Это любовь (ЛП) - Нолан Кэролайн

Неохотно мама сдается.

— Ладно. Просто решила спросить.

Я ощущаю острую необходимость повесить трубку, поэтому говорю, что должна возвращаться к работе. Но после того, как завершаю разговор, сижу в машине с колотящимся сердцем — напоминанием, что оно уже занято, и там нет места для кого-то еще.

Глава 2

Аромат роз, лилий и остальных цветов успокаивает меня так же, как ароматы на кухне моей мамы успокаивают остальных. Пока некоторые жаждут запаха воскресного обеда, сладкие и свежие цветочные ароматы словно касаются меня.

Я тут же улыбаюсь. Это ароматы, которые постоянно меня сопровождают. Когда захожу в «Блум Рум», сразу вдыхаю ароматы свежих цветов, что меня окружают. На полу стоят ведра с розовыми, красными и желтыми розами, белыми и цвета фуксии лилиями, бутонами гортензии размером с головку младенца.

Уже середина недели, и скоро должна приехать доставка цветов, которую я жду.

Я являюсь хозяйкой «Блум Рум» уже несколько лет. Начала работать здесь неполный рабочий день, когда еще училась в школе, а потом летом, пока училась в колледже. После того как получила степень в бизнесе, Эмили, владелица, спросила, хочу ли я получить постоянную должность в магазине.

Ей нужна была как помощь в организации заказов, оплате счетов и выдаче счетов-фактур, так и новые маркетинговые идеи, чтобы поддерживать рост бизнеса. Потом, два года спустя, Эмили объявила, что они с мужем хотят уйти на пенсию и уехать из города. Уверена, это был ее способ сказать мне, что они продают магазин.

Мое опустошение и шок быстро превратились в удивление, когда она предложила продать мне «Блум Рум». Мне только исполнилось двадцать пять, я недавно обручилась, и у меня не было финансовой возможности купить бизнес.

Когда я рассказала Бену о предложении, он задал лишь один вопрос:

— Это то, чего ты хочешь?

Я хотела.

Очень.

Я любила «Блум Рум», и мысль, что магазин станет моим... Это место вдруг стало всем, о чем я только могла думать. Я знала, что смогу построить бизнес и сделать его лучше. Бен понял ответ по моему взгляду.

— Тогда хорошо. Давай узнаем, как все это осуществить, — сказал он.

Родители оплатили мое обучение и теперь помогали оплачивать наш новый дом. Я не могла пойти к ним и попросить финансовой помощи. Мы с Беном не хотели зависеть от них еще больше. Поэтому мы сходили на пару встреч в банк, получили кредит, и после встречи с одним очень приятным продавцом «Блум Рум» стал моим.

Когда магазин оформили на мое имя, мы с Беном отпраздновали это, срывая полки, перекрашивая стены в красивый кремовый цвет и полностью переделывая интерьер. Мой абсолютно любимый новый магазин стал моим офисом.

Мы создали пространство, где я не только могла работать, но и место, где встречалась с организаторами торжеств и невестами. Лучшая часть моего дня — сеансы мозгового штурма, которые я проводила с клиентами. Мне нравилось наблюдать, как прямо на глазах разворачивалось торжество, оставалось только выбирать цветы и цвета, которые будут использованы.

После смерти Бена мой персонал очень помог. Они поддерживали магазин работающим, контролировали, чтобы мероприятия, для которых наняли «Блум Рум», состоялись, счета были оплачены — в общем, поддерживали мой бизнес на плаву. За это я была им очень благодарна и польщена. Первые несколько недель они точно вышли за рамки того, что должен делать любой сотрудник. Я никогда не смогу отплатить им за то, что они поддерживали мою мечту, пока я жила в кошмаре.

Сейчас Анна, моя правая рука, как раз распаковывает охапки белых тюльпанов, поднимает голову и замечает, как я захожу в магазин.

— Доброе утро, Рэйчел, — приветствует она, улыбаясь, и откидывает несколько прядей, выбившихся из хвостика. Приветливое поведение Анны и доброе лицо является преимуществом, когда имеешь дело с клиентами. Она указывает на доставку. — Похоже, у нас впереди большой день.

— Похоже на то. — Я мысленно сверяю цветы с заказом, пока подхожу к коробкам. — Все пришло? — Я осматриваюсь кругом, проверяя, не пропало ли чего.

— Все, кроме перекати поле, но ее должны доставить к обеду.

— Хорошо. Я займусь счетами, — предупреждаю Анну и иду в свой кабинет в глубине здания.

— Там тебя ждет Тесс! — кричит мне вслед она.

Оказавшись внутри, я замечаю Тесс, которая сидит в моем кресле, закинув ноги в черных туфлях на каблуках на стол, и громко разговаривает по телефону.

— Мне плевать на то, что он говорит. Ему заплатили за то, чтобы он стоял там и хорошо выглядел, а не делился своим чертовым мнением о политике или о том, кто лучше сыграл Бэтмена. Скажи ему, чтобы он надел чертовы плавки и улыбался, или его заменят.

Я бросаю свою сумку на стол, оповещая Тесс о своем присутствии. Она смотрит на меня, прикладывает палец к виску и спускает воображаемый курок. Хихикая, я закатываю глаза, потому что отлично ее знаю. Тесс живет ради того, чтобы управлять другими людьми. Именно это делает ее великим телевизионным продюсером на местном утреннем шоу.

— Позвони мне, если еще возникнут проблемы… но лучше, чтобы такого не произошло, — заявляет она, заканчивая разговор.

Я чувствую жалость к тому, кто находится на том конце линии. Нападение Тесс похоже на то, будто тебя бьют рукой по лицу, причем отовсюду. Ты не знаешь, откуда пришел удар, но ощущаешь его повсюду.

— Никогда не работай с моделями, — заявляет она, когда я подхожу к ней и выгоняю со своего кресла, указывая на то, что стоит напротив моего.

— Работать с ними? Я думала, ты с ними только спишь, — дразню я.

— Да, ну этого тоже делать не стоит, — бормочет она, не отрываясь от телефона.

У Тесс есть привычка связывать бизнес с удовольствием. К счастью для нее, у нее нет проблем с тем, чтобы спать с парнем, а на следующий день увольнять его. У нее отличная суперсила разделять офис и спальню.

Мы встретились в первый день старшей школы в очереди за едой в столовой. Она стояла позади меня, потом постучала по моему плечу и сказала, что ненавидит мой свитер, и делает мне одолжение, говоря об этом. Первой реакцией было отвернуться и проигнорировать грубую девчонку. Но возобладала вторая, поэтому я посмотрела на свой свитер, и мне стало интересно, насколько он плох.

— Так и есть. Поверь мне, — ответила она тогда, словно прочитав мои мысли.

Спустя двенадцать лет и улучшенное чувство стиля она все еще моя лучшая подруга.

Посмотрев на нас, можно сказать, что мы полные противоположности. У нее светлые волосы и стрижка боб, а у меня длинные каштановые волнистые локоны; у нее голубые глаза, у меня — карие; размер ее груди первый, у меня — третий. Тесс завидует, что мне подходят платья, которые подчеркивают грудь, а я завидую, что ей не приходится подбирать правильный бюстгальтер для этих платьев.

— Сейчас еще рано. Еще даже нет одиннадцати, — говорю я, замечая время на своем ноутбуке. Обычно мы встречаемся раз в неделю, чтобы пообедать, не считая остальные разы, когда видим друг друга по вечерам и на выходных.

— У меня встреча в центре, поэтому мы не сможем пообедать. Но чтобы возместить, я принесла это! — Она достает бумажный пакет из C’est Bon — магазина выпечки, который находится в паре кварталов отсюда. Тесс знает о моей слабости ко всему сладкому. Она открывает пакет и машет им перед моим лицом. От сладкого аромата выпечки у меня урчит живот.

— Выпечка... Ты пытаешься соблазнить меня? — спрашиваю я, заглядывая в пакет. Клубничный штрудель. Вкусно.

— Может быть.

Взяв вкусняшку, я сажусь в свое кресло и уже собираюсь укусить кусочек клубничного рая, когда замечаю, что Тесс пристально наблюдает за мной. Я очень хорошо знакома с этим взглядом. Обычно с таким выражением лица она хочет одолжить у меня что-то или попросить об услуге. Ее улыбка просто кричит: «Сделай это! Сделай это, пожалуйста!».

Я кладу штрудель на стол, даже не откусив.

— Чего ты хочешь?