Ружемант 2 - Евгений Лисицин

было проснуться и не коснуться мягкости груди, юркнуть ладонью с живота к промежности. Не размыкая глаз, она мурлыкала от удовольствия.

Утро могло быть чудным, если бы дверной звонок не бил по ушам треклятым писком. Глянул на часы — пять утра.

Настойчиво, так звонить могут только соседи. Натягивая трусы на ходу, глянул на кухню и в ванную — не заливаем ли кого, часом?

Распахнул входную дверь, забыв глянуть в глазок. Если сейчас предложат купить гербалайф…

Стоящая передо мной фигура навевала мрачные мысли. Такие, как он не гербалайф, а ГУЛАГ предлагают. Кажется, я видел его раньше. Не он ли приезжал за мной, вез на сборный пункт? По этим эльфам сразу и не скажешь…

— Гражданин Потапов? — спросил с усталостью и пренебрежением. Будто сам не рад своему визиту, но служба…

Вспомнил, что он заходил уже вчерашним утром в это же время. Проверял наложенную на меня по новой печать. Сегодня — та же самая процедура.

Бандитом можешь ты не быть, но на проверке быть обязан. Эльф не сказал подобного, но на лице читалось. Хоть с чем-то, в самом деле, было строго.

Взгляд остроухого коснулся раскрытой газеты: чекистские повадки, как погляжу, в этом мире не чужды. Подавил в себе желание тотчас же закрыть ее собой, мне прятать нечего.

Глаз зацепился за скромную статью: в ходе выяснения отношений меж членами двух аристократических родов пострадало три жилых дома в Маленькой Москве. Надо будет почитать о том поподробней, но желание проверить наличие несорванных магических пломб со стороны государства теперь понимал лучше.

Вернулся с войны, громил танки из пистолетов, рвал руки из тулова царенатских командиров — кто знает, на что такой способен еще? Лучше не рисковать. Но ведь та золотая молодежь, делами которой возмущался журналист, ведь как-то действовала? Их печати никто не проверяет?

Инка проснулась. Заметив, что меня нет рядом, чуть прикрытая ночной сорочкой, теперь выглядывала из дверного проема.

Эльф лишь бросил на нее взгляд, но ничего не сказал. Сложил аппаратуру для замеров в сумку, расписал ручку на сером листе документа. Проверен, не обнаружено, охолощен. Точка.

Он встал прежде, чем мне пришла в голову мысль спросить: а есть ли у него чем замерить руж-волны?

Вместо этого проводил к выходу. Сухо попрощались, и я прикрыл за ним дверь.

Кошкодевочка сладко зевнула, выпрямляясь во весь свой невысокий рост. Зевнул вместе с ней в такт. Вызвал Ириску, спросил, остался ли у нее после взлома номер Макмамбетова.

Голографическая девчонка кивнула вместо ответа.

* * *

Громила долго не хотел меня впускать внутрь.

Мучил казавшуюся игрушечной в его ручищах трубку телефона, куда-то звонил через нейрочип. Корчил недовольные рожи.

Уныло выдохнув, все же распахнул передо мной двери, приветливо качнул рукой — добро, мол, пожаловать. Едва не поклонился ему в ответ: спасибо, блин, большое!

Две девицы вышли из теней позади меня. До равнодушия на их лицах мордовороту снаружи было расти и расти…

Сверкнули острые лезвия ножей, я загривком чуял опасность. Ириска уже копала подноготную на будущих противниц.

— Первая, Вторая — цыц!

Глас откуда-то из недр комнаты нельзя было спутать с другим. Орк любил дешевые эффекты и игрушки. Густой дым, повернутое ко мне спинкой кресло. Зеленая лапища на подлокотнике. Сегодня трость блестела золотом.

Он развернулся ко мне, оттолкнувшись ногами, вынимая вонючую сигару изо рта. Иван Макмамбетов.

— Максим, дружище! Давно не виделись!

Ага, целых несколько часов.

Приветливо кивнул, но и только — сегодня я здесь по делу. А то и по двум сразу…

— Что привело тебя в мою скромную юдоль? Получил барыш за царенатского командующего, ищешь, куда бы пристроить? Уверяю, нет для денег лучше места, чем мой карман. Кофе, чай?

Ножи из рук барышень исчезли, их место заняли бутылки. Грузинское красное и пятилетний коньяк.

— Ахес.

— Не солидно, Максим, не солидно. Но коли уж таково твое желание, как отказать гостю. Со льдом или просто ледяной?

— Второе.

Щелкнули зеленые пальцы, девица — то ли Первая, то ли Вторая — исчезла в подсобке.

— Все-таки решился поработать, а? Скажу прямо: у меня хватит денег скупить четверть столицы, но я не разбрасываюсь ими повсюду. А может быть, ты за…

Поднял взгляд из-под неуместных здесь солнечных очков.

— Я за пушкой, — подтвердил его догадку.

— Наш человек. Ты мне нравишься с каждым мгновением все больше и больше, мальчик.

— Чем же?

— Знаешь, чего хочешь, не мнешься, не размениваешься по пустякам. Слеплен из правильного теста. Всегда таким был или Бейка постаралась?

Бейка? Видимо, он не знает ее истинного имени. А может, просто не уверен, что о нем знаю я, не желает раскрывать чужих тайн. Если так, то эта зеленая шкура мне нравится тоже.

— Ахес, — суховато сказала охранница-служанка, аккуратно опустив передо мной поднос.

Спасла от необходимости отвечать.

— Гляжу, ты разменял третий десяток уровней. А начинал-то с тринадцатым! Уважаю, брат. Но слушай, в моем магазине только качественный, дорогой товар. Не свистелки с перделками.

— Откуда знаешь про уровень?

— Обижаешь, брат. Твоя несговорчивая ИИ-девчонка неохотно, но поделилась инфой еще в первую нашу встречу. А еще у меня стоят мощнейшие сканеры, хочу предлагать клиенту товар по руке.

— Так чем тогда порадуешь?

— Ружеманту советовать — только портить! Взгляни сам и не говори потом, что я настаивал!

Черная пластина планшета покатилась по столу. Развернул к себе, коснулся пальцем — спавший до сего момента экран откликнулся.

Магическая матрица заработала, выводя изображение.

Суровый дизайн в черно-красных тонах — Макмамбетов знал, чем привлечь покупателя и не отпугнуть аляповатостью. Разве что, только ценой.

Выбрать и в самом деле было из чего. От одного только вида у любого ружефила потекли бы слюнки, а уж от свойств и вовсе…

Но пистолет за семьсот тысяч? Винтовка за полтора миллиона? Во сколько же Бейке обошелся «Янтарь», и откуда у нее такие деньжищи?

Поднял взгляд на орка, но тот лишь развел руками.

— Я бы и рад помочь, брат, но деньги любят счет. А за такие игрушки, как у меня, многим приходится платить потом, кровью, а иногда и жизнью. За государственными скидками можешь сходить в ружемаг, что за углом. Или купить у ушастых.

Последнее слово орк почти выплюнул — эльфы у него были не в чести.

— Но. Ты можешь поиграть за мою лигу — и мы сойдемся в цене, уверяю. По рукам?

— Нет, но я гляну ассортимент. Лучше скажите, Иван, вы торгуете только оружием?

Он как будто обиделся.

— Разве здесь похоже на «Пингвина»?

На ум тут же пришла местная торговая сеть. Магазинчики с довольным пингвиненком росли чуть ли не под каждым кустом и предлагали всем желающим дешевые и почти свежие продукты.

Покачал головой.

— Я не совсем об этом, Иван. Вы серьезный человек, но ведь помимо стволов вы занимаетесь чем-то еще. Или наверняка знаете тех, у кого можно достать требуемое. Я прав?

Вместо ответа орк потеребил подбородок.

Ни да, ни нет — ждал того, что скажу дальше. Придется чуть больше раскрыть собственных карт.

— Так получилось, что сегодняшнее утро было омрачено.

— Сломался холодильник? Или кондиционер?

Он усмехнулся так, словно с ним такой оплошности никогда не случится. Я ответил улыбкой на шутку.

— Явился двухметровый остроух. Вы видели все сами: зовут героем, награждает император, благородные рода начинают собачиться за возможность поговорить со мной пару минут. И не прекращают попыток после…

В доказательство швырнул на стол конверт — приглашение на бал-маскарад в верхний город. От Вербицких…

— Но органы власти не доверяют. Проверяют вновь наложенную на меня печать. Боятся последнего ружеманта?

— Им в самом деле есть чего бояться…

— Но ни один из благородных родов под пломбами не ходит, верно?

— А ты смекалистый, парень. Они — нет, но ты — другое дело. Но я понял, чего ты хочешь. Возможности быть на коне и во всеоружии. Чуешь за собой слежку?

— А ее нет?

— Было бы смешно. Но здесь чужих ушей нет, только мои, — орк затянулся сигарой, выдул тугую струю дыма в сторону. — Что ж, могу с этим помочь. Даже бесплатно…

О-о-о, большей лжи в своей жизни я еще не слышал. Почудилось, что слышу звон кастрюли с лапшой, что будет вешать на уши. Не стал, просто растянул клыкастый рот в ухмылке. Золотом сверкнул нижний правый клык.

— Если ты у меня что-нибудь купишь, брат. Это все? Или с этим тоже нужна помощь?

Он постучал пальцем по конверту. Знал правило: если клиент показал нечто не для лишних глаз, надо либо отказать, либо соглашаться. Иван жаждал второго.

— Из-за Вербицких я оказался в заградотряде.

Макмамбетов