В спящем режиме - Сергей Вольнов

Я даже не могу представить себе мир, где Посещения никакого не случилось, в котором люди живут, не имея такой возможности. Лишенные даже шанса, какими же они себя одинокими во Вселенной чувствуют…

Да, по большому счету, оказалось, что подавляющему большинству людей в нашем мире уже до лампочки все это Посещение. Раз уж оно, ко всеобщему разочарованию, не принесло сказочных изменений к лучшему в их повседневный быт. Не избавило от суровой необходимости гнуть спину и пахать ради того, чтобы элементарно выжить.

Но большинство, пусть даже подавляющее, – это еще не все-все, до единого. Кому-то рано или поздно захочется уйти.

Как вот захотелось мне, когда я пробудился поздним утром, сохранив в памяти увиденный сон о чем-то большем.

Поэтому я пришел на вокзал и сел в следующий из Москвы в нужном направлении поезд, проходящий каждые сутки через город, в котором я родился и провел всю прошлую жизнь.

Чтобы воспользоваться своим шансом на иную судьбу.

Второй шаг. Тамбур

В поездах я никогда не мог заснуть. Стук колес, покачивание вагонов, нудные, жутко раздражающие диспетчерские голоса на станциях – все это мешало мне, однако сегодня я спал, причем очень крепко. Проводница только с третьей попытки растормошила меня, потому что за предыдущие две я разлеплял веки, угукал и снова засыпал.

Наконец-то усевшись на плацкартной полке, я широко зевнул и глянул на часы. Ё-мое, время – одиннадцать утра! Выходит, я проспал почти восемь часов… А какой мне со-он приснился! В нем я целенаправленно вылезал из старой кожи, вырабатывал новые привычки и навыки, а также использовал знания, приобретенные в прошлой жизни, не вся же она бесполезно проведена… Одним словом, я оставался вроде и самим собой, но в то же время был уже другим, ведь если другие привычки и другие реакции на происходящее – следовательно, другой человек.

Подхватив вещички, я выбрался из душного вагона на провинциальный перрон, заплеванный и замусоренный, как водится, и вдохнул полной грудью, надеясь ощутить нечто волнующее, разлитое в самой атмосфере… Нет, Зоной вроде не пахнет, воздух обычный. Далековато еще.

Это вам не Хармонт и не Межреченск, в котором Посещение случилось прямо рядышком и частично захватило города… Я спохватился и понурился. А ты чего ожидал, Валёк? Откуда тебе-то знать, салага, чем должна пахнуть Зона?..

Да, ты читал в Сети кучу мемуаров всяких типов, пафосно заявлявших, что они самые взаправдашние сталкеры, что истоптали собственными ногами и исползали на собственном пузе все Зоны. Да, ты видел художественные и документальные фильмы и сериалы, плюс любительские видеоролики, за десятилетия обильно накопившиеся в информационном багаже человечества. Да, ты несколько раз встречал живых людей, которые вроде бы побывали в Зоне, и они кое-чем делились, но больше отмалчивались… и было в их глазах что-то такое, отбивающее желание задавать дополнительные вопросы. Да, ты читал в сети графоманские опусы, навеянные темой, и настоящие книги, написанные под влиянием темы. Да, ты держал в руках «зонники», и кое-какими из них даже пользовался, бывало. Да, ты в детстве с пацанами и девчонками во дворе игрался «в сталкеров» и «в Зону», да, да, да… Но что ты можешь знать о том, как должна пахнуть Зона?!

Если ты только сейчас, от момента рождения больше четверти века прожив в мире, где есть реальная возможность соприкоснуться с Неведомым, решился воспользоваться своим шансом… уникальным шансом, данным тебе по праву рождения в этом, а не каком-либо еще варианте реальности.

И вообще, с чего бы это ей, всей целиком, пахнуть как-то особенно? Да, там наверняка есть уголки, в которых можно унюхать ароматцы, никогда раньше в жизни не нюханные, но разве необъяснимая инородность, от греха подальше загнанная за охраняемый забор, обязательно должна иметь собственный запашок? Какое примитивное, чисто человеческое представление о…

Опять спохватившись, я даже головой встряхнул, чтобы выбросить из мыслей этот настрой. Что-то меня на философский анализ и обобщения потянуло, стоило лишь сойти с «корабля», доставившего меня в порт, из которого ведет прямая дорога в Зону.

Я без дальнейших колебаний стартанул в будущее и, быстро прошагав по перрону вдоль ряда больших окон, добрался ко входу в здание. Вошел в зал местного вокзала со стороны железнодорожных путей, увидел банкомат, обналичил деньги с кредитки и высмотрел, где справить нужду. Снаружи, за окнами, как раз тронулся дальше поезд, который привез меня сюда. Стоянка окончилась, московский отправился своим курсом, сгрузив меня на этой остановке…

Посетив туалет, я вышел наружу через другой вход, со стороны маленького подобия привокзальной площади. Сунув в зубы сигарету, чиркнул зажигалкой и принялся внимательно разглядывать картину, открывшуюся взгляду. Людей вокруг наблюдалось немного – оно и понятно, разгар рабочего дня. Три улицы уводили с площади, средняя из них выглядела чем-то вроде проспекта, другие поуже и попроще. Активное движение транспорта наблюдалось только в дальней перспективе средней улицы. Ага, вон там, слева на площади, несколько машин с «шашечками» такси…

Выкурив сигарету до фильтра, я определился с выбором. Подойду к тому пожилому лысоватому таксисту. Сдается, у него на лице написано: «кому до Тамбура, довезу». Ведь определенная часть пассажиров, приезжающих в этот обычный, каких множество, провинциальный город, прибывающих сюда по разным причинам каждый день, наверняка преследует именно эту промежуточную цель: добраться в Тамбур.

Но сегодня, кроме меня, вроде больше нет желающих ехать в Зону. По крайней мере, на мой взгляд, среди нескольких приезжих, вместе со мной сошедших на этой станции, никого похожего не наблюдалось. И правда, никто из них не повернул влево, к таксомоторам, все свалили направо, к остановкам маршруток и рейсовых автобусов.

Сегодня только я один хочу в Тамбур.

Я знал, что в российских городах и поселениях, которым то ли повезло, то ли не повезло оказаться в непосредственной близости или неподалеку от этой Зоны, по-разному называют буферные площадки. Но здесь, и это я тоже знал точно – буфер называется Тамбуром. Название подсказала сумма знаний об этой Зоне в частности и о Зонах вообще, накопившаяся с детства. Хотя, честно говоря, я бы себя таким уж фанатом темы не считал. Фактически до вчерашнего дня мне и в голову не приходило, что однажды утром проснусь и…

– Здорово, шеф! – поприветствовал я лысоватого дядечку. – До Тамбура подкинешь?

– Без проблем, – сразу согласился он. – Две штуки в ту сторону. Ты только не сильно громко ори-то. – И дядечка бросил по сторонам вороватый, подозрительно озирающийся взгляд.

– Да, да, понятно, – почти шепотом сказал я, опять спохватившись.

Люди, которым надо «в ту сторону», обычное дело для этого города, но официально – несанкционированный доступ за периметр долгое время был строго запрещен. Государство строго охраняло своих граждан от Зоны… Или Зону от них.

Несколько лет назад степень строгости на порядок снизилась, доступ существенно упростился, но вот же: привычка – великое дело. Громогласно поминать Зону народ еще не освоился.

– А вообще много народу к Тамбуру едет? – решился я спросить шефа, только когда мы уже проехали несколько городских кварталов.

– По-разному, когда как, – пробурчал таксист.

– То пусто, то густо? – пытался я разговорить водителя.

– Типа того. Но в целом хватает. Бедолаги не переводятся на земле русской, – все-таки разговорился он. – Из Украины вон тоже лезут, белорусы случаются, кавказцы разные, среднеазиаты… Да и с дальнего зарубежья, бывает, гости прутся.

– Почему же обязательно бедолаги? – задал я вопрос, для меня, понятное дело, более чем важный.

– А потому, что Зона – не игрушки, – категорично отрезал дядя. – Чего показывают по ящику и про что трындят в интырнете – туфта. Ты не видел и десятой доли всего, чего там творится в натуре. А понимаешь об этом и того меньше, на сотую дол…

– Что ж получается?! – не утерпев, повысил я голос; тема-то и впрямь для меня животрепещущая. – Прям вот так, все прутся в Зону, ожидая только адреналинчика и ничего больше?

– Чаще всего, за длинным рублем и уверенностью, что в Зоне они станут самими собой. Такая вот, э-э… чудесная сказка. И поэтому бросают семьи, детей, беременных подруг… м-м, бросают мужей, если бабы, и вообще все бросают, что у них там было. А по приезду вдруг выясняется, что они тут и нафиг никому не надобны. И самими собой они в Зоне никогда не станут… Я, блин, знаю, чего говорю!

Не меньше полуминуты я переваривал услышанное. Из динамиков радиоприемника в наступившем безмолвии отчетливо доносился энергичный припев суперхита, модного лет десять назад, когда я только школу закончил: «…А в вестибюле метро! Страдает бедный Петро! Девчонка стрелку забила! А где конкретно, забыла…»