которую он не видел, да и я тоже. Интересно, как Никита понял, что он смертник?!

Я встал в полный рост, продолжая целиться из винтовки. У садовника руки были свободны. Значит, пульта у него нет.

– Армен, он смертник, – закричал я, привлекая его внимание.

Он быстро среагировал и схватил мужчину за руки, сцепляя их сзади. Армен нагнул его, как надсмотрщик заключенного, чтобы тот не смог вырваться, и провернул одно запястье, с хрустом сломав его. Ублюдок завопил от боли, и Армен сломал второе.

Я продолжал следить за ним, держа в руках винтовку.

– Где Новиков? – крикнул ему я, но, как и ожидалось, не получил ответа.

Армен продолжил удерживать его руки, чтобы тот не смог ничего нажать. Я разрывался между желанием узнать от него все, что только мог и обязанностью ликвидировать его тут же. Боковым зрением я заметил, что мои друзья медленно придвигались к Армену, но все же находились на приличном расстоянии.

В этот момент садовник поднял голову и взглянул на крышу в мою сторону. Он хищно ухмыльнулся, оскалив свою кровавую улыбку.

– Аслан передает привет.

Как только он произнёс эти слова, взрывная волна откинула меня, и я оказался в паре метров от того места, где находился до этого. В ушах звенело, а взгляд помутнел. Разум затуманился. Я пытался подняться, но тело не слушалось. Перевернувшись набок, меня стошнило тем немногим, что я съел за день.

Голова трещала так, будто кто-то бил по ней кувалдой. Последствие сотрясения и пережитой ранее контузии давали о себе знать. Пот сразу же выступил у меня на лбу.

Я поднялся и на трясущихся ногах вернулся к тому месту, где стоял прежде. Взглянув вниз, я увидел куски человеческого мяса, раскиданных в разные стороны.

Твою мать.

Армен погиб у нас на глазах. И все из-за меня. Потому что я дал слабину и не уничтожил смертника. Теперь его кровь на моих руках.