Повелитель миров 3 (СИ) - Ваклан Александр

Отдав поводья Гапериану, Краниос вышел на площадку для поединков, куда жестом огромной лапы его пригласил Хагир.

— Каковы правила поединка? — Пока всё не началось, Гапериан решил выяснить, чего следовало ожидать от серокожего орка Краниосу. Не могло ведь всё быть таким банально простым, и заключаться в обычном мордобое.

Или, все же, могло?

— Кто первый ляжет и не сможет встать, тот и проиграл. — Хагир говорил это напрямую Краниосу. — Только не пытайся меня обмануть и притвориться побеждённым. Только лишь бы всё уже закончилось. Я сочту это за слабость и буду вынужден тебя убить.

— Я, то же самое хотел, сказать и тебе. — Зловещая улыбка Краниоса, показала, что он говорил это всерьёз. — Так что дружок…не сдерживайся. Покажи всё, на что ты способен.

Услышав, как Краниос раззадоривал стоявшего перед ним, а верней, нависшего над ним, огромного серокожего орка, Гапериан закачав головой, закатил под лоб глаза.

Да уже и так было понятно, что эта гора мышц не собирается никого жалеть и осторожничать. Так нет же, этому неугомонному Краниосу нужно было доводить серокожего ещё и до бешенства.

Неужели он, прямо настолько заскучал по хорошей драке?

— Да он псих! — Тихо ужаснулся Юпериус.

— О, да! Ещё и какой! — Хищная улыбка Гапериана, дала понять наставнику Боя, что он ошибся. Ошибся, думая, что его друг — псих. А правда ведь состояла в том, что у него было сразу два друга — психа!

Три метра роста. Около четырёхсот килограммов веса. Сила и выносливость как минимум двадцати человек. И всё это было соединено в стоявшем напротив Краниоса серокожем орке. А если добавить ко всему этому ещё и легендарное боевое мастерство, всесокрушающую ярость дикого зверя, бесстрашие, напористость и целеустремлённость, то…

То было вообще непонятно, на что рассчитывал собиравшийся сразиться в кулачном поединке с этим чудовищем, обычный представитель человеческой расы.

Именно так думал Хагир и собравшиеся теперь вокруг арены для поединков зеленокожие орки из его отряда. И ни у кого из них не хватило ума, обратить внимание на то, что, несмотря на то, что их товарищ сейчас, похоже, должен был умереть под ударами своего ужасного противника, остальные члены человеческого отряда на удивление оставались спокойными.

Однако это спокойствие друзей Краниоса было всё-таки показным. Никто ведь из них не знал, чего стоило ожидать от серокожего орка, бывшего младшего офицера дворцовой стражи короля оборотня. Поэтому, каждый из них про себя, немного волновался за собиравшегося сейчас сразиться с этим чудовищем друга. Но большой жизненный и боевой опыт, не позволял никому показать их страхи или сомнения. Ведь нельзя было допустить того, чтобы всё это передалось и Краниосу.

И как же в этот момент Юпериус гордился Аресом, что тот тоже, в такой напряжённый момент, оставался полностью спокойным. Чего уж нельзя было сказать о Мишкене.

Но слава богам, реакция и переживания брака, по поводу происходящего, мало волновала Краниоса. Так что никто и ничто теперь не могло заставить командующего войсками атлантов на Земле засомневаться в собственных силах и в победе. Даже вид нависшего над ним горой противника.

— Ты готов, букашка? — Устрашающе сжимая и разжимая свои огромные кулаки-кувалды, пророкотал Хагир.

— Надеюсь, хоть этот не умрёт сразу же после первого удара.

— Да нет. Этот покрепче будет предыдущих. Думаю, два-три удара выдержит.

— Два не больше.

Со стороны зеленокожих орков, собравшихся поглазеть на очередное, устроенное их командиром развлечение, стали доноситься высказывания по поводу исхода поединка.

Хагир и Краниос тоже прекрасно всё это слышали. И в то время как командующий войсками атлантом на Земле остался совершенно равнодушным к этим разговорам, его противник наоборот, завёлся ещё больше.

— Слышал. Они надеяться, что ты выдержишь даже три моих удара. Да за три удара я уничтожил бы весь ваш жалкий отряд!

— Ты хотел сказать, что заболтал бы весь наш отряд. — Краниос решил не оставаться в долгу, и ответил на словесную атаку, таким же словесным ударом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Только вот в отличие от Краниоса, серокожий орк не смог спокойно выдержать этого словесного удара, и с яростным рыком бросился в атаку, нанося свой первый, и как он рассчитывал — последний, в этом поединке, чудовищный удар кулаком. Удар, который должен был начать и закончить этот бой.

Конечно, изначально Хагир рассчитывал растянуть удовольствие. Надеялся, что этот поединок будет немного продолжительным, в отличие от всех тех поединков, которые он уже успел провести в этой дыре с момента его назначения сюда командиром приграничного отряда. Но этот слишком болтливый человек, смог слишком быстро вывести его из себя. Так что бывший офицер дворцовой стражи короля оборотня сорвался.

И теперь, поддавшись внезапному порыву ярости, он нанёс стремительный, чудовищной силы удар. Удар, который должен был гарантировано, не то что просто повалить этого человека-наглеца на землю, а превратить его в самое настоящее кровавое месиво. Месиво из раздробленных костей, порванных мышц и связок, и проколотых этими самыми раздробленными костями, внутренних органов.

Всё это уже не раз проделывал кулак серокожего орка с попадавшимися под удар такой силы противниками. И именно из-за такого взрывного, моментально поддающегося неконтролируемой ярости характера, Хагир и попал в весьма неприятную ситуацию в столице, из-за чего и был с позором разжалован из младших офицеров дворцовой стражи короля оборотня. После чего и был сослан для исправления, командовать этим приграничным отрядом зеленокожих орков.

Но как все прекрасно видели, исправляться и менять свой взрывной, от малейшего пустяка впадающий в ярость характер, Хагир не сильно-то и спешил.

Вначале, конечно, бывший младший офицер думал, что в этом помогут ему проводимые «дружеские» поединки с подходящими противниками. Он честно поначалу верил в то, что выплёскивая во время этих кулачных боёв излишки агрессии и ярости, ему понемногу станет легче. Легче контролировать себя и быть более благоразумным и в меру даже спокойным.

Но… не получилось.

Ведь Хагиру всё это насилие, которое он совершал в отношении, якобы достойных противников, а на самом деле и близко не находившихся на том уровне силы и боевого мастерства, чтобы ему оказать хоть какое-то сопротивление, начинало всё больше и больше нравиться.

По состоянию получаемого удовольствия, это было для бывшего офицера сравнимо с выпивкой или наркотиком. Так что, как закоренелый алкоголик или наркоман, Хагир искал достойного для себя противника. Искал того, кто сможет продлить его наслаждение. Поэтому, до того момента, пока Краниос не взбесил его своими словами, он собирался с ним для начала поиграть. Растянуть удовольствие.

Но теперь…

Теперь он собирался покончить с этим наглецом одним, единственным ударом.

Не было бы у Краниоса за могучими плечами десяти лет обучения боевым искусствам в монастыре Стихий, и последующих двадцати армейских лет, проведённых в постоянных тренировках и сражениях, то этот стремительный удар, неожиданно сорвавшегося с места серокожего орка, мог стать для него последним в его жизни. Но натренированной тело, только получив зрительный контакт с опасностью, даже ещё не успев передать увиденный образ в мозг, стремительно провело уход в сторону.

Пронесшись мимо с пронзившим всего лишь пустоту ударом, Хагир, оглянувшись, не веря, посмотрел на успевшего в последний момент сместиться в сторону с линии атаки противника.

Довольный оскал появился на серокожей морде. Наплыв безумия теперь прошёл, и Хагир, несмотря на провал своей атаки, был искренне доволен, что его противник остался цел. Цел для того, чтобы дать то, на что и рассчитывал в этом поединке бывший младший офицер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Так что, это значит, что мы уже начали? — Краниос сделал удивлённый вид, как будто не понимал, что это сейчас такое было.

Второй раз вывести из себя противника ему, тем не менее, не удалось. Серокожий просто понимающе улыбнулся. До него ведь стало доходить, что возможно, ему наконец-то, повезло с достойным противником. Ведь надо быть полным идиотом, чтобы продолжать так себя беспечно и нахально вести, понимая с кем, он имеет дело.