Викинги - И. Хит

Предпринимались различные попытки восстановить порядок расположения армий в момент битвы, некоторые из них были вполне убедительны. Многие ученые сходятся во мнении, что викинги и их союзники из Лейнстера были разделены на пять или семь отрядов. Они стояли очень узкими шеренгами на огромном пространстве, чтобы не только прикрыть путь отступления по мосту через реку Лиффей, но и защитить также корабли викингов на противоположном фланге, стоявшие на якоре в бухте Дублина.

«Сага о Ньяле» рассказывает о том, что Бродир находился на одном фланге, король Зитрих на другом, а граф Сигурд в центре, по не упоминает ни о Меэлмордхе, ни о его людях из Лейнстера, несмотря на то, что они по численности превосходили викингов как минимум в два раза.

Утверждение, что Зитрих находился на поле битвы, заведомо ложно, так как известно, что в момент сражения он оставался в Дублине, а дублинским контингентом командовал его брат Дубгал. Скорее всего, викинги под командованием Зигурда и Бродира находились в основном на левом фланге, чтобы защитить свои корабли, в то время как жители Дублина охраняли мост на правом фланге, а Меэлмордха стоял во главе центральной линии обороны. Труднее восстановить диспозицию войск Брайана. Известно, что его правый фланг дислоцировался на реке Лиффей, а левый — на параллельной реке Толка. «Сага о Ньяле» повествует о том, что Великий король, будучи семидесятилетним старцем, «не захотел браться за оружие в Страстную пятницу. Поэтому вокруг него специально была выстроена стена из щитов, а перед ней построена вся его армия». Поэтому во главе стоял Мерчэд с кузеном Конэнгом и пятнадцатилетним сыном Тордельбаком. Также в саге упоминается, что присутствовал там и Таг — младший сын Брайана. В произведении XII века «Война Гэдхила с Гэйллом» рассказывается, что ирландские войска так плотно стояли в фалангах, что колесница с четырьмя лошадьми могла по их головам проехать от одного конца до другого. Также здесь упоминаются три особых линии обороны.

«Две армии столкнулись, и произошла ожесточенная битва», — рассказывает «Сага о Ньяле». Меэлмордха нанес удар с центра и глубоко врезался в шеренги Мерчэда, стоявшие под горой. Однако его союзники викинги на другом фланге имели меньший успех. В упорной борьбе Мерчэд начал реализовывать свое численное преимущество — все еще очевидное, несмотря на то, что войска Мид покинули его еще до начала сражения.

Войска из Лейнстера без подкрепления продвинулись вперед и, также как викинги, были разбиты и обращены в бегство. Воины Дублина отступали к городу, и на всем пути они подвергались постоянным атакам, так что до крепости добралось только двадцать или, по некоторым версиям, всего лишь девять человек. Тем временем левый фланг викингов собирался с силами, и к ним присоединились отступающие войска из Лейнстера. Но к тому моменту они уже фактически были окружены со всех сторон войсками Мерчэда. Им не оставалось ничего другого, как отступить к морю; и все же при этом оставалась небольшая надежда на спасение, так как корабли викингов отнесло далеко от берега, и лишь сильнейшие пловцы могли добраться до них. Поэтому очевидно, что многие утонули.

Однако несмотря на то, что битва продолжалась почти двенадцать часов, сражение еще не было завершено. В отчаянии викинги, в том числе и Бродир, пробились сквозь войска Мерчэда к лагерю короля позади ирландцев.

«Бродир видел, что войска Брайана преследовали дезертиров, — рассказывает „Сага о Ньяле“, — и что в стене из щитов оставалось всего лишь несколько человек. Он выбежал из леса, пробился сквозь эту стену и подбежал к Брайану. Юноша по имени Таг попытался защитить своего короля, но меч отсек королю руку и голову… Тогда Бродир закричал: „Расскажите всем, что Бродир зарубил Брайана“. Однако ему недолго пришлось наслаждаться своим триумфом, так как вскоре он был окружен личной охраной короля и впоследствии казнен».

Викинги на Востоке: варяжская гвардия

Хотя они занимались торговлей в Восточной Балтике, по крайней мере с VII в., впервые достоверно зафиксированный набег викинги совершили довольно поздно, в 852 г., когда шведский повелитель прибыл в Новгород и наложил огромную дань «Danegeld» на его горожан. В то время восточные викинги — главным образом шведы — чаще становились поселенцами и торговцами, нежели пиратами. Тем не менее они быстро захватывали власть над местным населением. К 858 г. они правили в Киеве, откуда два года спустя — смело, но неудачно — атаковали Константинополь (Miklagaard, «Великий Город», как они его называли), пустив свои корабли вниз по Днепру и пройдя через Черное море. Дальнейшие крупные кампании против Византийской империи продолжались в 907, 941 и 944 гг., к этому времени варяги (шведы, называвшие себя русами) уже начали восприниматься как славяне и больше не могли считаться настоящими викингами. Так, уже в середине IX в. арабский географ Ибн Фадлан описывал руса как «разновидность славянина».

«Настоящие викинги», тем не менее, продолжали наниматься на службу к удачливым киевским и новгородским князьям, что продолжалось вплоть до XI в. Последнее упоминание о таких наемниках относится к 1043 г. Множество викингов после образования Руси отправились в Константинополь и присоединились к византийской армии, которая уже в 911 г. насчитывала в своих рядах 700 викингов. Позже упоминания о викингах на византийской службе становятся частыми: семь кораблей с экипажем в 415 викингов из Руси сопровождали византийскую экспедицию в Италию в 935 г., шесть кораблей с экипажем в 629 человек отправились в подобную экспедицию на Крит в 949 г. По некоторым данным, «русские» отряды викингов сражались с арабами в 955 г. и принимали участие в кампании на Сицилии в 968 г. Через двадцать лет в 988 г. Владимир Красное Солнышко отправил войско количеством 6000 человек в помощь императору Василию II. Среди воинов было много варягов, из которых впоследствии образовалась варяжская гвардия. Можно сказать, что варяжская гвардия или «Гвардия, вооруженная топорами» была основана из-за недоверия Василия И к своим византийским стражникам. Его доверие к викингам из Владимирской Руси, возможно, объяснялось их природной преданностью своему повелителю. Арабские путешественники отмечают, что их верность была столь сильна, что они были готовы «умереть с ним или позволить себе быть убитыми им».

Это качество не было утеряно и позже, в XI в. Впоследствии о варяжской гвардии напишут следующее: «Они относились к верности императору и защите его персоны как к семейной традиции, виду священного почитания, наследству, передающемуся из поколения в поколение. Они свято хранили верность и не терпели ни малейшего намека на измену».

Скандинавы, т. е. выходцы из Швеции. Норвегии, Дании, Исландии, приветствовались при византийском дворе. Исландские саги и уцелевшие рунические надписи содержат бесчисленные упоминания о людях, служивших в варяжской гвардии. Даже Гарольд Хардрада, будущий повелитель Норвегии, был ее офицером. Варяжская гвардия продолжала формироваться из скандинавов около полутора веков после своего основания, но после норманнского завоевания Англии в 1066 г. множество англо-саксонских эмигрантов тоже начали вступать в ее ряды. Первое упоминание о них относится к 1070-м гг., когда они были сформированы отдельно от скандинавов. Число английских стражников постоянно возрастало на протяжении XII в. Византийский летописец Циннамус говорил, что к 1180 г. варяжская гвардия состояла из людей «английской расы». «Сага Сверрира» отмечает, что уже в 1195 г. император отправил посланцев к королям Норвегии, Швеции и Дании, просившим 1200 человек для службы в страже. Хроника Четвертого Крестового похода в 1202–1204 гг. снова упоминает датчан и английскую стражу. К этому времени они были в меньшинстве, поздние источники однозначно говорят о варягах как о «Englinoi» (англичанах). Эпоха викингов на Востоке подошла к концу.