Джихан-2 - Александр Петров

Или очень глупому, который и вправду считал откровением знания, которые потеряли актуальность тысячи лет назад. Полупанов был скорее из вторых, однако практической сметки и хитрости ему было не занимать.

Возвратясь в родной полк, Катран был назначен командиром 3 эскадрильи и получил те самые майорские погоны, о которых он так мечтал во времена службы по контракту.

И уже никто не звал его «Катраном» и «Певцом», а все больше «Миротворцем» и «Полупапиком». Дима летал из рук вон плохо. А вдобавок у него напрочь отсуствовали навыки стратега и тактика. Но одного у Катрана нельзя было отнять: он умел слушать, и обладал удивительно точной памятью, что позволяло ему, зарубив на корню чужие идеи, выдвигать их при сходных обстоятельствах уже как свои.

В полку свободных драконов он, как номинальный командир, присвоил себе генеральское звание и пел теже песни, поменяв слова "Черный Патруль" на "повстанческая армия".

Именно эту ненавистную морду самозваного генерала представлял Эндфилд, в самых трудных местах, когда визжащее железо горелки отчаяно рвалось из рук.

Но все равно дело продвигалась исключительно медленно. Отколотые куски породы приходилось грузить на воздушную тележку вручную, вывозить из штрека и сбрасывать в стороне от места проведения работ. Через 4 часа по стандартному времени, Капитан почувствовал, что проголодался. Он вернулся в свое крошечное жилище, проглотил дежурный обед, полежал, чувствуя, как отходит мелкая дрожь мышц, а по спине, рукам и ногам разливается ноющая тяжесть.

Джек выругался, приободряя себя, и снова влез в засыпанный мелкой каменной пылью вакуум-костюм, чтобы направиться на свои добровольно — принудительные каторжные работы.

Новые три часа издевательств над собой выбили из него всякое желание двигаться. Датчики показали, что сегодня он выполнил полторы нормы дневной проходки. Капитан сбросил со спины тяжеленный левитатор и лег на платформу транспортера, вспоминая что-то про загнанных лошадей, пристрелить которых — акт гуманизма. Он позволял себе в конце успешного дня такие мысли.

В средней части туннеля, так, где должна была разместиться рабочая камера, Джек остановил воздушную тележку и запустил самодельный индикатор суперпозиции.

Зеленый огонек не гас целых 15 секунд. Эндфилду даже показалось, что она не погаснет никогда. Вместе с радостью, он выделил в потоке чувств сильное беспокойство. Но тут же приказал себе не думать об этом.

Ясно было только одно. По мере завершения обьемного резонатора, условия для работы конфигураторов приходили в норму. Конец трудов был близок.

Капитана всегда мучил вопрос, правильно рассчитал ли он параметры. В призрачном свечении математических символов можно было видеть его длину волны и частоту, продольные, магнитные и электрические компоненты. Но слушком уж гладким было все это в нереальном пространстве монитора. И красивые термины: "волновой демпфер", "резонансная камера", "объемный конденсатор" плохо соотносились с кубометрами твердой, тяжелой породы, которую нужно было вырубить своими руками… Но теперь все было предельно ясно. Усилия принесли результат.

Вечером, вконец усталый и грязный, кое-как отряхнув базальтовую крошку и снег с защитного костюма, Капитан возвратился домой, и устроился на не слишком удобном кресле. Вентиляция кабины работала в полную силу но неистребимый запах аммиака, летящий с поверхности скафандра, долго витал в воздухе, придавая сходство жилью Эндфилда с грязным зверинцем.

Он не стал ужинать, лег, и сам не заметил, как соскользнул в беспамятство сна.

Густой туман окружал Джека со всех сторон. Туман был холодным и влажным, наполненным запахами мокрого леса.

Капитан стоял на крутом обрыве, перед ним был узенький, в две доски мостик без перил. Внизу, невидимая, шумела река. Этот звук он слышал отчетливо. Вдруг, с противоположного берега раздался тихий скрип, точно кто-то шел по шаткому мостику. Скрип стал отчетливым, а затем и неестественно громким, раздирающим барабанные перепонки.

Из молочно — белого ничто выступила одетая в синий мундир Службы Безопасности фигура. Капитан с ужасом увидел, лицо человека, если это действительно был человек, сожжено, обуглено так, что в трещинах угольно-черной высушенной огненным жаром кожи явственно просматриваются кости. Существо остановилось на середине мостика и повернуло к Эндфилду пустые глазницы:

— Здравствуй, Даниил, сын архивариуса, — голос был одновременно слабым и невнятным, но при этом отдавался громовыми раскатами в пространстве.

— Ты кто? — с испугом произнес Капитан, понимая, что вроде бы не должен бояться.

— Ты не узнал меня? — в голосе существа скользнула насмешка. — Разве большие звезды на погонах и эмблемы в петлицах не подсказывают тебе кто я?

— Кто бы ты ни был, ни шагу вперед! — выкрикнул Капитан. — Сожгу нахрен!!

— Разве можно сжечь, то, что уже сгорело, — с иронией и укором произнес человек. — Есть люди, дважды рожденные как ты, а есть дважды умершие. Абсолютно мертвые.

Последние слова отдались в тумане неприятной вибрацией.

— Что с того, паленое пугало? — зло спросил Джек.

— А я тебе подарочек принес… Драгоценный… Обидел ты меня… Все простил бы, но не это… — доски заскрипели, и то, что был когда-то женихом Ники, стал удаляться. — Бери… Пригодится, когда жрачка кончится…

Чувствуя, что не должен этого делать, Капитан зашагал по шаткому мостику. Что-то было на его пути. Капитан увидел открытую серебристую упаковку стандартного аварийного пайка. В блестящем контейнере был аккуратно разложен ровно отрезанный половой член.

— Лазарев! Грязная скотина! — прокричал Джек в туман. — Засунь себе это в…

"… очко", — произнес Капитан просыпаясь. Через мгновение, тесное пространство кабины наполнилось заунывно — мерзким звуком будильника.

конец 1 главы.

черновик. Дата последней правки 02.02.2010 г.

Глава 2

ЧЕРНАЯ МЕТКА СУДЬБЫ

Джека изрядно напрягло появление Лазарева во сне. За много лет покойник ни разу не напоминал о себе. И вдруг он явился показать свою обугленную морду и упрекнуть за отсеченные части тела. Юрик был таким, как Эндфилд видел его в последний раз. Тогда генерал шипел, потрескивал, пузырился и исходил аппетитным шашлычным ароматом после выстрела в него из усовершенствованного аннигилятора, в старину грозно именуемого Пожирателем Душ. Генерал Лазарев был не просто мертв. Его бессмертная душа была полностью выпотрошена от содержимого и выброшена за пределы этой Вселенной. Капитан знал, что когда-то Лазарев проделал такой-же номер с ним, так что все было по- честному.

После этой биополевой вивисекции бывший генерал и жених княжны Громовой, вряд-ли смог бы предъявить претензии своему убийце в ближайшие махакальпы вселенского цикла. Для Капитана появление во сне такого персонажа означало, что или он начинает потихоньку сходить с ума от тоски, сваливаясь в злобное самоедство, или что его собственное подсознание предупреждает о грядущих неприятностях.

Вдруг Капитан почувствовал как нечто, неясное, ускользающее, зыбкое, но вполне доступное восприятию как угроза, на полном ходу несется к нему. Секунду спустя ЭТО приняло конкретные очертания. Маленький кораблик задрожал, сначала незаметно, а потом так, что завибрировали откинутые в рабочее положение контрольные панели пульта, запрыгали, стали валиться с полок незакрепленные предметы. Заорали сигналы тревоги, на пульте замигали красные огни, предупреждая об опасности. Джек моментально вывел реактор на максимум, активировал энергополя.

Под впечатлением сна, он хотел было отстрелить опоры и стартовать а аварийном режиме, но сверхчувственное восприятие подсказало ему реальную картину процесса.

Просто по горному склону в сторону станции катится обыкновенная лавина. В этом нет ничего мистического и запредельного. Весеннее тепло понемногу разрушает ассоциаты легкоплавких газов и вызывает подвижки снегоподобной массы. Он готовился к сезону лавин и предусмотрел способы противодействия.

Поняв, что на самом деле происходит, Капитан решил ничего не предпринимать.

Капсула вздрогнула под напором грязно-белой массы, но выстояла, рассчитанная на противодействие силам космических катастроф. Снег завалил смотровые блистеры, закрывая небо. Глубинные радары вошли в режим сканирования, определяя, как глубоко завалило маленький кораблик. Капитан грязно выругался.

"Все шутки шутишь", — добавил он, поглядев на экран. Массы снегового заряда едва хватило, чтобы взлететь волной через крутой гребень и расплескаться по пологому склону внутреннего кратера. Автоматика включила особый режим тяги посадочных моторов. Закрученный в тугие жгуты вихрей, воздух утробно заревел вокруг спасательного модуля.